Поцелуй смерти - Элис Вайлд

Нервно отступив назад, я обхожу его, чтобы заглянуть в обычную спальню. Как и во всем остальном дворце, здесь темно и холодно, однако не совсем пусто. В дальнем конце комнаты висят длинные шторы в пол, за которыми, как я догадываюсь, скрываются окна.

Вдоль одной из стен расположена большая кровать, а также диванчик, шкаф для одежды и маленький столик. Каждый из предметов мебели изготовлен из того же черного материала – все выполнено мастерски, с иголочки, но все равно в них нет ощущения… жизни.

Неконтролируемая дрожь пробегает у меня по спине, и я быстро обхватываю себя руками, пытаясь тут же побороть ее, но Торговец уже успевает заметить.

Не говоря ни слова, он входит в комнату, и я наблюдаю, как он направляется к камину.

Он приседает, и я понимаю, что он хочет разжечь для меня огонь. Я делаю шаг вперед, чтобы заверить, что и сама могу это сделать, мне не привыкать к этой задаче, но прежде, чем я успеваю открыть рот, в камине уже со всей силой разгорается пламя.

Торговец, вздрогнув, тут же отступает от него, словно обожженный жаром.

– Спасибо, – говорю я, входя в комнату и принимаясь осматривать все вокруг, прежде чем снова обратить свое внимание к Торговцу.

Он просто смотрит на меня, но мои щеки от этого пристального взгляда тут же вспыхивают пожаром. Мы стоим молча, и я, нервно переминаясь с ноги на ногу, гадаю, стоит ли мне сказать что-нибудь еще. Я редко бываю гостьей в чьем-либо доме.

А пленницей и то реже.

Можно ли его просить о чем-то? Это, наверное, будет грубо с моей стороны, но, честно говоря, мне не помешало бы принять ванну и переодеться в свежую одежду.

Прежде чем я успеваю решить, просить его об этом или нет, он внезапно прочищает горло.

– Увидимся утром за завтраком, – говорит он, кивает один раз и направляется к двери.

Он уходит прежде, чем у меня появляется шанс ответить. Дверь за ним мягко закрывается, и последняя из его теней проскальзывает под ней.

Я долго смотрю ему вслед, а затем придвигаюсь ближе к камину. Как и в той комнате, что внизу, огонь жарит не сильно, но достаточно, чтобы хоть как-то бороться с холодом, который окутывает меня со всех сторон.

Интересно, чем завтракают в таком месте?

От этой мысли у меня начинает урчать в животе, и я нахожу утешение в своем воображении, представляя все возможные варианты завтрака.

Повернувшись спиной к камину, я еще раз оглядываю комнату, прежде чем подойти к тяжелым шторам и отдернуть одну из них. Моему взору предстает массивное окно, от которого расходятся порывы еще более ледяного воздуха. Выдерживая эти ледяные потоки, я вглядываюсь за стекло и сквозь клубы густого тумана пытаюсь рассмотреть хоть что-нибудь, чтобы понять, находимся ли мы еще в лесу или уже где-то совсем в другом месте, но кромешная темнота скрывает весь вид, не давая возможности ничего разглядеть.

Задернув занавеску обратно, я подавляю зевоту и перевожу внимание на кровать. Сняв свои заляпанные грязью ботинки, я раздеваюсь до нижнего белья, а затем останавливаюсь. Нижний край моей сорочки испачкался, видимо, когда я блуждала по лесу, но мне не во что переодеться… а в таком странном месте, как это, последнее, что мне хочется, – это быть застигнутой врасплох голышом.

Кровать просто огромного размера, я никогда не видела таких больших – наверное, она специально предназначена для таких высоких существ, как хозяин этого дома. Я долго смотрю на нее, боясь испачкать ее своей грязной кожей и одеждой, но мне ужасно хочется прилечь.

Она буквально зовет меня, маня своими гладкими темными простынями и мягкими подушками.

Но потом до меня вдруг доходит, как же глупо в такой момент думать о том, запачкаю я или не запачкаю какие-то простыни. У меня и так мало времени, так что нельзя тратить его впустую на подобные нелепые переживания.

Будучи удовлетворенной своими мыслями, я ныряю в уютную постель, натягиваю одеяло до самого подбородка и облегченно вздыхаю, ощущая, как мягкий шелк постельного белья стелется по коже.

Глава 14

Хейзел

Со стоном открываю глаза и понимаю, что холодно настолько, что замерзли, кажется, даже кости. Усевшись, я протираю глаза и замечаю, что огонь почти погас.

Еще какое-то мгновение я не могу сообразить, где нахожусь, и, лишь полностью очнувшись ото сна, наконец начинаю восстанавливать в памяти произошедшее. Волна воспоминаний накатывает на меня в холодном порыве, отчего у меня тут же перехватывает дыхание. Все-таки это был не сон.

Оглядев комнату, я осознаю, что в ней почти кромешная тьма и лишь сквозь небольшую щель в занавесках просачивается тоненькая полоска мягкого серого света. Я смотрю на нее, удивляясь, что здесь вообще есть хоть какой-то свет, учитывая, что прошлой ночью абсолютно все пространство заполняли ночные тени.

Я потягиваюсь, желая выглянуть в окно, но тут же скатываюсь с дивана. Верно, в кровати я продержалась всего две минуты – холод был настолько пронизывающим, что я просто не смогла заснуть вдалеке от огня. Поэтому я стянула с кровати постельное, подтащила диванчик настолько близко к камину, насколько могла, застелила его и легла.

Поднявшись, я снова потягиваюсь: мышцы так затекли, что даже немного болят. Схватив одеяло, я укутываюсь в него, прежде чем раздвинуть тяжелые шторы.

Свет проникает внутрь, и мрамор, похожий на обсидиан, будто полностью поглощает его. Я еще раз пробегаюсь взглядом по комнате. Такое ощущение, что в ней что-то изменилось, но я не могу понять, что именно.

В комнате по-прежнему пусто и холодно, но есть что-то потустороннее в том, как свет разливается по ней, словно танцует. Будто бросая вызов теням проглотить его целиком.

Никогда раньше не видела ничего подобного.

Повернувшись обратно к окну, я подхожу ближе и прижимаюсь носом к стеклу, чтобы вглядеться в странный мир за ним. Но там не на что смотреть. Там нет ничего, кроме тумана, теней и света.

Тут мой желудок издает громкое урчание, напоминая о том, что я уже очень давно ничего не ела.

– А ну, быстро замолчи, – ругаюсь я, прижимая руку к животу, который уже начинает слегка побаливать.

Я возвращаю постельное белье на кровать, прежде чем поднять с пола свое грязное платье. Оно мятое и заляпанное, и я морщусь, но натягиваю на себя вместе с носками и ботинками.

Нужно как-то постирать это все, и желательно как можно скорее.

Повернувшись