Роза на ветру - Виктория Ранд

— Не удивительно. С таким мужчиной, как Кирьян, тебе это не всегда будет удаваться.

Вот загнула. Будто у нее не такой! Сама же мне рассказывала, как у них было вначале. По сравнению с ней я отделалась легким испугом.

— Дело вовсе не в этом. У Кирьяна сейчас много работы. Иногда я засыпаю, его не дождавшись.

— Что это за работа такая, когда твоей женщине приходится засыпать одной? — завозмущалась она. — Если честно, боюсь, когда мы вернемся, меня ждет нечто похожее. Только тебе сложнее быть одной. Мне вот Тит не даст скучать.

— Так когда вы возвращаетесь?

— Через пять дней.

— Ну, ты конкретно начала собираться.

— Есть такое. Просто я хочу ничего не забыть. Конечно, все новые игрушки Тита я не собираюсь забирать, но есть такие вещи, которые мне уже необходимы. Например, твоя картина. Я не хочу ее здесь оставлять, она нужна мне там, чтобы смотреть на нее каждый день. Это же твоя первая картина в цвете, смотрю на нее каждый день и вспоминаю то проведенное время вместе. Она для меня уже как семейная реликвия, понимаешь? Я не собираюсь разбазаривать семейные ценности!

У Агаты как обычно характер мыслей менялся с каждым предложением. То она нежная и добрая, то ярая или вообще возмущенная. Но ее слова про семейные ценности подняли во мне воспоминание об одной забытой вещи. У меня была семейная ценность и, боюсь, как бы я ее не лишилась.

* * *

— Я хотела съездить в мою комнату в общежитии, — сказала за ужином Кирьяну и увидела немой вопрос. — Мне нужно там забрать одну вещь. Она для меня очень важна.

— Завтра?

Покачала головой. Весь день я ждала его только с этой мыслью в голове. В общежитии я уже не появлялась больше месяца. Навряд ли мои вещи выставили за дверь. Я всегда платила вовремя, а за одну просрочку этого произойти не должно. Но вот в порядочности своих соседей я сомневалась.

Уже через час мы подъезжали к зданию общежития. Всю дорогу я крутила пальцы и кусала губы. Как же так? Я успела побывать в двух притонах и слетать в Швейцарию, а сюда времени не нашла заехать. Как я могла забыть о единственной вещи, что была со мной с самого детства. Я полная кретинка.

— Тебе не обязательно идти со мной, — обратилась к Кирьяну, но тот уже открыл передо мной входную дверь общежития.

Конечно, он и не думал дожидаться меня в машине и упустить шанс заглянуть в мой мир еще глубже.

Мне не было стыдно за мое жилье: у меня хорошая, чистая комната, просто атмосфера места и я, идущая в сопровождении охраны, удручала меня. Я сделала бы все сама по-быстрому и тихому. Вместо этого я предстала перед консьержкой, а позади меня два здоровых мужика в смокингах, со стволами под пиджаками, а рядом главарь нашей банды с серебристыми от любопытства глазами. Консьержка сняла очки, чтобы рассмотреть картину.

— Здравствуйте, Полина Гордеевна, вы не могли бы дать мне запасной ключ, а то я свой потеряла, — еще бы. Знала бы эта женщина в преклонном возрасте с копной блестящих седых волос и при этом ни грамма не утратившей своей прекрасной женственности, где меня носило, бросила бы читать свои мемуары и написала свою публицистскую историю.

— Конечно, милая, — вновь надела очки и стала искать ключ. — Как твои дела? Давно тебя не было видно, — улыбнулась, собирая в уголках глаз морщинки. — Это твои знакомые?

— Все хорошо, мне просто нужно было уехать, — неловкость ситуации, словно гиена, скребла когтями по спине. Что я должна ответить на ее последний вопрос? «Это типа мой мужчина. Он забрал меня из притона и приютил у себя на члене». Нет! Снова моя желчь загрязняла мне разум. Надо просто ответить более сдержанно. — Это мои… мои знакомые, да.

— Здравствуйте, — рука аккуратно отодвинула меня в сторонку. — Мое имя Кирьян, я жених Илины. Нам бы ключ, Илина хотела забрать свои вещи.

— Да-да. Вот он, — протянула серебряный кусочек именно ему. — Рада за вас, Илина хорошая девушка, порядочная.

Вот и сватовство подъехало. Только этого мне не хватало. Уже и старушку охмурил, и ключ получил. Как всегда у Кирьяна все на пять с плюсом.

Глава 50

— Илина, деточка. У тебя задолженность с прошлого месяца. Я, конечно, ничего не трогала, подумала, может, беда какая, ты же всегда вовремя платила.

— Все оплатим. У Илины были дела, как только появилась возможность, мы сразу к вам, — достал купюры и положил на стойку.

Интересная беседа обо мне, без моего участия. При условии, что я стою рядом. Вроде и придраться не чему. Жених — хорошо, заплатил за жилье — хорошо, только вот этот его тон. Не светский и не деловой, как при общении с его уровнем знакомых. Он словно спустился на пару ступеней, чтобы поговорить с нами на нашем уровне. Его переодень — вообще за местного сойдет.

— Здесь слишком много, — шокировалась Полина Гордеевна.

— Пусть будут комиссионные за ожидание.

Я даже не видела, сколько он ей дал. Судя по ее шоку, немало. Я лишь улыбнулась ей, чтобы не вздумала спорить. Пусть он для нее останется добрым, местным пареньком с бабосиками.

— Илина заберет вещи, которые ей необходимы, и комната свободна.

— Я вас поняла, — перевела взгляд на меня. — Так рада за тебя, Илина, пусть вас Господь оберегает.

— Спасибо, Полина Гордеевна, мы пойдем.

Кирьян взял меня за руку и, взглянув на бирку, висевшую на ключе, повел к лифту.

— Какой этаж, знакомая? — твердым голосом и с легким нажимом руки.

— Пятый.

Занавеса тайны его странного тона раскрыта.

— Я просто растерялась.

— Ничего, бывает.

Двери лифта открылись, и в него зашли только мы. Четверым жаться в этой коробке будет слишком тесно.

— Ты мне не жених, тут не на что обижаться.

Одним рывком развернул меня к себе и прижал вплотную.

— Кто сказал, что я обижаюсь? — одна рука легла на затылок, вторая обнимала талию.

— Ты так странно с ней разговаривал, — выговорила, уже почти прижатая к губам.

— Она пожилой человек, к старости нужно относиться с уважением. Ну, и тебя позлить захотелось.

Кабинка остановилась, раскрывая двери.

Я была настроена на поцелуй, уже чувствовала покалывание между ног. Он возбуждал меня своими прикосновениями. Своим вибрирующим голосом заводил с полуоборота. Как же я любила его напор. И нет, это не как в романах, когда девушка течет от возбуждения при виде мужика. Это потому, что он