В лабиринте нереальностей. Книга первая - Елена Кароль

      — Омлет...

      — И?

      — Чай с печеньками и вареньем...

      — Та-а-ак... — взгляд бабули переметнулся к Эйнару и тут же потяжелел, а она с угрозой повторила: — Та-а-ак...

      — Как? — нисколько не выглядевший напуганным, мужчина, казалось, с трудом удерживался от смеха.

      Смешно? Ему смешно??!

      — Своевольничаем?

      — Ни в жизнь!

      — Хамим?

      — Да никогда!

      — Хворостину взять, али поганой метлы тебе хватит?

      — Помилуйте... — уголки его губ подрагивали, но рук он моих так и не отпускал, усилив захват, когда я попыталась дернуться. — Да мы тут уже почти обо всём договорились. Да же, лапушка?

      — Я не лапуш-ш-шка!

      — Поверь, это временно.

      — Милок... — прервав наш обмен любезностями, бабуля шагнула ближе и, умудрившись встать так, что мужчине пришлось меня отпустить, заявила: — Зашла я тут с утреца к матушке твоей... Так вот, против она того, чтобы её владения подвергались подобной угрозе. Так что... бывай, милок.

      — То есть... — резко посерьезнев, Эйнар почему-то посмотрел на меня, затем снова на бабулю и хмуро переспросил: — То есть как бывай?

      — А вот так. — подхватив меня под руку и резко зашагав на выход, бабуля всё бубнила под нос: — Не было печали, вырастили девку на выданье... а выдать-то как раз и забыли. Что папенька, что маменька... тьфу, бестолочи!

      В абсолютнейшем раздрае бездумно переставляя ноги и послушно идя за бабушкой, я чувствовала себя дурой. В последнее время это стало происходить слишком часто. К чему бы это?

      — Залазь, — подтолкнула она меня к… э-э-э….

      — Это что? — недоверчиво ткнув пальцем в широкую деревянную бочку высотой мне по пояс, в ответ я услышала.

      — Ступа. Ну! Долго ещё будешь мяться? Али уже остаться решила?

      — Нет. Не останусь! — тут же торопливо задрав платье до полного неприличия (плевать!), кое-как перелезла через край ступы и постаралась встать так, чтобы туда смогла забраться и бабуля. Ого! Вот так растяжка!

      — Вот и правильно… нечего смолоду заживо себя в Царстве Мертвых хоронить. — еле слышно пробормотала она, но я всё равно услышала и поймав хмурый взгляд вышедшего за нами Эйнара, поняла, что и мимо него эти слова не прошли.

      Царство Мертвых? Это?? А он тогда кто???

      Хотя… а солнце как же? А трава? Да тут даже деревья есть! И вообще — целый лес! Насторожено заозиравшись, пока бабуля что-то колдовала, не могла понять. Сосновый лес, неподалеку звонко журчащая речка, добротный деревянный дом. Вполне себе нормальный загородный пейзаж.

      Откуда тут Царство Мертвых?

      — Н-н-но, залетная! — наконец заведя агрегат, бабуля взмахнула шикарной густой метлой и, натужно загудев, ступа начала набирать высоту.

      Вот только сквозь гул, когда мы уже поднялись метров на пять, я отчетливо расслышала:

      — Ещё увидимся, лапушка…

      А удивленно обернувшись, ещё и увидела.

      Эйнара, поглаживающего огромного белого волка за ухом и смотрящего нам вслед. Не грустно смотрящего, а с такой загадочной усмешкой, словно он уже что-то задумал. Тьфу на него, интриган белобрысый!

      Старательно выбрасывая из головы очередного знакомого, решившего поучаствовать в марафоне «бесхозная глупая царевна в подарок», заинтересовано рассматривала проплывающий под нами пейзаж. Лес, поле, река… обычный пейзаж средней полосы России. Стоп, а что это?

      Как отрезал кто!

      Напряженно стиснув край ступы, когда мы подлетели ближе к очередной реке, но на этот раз не голубой, а тёмно-серой, неприятно мертвой и неестественно густой, как кисель, тут же услышала подтверждение своим тревожным мыслям:

      — Сие есть граница владений Хель. Река Гьёлль.

      Хель... мифы и предания довольно многих стран и народов я знала достаточно хорошо, так что моментально поняла, о ком говорит бабуля. Скандинавская богиня мертвых, хозяйка Хельхейма, одного из девяти миров.

      Но...

      — А откуда здесь лес?

      — Часть своих земель Хель отдала сыну. А теперь тихо, не буди стражей.

      Тихо.

      Послушно кивнув, а затем и вовсе сев на дно ступы, чтобы не дай бог не испугаться загадочных спящих стражей и не заорать дурниной, закрыла глаза для полной уверенности и задумалась.

      Значит Эйнар — сын Хель. Удивлена, правда. Никогда не слышала ни в одной сказке, что у неё есть сын. Хотя… что мне это собственно даёт? Только подтверждает мои подозрения о том, что он не самый слабый маг, полубог, а может и вообще бог, да и объясняет его разноцветные глаза и брови. Этим он пошел в матушку, которая согласно всё тем же мифам и сагам наполовину синяя, наполовину красная. Наполовину живая, наполовину мертвая. Жуть!

      Он сам-то живой? И кто его отец?

      Черт, и зачем я о нём так много думаю?

      Поморщилась и попыталась переключиться на что-нибудь другое. Например на то, что делать дальше. Тут тоже всё сложно… Ну, приедем, точнее прилетим мы домой. И что? Кто даст мне гарантии, что Вигард снова меня не выкрадет? Запрут меня под замок, а ключ выбросят подальше?

      Чушь какая…

      Ковен опять же этот. Можно храбриться и уверять себя, что они не посмеют ничего мне сделать и уж тем более сослать непонятно куда, но реальность такова, что… а какова собственно реальность?

      Кто бы объяснил…

      Приоткрыв глаза и подняв голову, увидела сосредоточенную бабулю. Я бы с радостью задала ей сотню другую вопросов. С радостью!

      И задам.

      Решительно прищурившись, попыталась оценить окружающую действительность, при этом не вставая с пола, но судя по густому туману, мы всё ещё были во владениях Хель. Долго что-то…

      О, а вот и разъясняется потихоньку!

      Сначала первый несмелый солнечный лучик, затем второй, а потом и облака стали четкими, и солнце окончательно подтвердило факт своего существования. И мы кстати на снижение пошли… Не торопясь вставать и мешать бабуле, терпеливо ждала окончательной посадки и лишь слегка поморщилась, когда приземление вышло не самым мягким. Ничего-ничего… за эти недели и не такое бывало.

      Ну и где мы?

      — Вставай, егоза, чаю попьем, прогоним дурь подземную.

      — Что? — абсолютно не поняв, о чем она, тем не менее, послушно встала, а затем и вовсе вылезла вслед за ней из ступы, когда стало