Срывая цепи - Светлана Люмьер

Я нахмурилась. Неизвестные похитили Хирли, затем Мормана, а мы даже не знаем толком кто это был.

— Мы можем переместиться к ней или связаться с твоими людьми?

— Мой резерв почти на нуле, Эва. Одним сном я его не восстановлю. Мне надо в убежище, но туда придётся идти пешком. Еще я бы желал услышать твой рассказ. Что ты видела и как оказалась в том месте?

— Предлагаю идти и разговаривать. — Мне не терпелось оказаться в убежище и бросить все силы на поиск Хирли. Я не смогу жить, если что-то с ней случится.

Мы отправились в путь. Морман откуда-то знал куда идти и он уверено повел меня за собой. Я не могла идти с той скоростью, с которой двигался нарш, потому ему приходилось подстраиваться под меня и слушать все, что со мной приключилось. Он постоянно задавал уточняющие вопросы, просил пересказать одно и то же по несколько раз, цеплялся за каждую деталь. О своих выводах мне не рассказывал. Я пока решила повременить с вопросами относительно себя.

В дороге он вдруг неожиданно удалился в заросли, велев мне ждать его на месте, а вскоре вернулся с пойманной дичью.

Вынув из-за пояса нож, он стал свежевать добычу.

— Откуда у тебя оружие? — изумилась я.

— Это реликвия рода дит Торнов. Передается из поколения в поколение. Его хоть и забрали, но не спрятали. Я прихватил его из лаборатории.

— Лучше бы ты телефон прихватил. — покачала головой я.

Мы приготовили ее на костре во время небольшого отдыха. Воду брали из ручейков, что периодически попадались на пути. Поздно вечером устроили привал.

— Эвирея, ты хотела бы после того, как все закончится, отправиться со мной на Нархаз? — вдруг спросил мой спутник.

— Зачем? — опешила я.

— Мне хочется представить тебя старейшинам. Они мудры и наверняка смогут разгадать твою загадку. Тот факт, что ты можешь перемещаться, слышишь зов крови и взрываешь предметы говорит о том, что в тебе есть магия, которая, возможно, равна по силе моей. Важно понять откуда она. Было это в тебе изначально или пришло после ритуала.

— Во мне нет магии! — воскликнула я и осеклась. Ведь есть. Точно есть, а значит… — Я могу перенести нас?

— Нет. Велик риск, что нас разметает как пыль по окрестности. Этому учат с детства, Эва. На Нархазе ребенок учится обращаться со своей силой раньше чем говорить. Родители и наставники строго следят за этим. Иначе бесконтрольная магия легко натворит немало бед.

— Хочешь сказать, что я опасна? — ужаснулась.

— А разве нет? Те люди в лаборатории серьезно пострадали.

— Они мучили тебя! — разозлилась я — По твоему, мне следовало спокойно смотреть как они тебя убивают? Так?

— Нет, не так. Я говорю лишь о том, что ты действовала во власти эмоций. — спокойно, как маленькой, стал объяснять нарш. — Вдруг произойдет что-то, что выведет тебя из себя и кто-то погибнет?

Он был до отвращения прав. Все это время я только и думала, что стала причиной гибели тех людей, но это никак не примиряло меня с действительностью.

— Не хочу. — упрямо сказала я, уставившись на огонь. — Не хочу этой силы и такой ответственности. Мне нравится моя жизнь, моя работа и я не желаю все это терять. — После каждого слова я стала подозрительно шмыгать носом и слезы, не удержавшись, прочертили мокрые дорожки на щеках. В какой момент Морман оказался близко, я не знаю. Он просто сел рядом. Сначала осторожно обнял и, не встретив сопротивления, прижал к груди. А меня прорвало. Я рыдала навзрыд, с подвыванием. Нарш лишь гладил по голове и спине, позволяя выплеснуть всю свою боль. Когда я немного успокоилась и затихла, он сказал:

— Что бы ни произошло, Эвирея, я не оставлю тебя одну. Я в ответе за все, что случилось и постараюсь все исправить. Мы вернемся домой, найдём Хирли и придумаем как избавить тебя от магии.

— Правда? — спросила я поднимая голову и заглядывая ему в глаза. Он осторожно взял мое лицо в свои ладони и ответил:

— Слово правителя.

Снова он слишком близко, и я остро чувствую это прикосновение. Сердце пропустило удар, и я решительно отстранилась, разрывая эту томительную связь взглядов. Морман не стал меня удерживать.

После позднего ужина я наблюдала за тем, как повелитель Нархаза готовит ночлег. Он двигался плавно и тягуче, стальные мышцы и упругий пресс приковывали взгляд, будя во мне неведомые ранее чувства. Былое смятение тут же вернулось, выбивая почву из-под ног. Наверно поэтому я озвучила вопрос, который вертелся на языке.

— Ты, должно быть, скучаешь по ней? — спросила не громко, но он меня услышал.

— Да. Первое время особенно. Но я живу слишком долго, чтобы понять, что нет ничего вечного. Я знал на что шел, когда женился на ней.

— Ммм?

— Лимая — моя третья жена. — спокойно ответил он.

Моя челюсть кажется некрасиво отвалилась. Видя мою реакцию мужчина поспешил объясниться.

— Первые две были с Нархаза. Обе дочери двух влиятельных семей. Оба раза это были договорные браки. Несмотря на то, что наши женщины свободны, если они не выступят с протестом против предложенного жениха, то свадьбе быть. Поскольку я повелитель, мой долг оставить наследника. Могущество моего рода уходит глубоко корнями в эпоху древности. Когда-то давно мой предок доказал, что достоин быть правителем Нархаза и каждый его потомок проходил испытание силой, доказывая свое право на наследование. Смена власти может произойти только в результате смерти владыки или его добровольного отказа. По нашим законам правителю могут бросить вызов с целью превзойти, но пока трон по-прежнему принадлежит моем роду. Еще не нашелся тот нарш, что смог бы победить повелителя. Потому, много кто хотел такого выгодного зятя, как я. Мне же просто нужна была жена. С первой супругой мы прожили около семидесяти лет по вашему летоисчислению, прежде чем она встретила свою истинную пару. Это был скандал, но я не мог держать ее насильно и мы развелись. Через год у них родился малыш.

Спустя время я снова решил обручиться. Для этого много ездил, бывал на приемах, где мне бесконечной вереницей представляли молодых девушек и женщин. Я искал свою пару, но так и не нашел, и потому, вернувшись домой, приказал старейшинам найти мне жену. Любую. Мне нужен был сын, а уж от кого — не так важно. Мне сосватали молодую наришу. Она была еще совсем ребенок, едва