Змея за терновым троном - Мари Конва

Кассу обчистили.

Забрали думаг.

По-тихому ушли.

Пахнет постановкой. Нет, воняет, как те мерзкие лакричные конфеты в Aji Ichiba на юге Чайна Плейс.

— Понимаю. Значит, здесь не замешано ничего серьёзного?

— Абсолютно. Вы с принцем другого мнения?

Матиас знает, кто перед ним, хотя Кайден не представился ему, — раз. Мог ли он услышать, когда мой спутник назвал титул Зейну? Вряд ли. Здесь слишком шумно. Он хочет показать, что знает о нас больше, чем кажется, — два. И, наконец, три: в его планы явно входит вытащить из нас дополнительную информацию, сыграв на моём эго и стремлении что-то доказывать, как в разговоре с Кан. Иначе бы он не стал делиться информацией так просто. Верно?

Этот оборотень определённо хитрее, чем кажется. Напускная расслабленность сбивает с толку. Только за ней скрывается расчётливый ум. Не удивительно. Ведь без этого не стать главным.

— Вы обязательно узнаете наше мнение из газет, когда мы раскроем дело, а пока… — я развожу руками, — оставим его при себе.

Он невозмутимо тушит сигарету о свою руку. Не знаю, сделал ли Матиас это, чтобы показать свою крутость, или же то всего лишь привычка, обусловленная быстрой регенерацией и низкой болевой чувствительностью. Независимо от причины — ему удалось меня впечатлить.

— Ваш спутник не из болтливых.

Я оборачиваюсь к Кайдену. Его осанка идеально прямая, а взгляд блуждает поверх голов, стараясь рассмотреть происходящее в лавке.

— Эм, да. Обычно он более общителен. Выдались трудные дни.

— Не всегда нужно говорить, чтобы узнать что-то, — парирует мне принц, не отвлекаясь от действий за спиной Матиаса. — Иногда полезно смотреть и слушать.

— Безусловно, — задумчиво произносит тот. — Я попрошу Ноа или Лейну подойти к вам, чтобы записать ваши данные. Да, знаю, — Матиас поднимает открытые ладони, видя мои хмурые брови. — Вы не обязаны свидетельствовать, но я должен убедиться в непричастности к убийству, поэтому прошу соблюсти формальность.

Люблю формальности. Искренне. Хоть что-то стабильное в этом хаосе. Однако в этот раз это кажется таким нелепым, поэтому я возмущаюсь:

— Конечно. Ведь первое, что делает наследный принц после убийства своего брата, о котором все уже знают, это направляется в мир людей, нанимает детектива, убивает с ним ведьму и на следующий день возвращается на место преступления.

Всё это я произношу с ангельской улыбкой, и Матиас не сразу понимает, что я использую сарказм. После осознания он начинает заразительно смеяться.

— Ох, рад, что ты сохранила чувство юмора несмотря ни на что. Удачи!

Он по-приятельски хлопает меня по плечу, словно мы сто лет знакомы, и возвращается к своим.

Мой смартфон вибрирует. Потом ещё раз. И ещё.

— Ухажёры? — спрашивает Зейн.

— Эм, нет.

Я немного смущаюсь и отключаю уведомления.

Кайден с подозрением смотрит на меня и затем на смартфон.

— А ты популярна, — переходит на панибратское общение Зейн.

У них в отряде — это фишка?

— Нет, прошу прощения.

— Всё в порядке. Я бы с радостью поболтал тут с вами ещё, ребята, но раз сюда скоро подойдёт кто-то из близнецов, то у меня есть шанс уломать Матиаса дать мне более ответственное задание вместо заполнения скучных отчётов. — Он немного наклоняется и переходит на шёпот: — Пока эти рыжие бестии вертятся вокруг него, у меня нет и шанса. Как победить вселенское зло? Раздели его!

Кто-то намеренно громко кашляет, и Зейн резко выпрямляет спину.

— Ты бы не сидел целыми днями в отчётах, если бы занимался делом, а не клеился к незнакомым девушкам старше тебя, — смеётся рыжеволосая девушка с кукольным лицом, держа зелёный леденец в руке.

Ещё один оборотень. Интересно, они часть одной стаи? В отличие от них, вампиры не стремятся собраться в группу. Их кланы больше походят на вынужденное объедение, чем на инстинкт. Как если бы вас заселили в общежитие, а вы бы лучше пожили в отдельном доме. Встреча же с оборотнем-одиночкой сродни попаданию в сказку. Семья для них — основа не только выживания, но и традиций.

Я отвлекаюсь на экран телефона, пока между двумя Зейном и рыжеволосой девушкой происходит словесная перепалка, и читаю сообщение:

Чёрный клевер: Пользователь по имени Зейн проявил симпатию. Чтобы ответить взаимностью и перейти к диалогу, нажмите здесь. Чтобы отклонить — здесь.

Несколько секунд я в изумлении смотрю на его фотографию в профиле. На нём чёрная майка с надписью «Eat me!» и ярко-жёлтые очки в виде звёзд. Я жму «принять» без задней мысли, понимая, что будет невежливо отклонить, и вопросительно смотрю на Зейна. К тому же я могу попытаться вытащить из него немного информации.

— Как ты нашёл меня так быстро?

— У меня нюх! — он игриво завывает и поворачивается к рыжеволосой. — Вот видишь, Лейна, мы не незнакомцы. Теперь.

— Это не меняет дело, — фыркает она.

— Тебе не угодишь.

— Иди уже! — Лейна шутливо толкает Зейна в плечо. Тот уходит, отпуская ей прощание рукой у виска, и заразительно смеётся. — Он такой… такой. — Лейна разворачивается к нам и кладёт ладонь себе на грудь: — Привет. Я та, на кого обычно списывают всю работу с общественностью, потому что вместо лица стервы мне достались милые пухлые щёки.

Она достаёт из пучка волос ручку с помпоном, а из-за пояса — блокнот в таких сияющих стразах, что многие посчитали бы это вычурным.

— Привет, — я повторяю её жест. — А я Фэй. Мы с принцем, — указываю на Кайдена, — расследуем убийство его брата.

Лейна внимательно оглядывает моего спутника и неожиданно спрашивает:

— Любите манхву, мистер?

— Ман-хву? — озадаченно отвечает Кайден, и я сдерживаю смешок, понимая, что он выглядит точно, как принц из корейских комиксов.

— А неважно, — отмахивается Лейна, — Просто трёп. У меня СДВГ, не обращайте внимания. Итак, назовите ваши имена и способы связи.

Кайден явно хочет уточнить значение аббревиатуры, но я предупреждающе зыркаю на него, и он закрывает рот. Мы по очереди отвечаем на её вопросы, пока та не захлопывает блокнот, сопровождая это смачным зевком.

— Лейна! — кричит рыжий гончий, так похожий не неё внешне, у входа в лавку ведьмы. — Тащи сюда свой зад, пока Зейн не сделал твою работу за тебя! Или хочешь убить вечер за отчётами?

Рука, по-видимому, принадлежавшая Зейну хватает парня за воротник, и тут же затаскивает его внутрь.

Лейна вздыхает, засовывает ручку с помпоном себе в пучок.

— Как дети.

Мы прощаемся, и она уходит.

— Что будем делать? — спрашиваю я принца. — Нить нашего клубка срезана.

Он обдумывает и