Желанная моя - Барбара Фритти

«Пиццерия Рокко», которой почти пятьдесят лет владели Доменичи и в которой работали многие члены этого почтенного семейства, была одной из достопримечательностей Сэнд-Харбора. Когда Брейден распахнул дверь в старомодный зал, Алекса словно шагнула в прошлое, и не только из-за обстановки, но и потому, что этот ресторанчик в детстве был одним из ее самых любимых. Она часто бывала здесь не только со своей семьей, но и с Брейденом.

Мать и сестра Брейдена уже сидели за столиком в центре зала, и Алекса мгновенно узнала Кейти Эллиот, миниатюрную блондинку с приветливыми карими глазами и милой улыбкой. Кейти вскочила и стиснула Алексу в жарких объятиях, даже не дав возможности поздороваться.

– Ах, боже мой, Алекса. Я бы узнала тебя где угодно. Как чудесно снова видеть тебя. – Кейти отстранилась, широко улыбаясь, оглядела Алексу с головы до ног. – Ты красавица.

Алекса покраснела.

– Спасибо. Вы тоже прекрасно выглядите. И Кэри просто блеск! – Алекса приветливо улыбнулась сестре Брейдена. – А как выросла. В моей памяти тебе еще десять лет.

– А тебе двенадцать, – не осталась в долгу Кэри, обнимая Алексу.

Женщины семейства Эллиот обожали обниматься, но эта семейная черта не передалась Брейдену.

Кэри с любопытством уставилась на брата.

– Ты не упомянул, что приведешь Алексу.

– Это была импровизация, – сказал он, выдвигая Алексе стул.

– Надеюсь, вы не возражаете? – спросила Алекса, когда все уселись.

– Да ты что. Мы очень рады, – ответила Кейти. – Я пришла в восторг, когда Кэри сказала, что Брейден согласился с нами поужинать, а теперь, увидев тебя, просто счастлива. Я слышала о нападении на твою тетю. Это ужасно. Как она сейчас?

– Хорошо. Врачи надеются на полное выздоровление.

– Слава богу. Не знаю, куда катится Сэнд-Харбор. У нас никогда здесь не было преступлений.

– Пожалуй, я принесу напитки, – предложил Брейден. – Вы уже решили, какую пиццу закажете?

Кэри многозначительно посмотрела на брата.

– Только не простую с сыром.

– Я уже пообещал Алексе, что она может заказать овощную. Хотя не понимаю, что плохого в сыре и томатном соусе.

– Это так же скучно, как твое любимое ванильное мороженое.

Алекса с улыбкой слушала шутливую перепалку Брейдена и Кэри. Они всегда были дружны, и не раз в их компании она мечтала о родном брате или сестре.

– Вообще-то, я тоже люблю ванильное мороженое, – решила она поддержать Брейдена. – Но это на десерт.

Брейден ухмыльнулся ей.

– Только если ты не зальешь его горячей помадкой.

– Зануда.

– Почему бы тебе не заказать на всех большую пиццу, наполовину овощную, наполовину мясную, – предложила Кэри. – И диетическую колу.

– Конечно диетическую. Чтобы ты со спокойной душой поглощала пиццу, – насмешливо ответил Брейден.

– Вот именно, – улыбнулась ему сестра.

– Кажется, он сегодня почти такой как до армии, – заметила Кэри, когда Брейден ушел за напитками.

Кейти кивнула и повернулась к Алексе.

– Брейден, как вернулся из армии, держался особняком и был очень подавлен. О чем с ним ни заговоришь, он готов оторвать тебе голову. Мы безумно за него переживаем.

– Похоже, у него тяжелое время, – согласилась Алекса. Ей очень хотелось побольше разузнать о прошлом Брейдена, но вряд ли ему понравится, что они его обсуждают.

– Он сказал тебе, что разводится? – спросила Кэри.

– Упомянул вскользь.

– А сказал, почему?

– Нет, и дал понять, что не собирается говорить на эту тему.

– Ну, хоть что-то сказал, – кивнула Кэри, откидываясь на спинку стула. – Он редко говорит о Кинли. Я тоже смогла вытянуть из него не больше пары слов. Знаю, что она ему изменила. Это он тебе сказал?

– Опять же упомянул. Мы сейчас практически чужие люди.

– Мне так не кажется, – мягко возразила Кейти. – Когда вы вошли вместе, мне показалось, что это правильно, что так и должно быть. Я вспоминаю ваше детство. Тогда я думала, что между вами какая-то совершенно особая связь. Брейден всегда так ждал лета, и, как только ты приезжала, я его почти не видела. По утрам он уезжал на велосипеде и возвращался только к ужину.