По краю Бездны - Стася Беленькая

обратно, приложив ладони к израненной спине. Потом отдернул. Что он делает? Подохнет, ну и ладно. Но, как же кодекс Целителя, который принял при вступлении в академию, и где толком не успел поучиться из-за ее закрытия церковью. Кто этот асван? Первым делом враг, значит можно клятвой пренебречь? Но сейчас как не странно, он такой же раб. И не из-за отсутствия ли клыков он опустился в самые низы. Ведь на кровь он не реагировал и ни разу не пытался вкусить ее, а возможностей восстановится таким образом, было предостаточно. Еще у него были необычные глаза, таких он практически не встречал, у всех асванов они были блеклые словно у слепого или мертвеца. Леран уверенно приложил ладони к ранам. Асван инстинктивно дернулся и застонал. Он остановит кровь, всего лишь остановит, теперь ему нужно беречь энергию, без света Самаша, потоки быстро истончатся. Сейчас он постарается влить совсем немного, главное контролировать направление и силу.* * *

В этот раз позорные метки зажили намного быстрее. И старуха ждала с нетерпением, когда он оправится от ран, чтобы подготовить его к очередной заказчице. Он же был этому не рад и к пище никакой не притронулся, боясь что в ней окажется афродизиак. Но и тут ему не повезло, в этот раз его связали, с силой залили в горло приторное зелье, а зашедшая гостья ему сильно не понравилась. О, он никогда не получал столько оплеух и пощечин за каждое вылетевшее ругательное слово.

Через цикл, снова заказчица, любительница ритуального связывания красной нитью, охрана долго не могла его усмирить и ему уже запихнули успокаивающего. Было неприятно когда его подвесили вниз головой, а стягивающая тело в неудобной позе веревка сильно давила, от чего немели конечности.

И так каждые три четыре цикла его кто-то заказывал, от чего проклинал старуху не раз. Ещё и афродизиак подмешивает карга, ибо залив ему пару раз с силой, только наоборот натыкалась на еще большее сопротивление и обозление. И не угадаешь время когда он окажется в пище. В последнее время ему и так пришлось вычеркнуть ужин, что давалось ему тяжело, так как жрать хотелось постоянно.

Полтора сезона прошло как он появился здесь, шесть декад его позорной жизни и шестьдесят циклов унижений. Сколько это может продолжатся? Ведь чем дальше тем больше он ощущал себя грязным ничтожеством и грязь эту ни одна вода не смоет. Кто в этот раз его заказал? А что гадать? Очередная сумасшедшая, которая будет показывать свою власть, мучать, пить кровь и удовлетворять свои низменные потребности. Хорошо что его одно время заставили пройти ритуал на временное бесплодие, матушка не хотела чтобы от его любви по Гнезду бегали бастарды.

Глава 20

* * *

Впустив Эшхара в покои для утех, слуги вышли за дверь и он остался один. Неужели его не будут в этот раз связывать или заковывать в цепи, заказчица рисковая попалась, раз решилась на такое, что ж ему предоставили немного свободы и он вполне сможет не заниматься этим.

Кроме запаха сладких благовоний от которых чесался нос, вплелся аромат пищи и Эшхар, чуть постояв глотая слюну, направился сквозь шторки где стояла предполагаемая еда. На столике увидел одно из любимых блюд — крупно порезанное мясо с зеленью приготовленное на открытом огне. Пожав плечами и плюнув на все, уселся на мягкие подушки, пальцы сразу утащили пару ломтиков сыра из молока горных яков, еще не остывшее сочное мясо с жадностью поглощалось большими кусками, схватил фужер наполненный вином, но тут же отставил, боясь, что в напитке может оказаться коварное зелье.

— С аппетитом, смотрю, все в порядке, — проговорил голос только что вошедшей асванки.

— Не жалуюсь, — пробурчал Эшхар, ложа обратно кусок мяса, и вытирая ладони. Поднял взгляд, но не смог разобрать сквозь множества полупрозрачных шторок, кто стоял у двери.

Асванка чуть обождав пока запрут засовы, направилась к нему, она подходила все ближе, пока перед ним не показалось лицо.

— Тисс?! — поднимаясь с пола, зло и в тоже время с радостным удивлением прошипел Эшхар.

— И чего так орать! — прошептала сестра.

— Ах, я забыл, нужно говорить шепотом, не поднимая головы, не дай бог ты вякнешь хоть слово без разрешения госпожи. На колени может еще встать? А то тут принято рабу встречать так свою госпожу.

— Оу, ты наконец выучил правила поведения мужчин?

— Правила поведения рабов, — рыкнул он тихо, — чья идея была поставить мне эту позорную метку, из-за чего я теперь тут. Что за забавы такие? Обрезали волосы, словно преступнику, потом отправили на бои, где мне не место среди низших и рабов, теперь игрушка для любовных утех? Хотите, чтобы я испытывал всю гамму унижений. Да?

— Чего кипятишься? Сам виноват. Метка, была временной и не я решала ее ставить. Но даже с ней ты умудрился вляпаться! Какого гшера тебя понесло на торги? — Ее взгляд бросился на плечи, недовольно сморщилась увидев небольшой шрам на щеке. — Тебя секли?

— Раб должен же быть покорным? — иронично спросил Эшхар.

— М-да, — протянула Тиссая, — спрятать у Хозяйки невольничьего рынка было плохой идеей.

— Неужели?

Сестра закатив глаза, опустилась и села за столик.

— Садись, ешь. У нас не так много времени. Я заказала тебе твое любимое мясо и сыр. А то зная Матрону этого Дома и её скупость, врядли тебя тут кормят изысками.

— Не подозревал, что ты сюда похаживаешь, раз знаешь что тут и как, — беря вино из рук сестры, сказал Эшхар.

— Побойся Бездны, я в столице не была лет пятнадцать. Из-за тебя мне приходится тут ошиваться.

— Да если бы ты не отправила меня в Торговый Дом не пришлось бы тут ошиваться ни тебе, ни мне.

— Да если бы ты, как было приказано, не высовывался, то все было как прежде. Не считая твоей женитьбы.

— На одханке? Нет уж, не надо мне такого счастья, — скривился Эшхар.

— Предпочитаешь обслуживать Матрон? Они только рады будут поиметь тебя, особенно из последних домов. Твое личико даже шрамы не испортили.

— Ну ты и язва, — пробурчал Эшхар,