Дождь в пустыне - Элизабет Лоуэлл

— Много дел?

— Ужасно много, — удрученно подтвердила Бет.

Через десять минут они встретились на веранде. Девочка молча вручила Холли обещанный завтрак.

Холли ела гранолу, пила кофе и наблюдала за рабочими. Они столпились у круглой площадки, сооруженной на огромном заднем дворе дома Маккензи, устанавливая над ней невероятных размеров красно-серебристый шатер.

Холли взглянула на Бет.

— Ожидается дождь? — спросила она.

— К сожалению, да.

Неподалеку от обширной площадки бассейна были устроены мангалы для барбекю, на которых уже жарился огромный кусок быка и целый поросенок. Стойку бара разместили среди многочисленных кадок с благоухающими цветами.

Несмотря на то что аукцион был назначен на час дня, к девяти часам на ранчо начали постепенно съезжаться люди. Большинство из них толпились в конюшнях, рассматривая выставленных на продажу лошадей.

Как всегда бывает на таких аукционах, больше прибыло просто любопытствующих, нежели желающих приобрести породистую лошадь.

Не успела Холли допить кофе, как рабочие стали обращаться к ней по различным вопросам.

Время от времени в разговор вступали скучающие гости.

Бет и Холли взяли на себя развлечение гостей.

К полудню Холли совершенно выбилась из сил и была на грани срыва. Она успокоила поставщиков провизии, поболтала с гостями, присмотрела за двумя детишками, крутившимися у бассейна, матери которых не могли сказать своим отпрыскам «нет», объяснила другой парочке, что их пяти пуделям нельзя бегать среди выставленных на продажу арабских скакунов, и попыталась уладить вспыхивавшие конфликты.

Она поспевала везде, но до сих пор ей не удалось увидеться с Линком, чтобы уладить свой собственный конфликт.

Каждый раз, когда она направлялась к конюшне, где жеребилась лошадь, какой-нибудь рабочий хватал ее за руку, принимаясь расспрашивать, куда ему что-то положить и что ему делать. Ей приходилось сдерживаться, чтобы не послать их всех к черту.

К трем часам Холли решила добраться до конюшни во что бы то ни стало.

Не успела она выйти с заднего двора, как кто-то снова схватил ее за руку. Она повернулась как разъяренная фурия, не в силах подавить раздражение.

— Неужели нельзя подождать? — выпалила она.

Бет испуганно посмотрела на нее.

— Прости, — поспешно произнесла Холли. — Я не знала, что это ты. Я уже в который раз пытаюсь добраться до Линка, но каждый раз кто-нибудь хватает меня за руку.

— Именно за этим я и пришла, — сказала Бет. — Он звонит из конюшни. Танцовщица наконец ожеребилась.

— Жеребенок жив? — взволнованно спросила Холли.

— Слава Богу, все благополучно.

— Прекрасно. Иногда при таких долгих родах жеребенок рождается мертвым. Как Линк?

— Смертельно устал. Извинился за то, что не сдержался вчера вечером. Я тоже извинилась. Но…

— Что?

— Но это не изменило наших взглядов, не так ли? Я хочу сказать, что я по-прежнему хочу выглядеть старше, а он по-прежнему хочет, чтобы я выглядела как ребенок. Это просто нечестно.

— Ну, не стоит огорчаться, — устало проговорила Холли. — Дай ему время, дорогая. Он должен привыкнуть к мысли, что красота сама по себе не является злом.

Бет нахмурила брови.

— Значит, ты не станешь укладывать мои волосы и делать мне макияж? — спросила она.

— Ничего подобного. В восемь часов, как договорились.

Девочка выпустила руку Холли.

— Отлично! — просияв, воскликнула Бет.

— Мы с тобой будем сообщниками в преступлении, — заговорщицки прошептала Холли.

— Каком преступлении? — раздался зычный голос позади нее. — Будете воровать конфеты?

Холли оглянулась и робко улыбнулась Линку.

— Не спрашивай, если не хочешь снова поссориться, — предупредила она.

— Я и в прошлый раз не хотел ссориться. Уверен, и сейчас не дойдет до драки.

Зевая, Линк взъерошил густые волосы. Следы усталости на его лице тронули сердце Холли. Она поднялась на цыпочки и нежно поцеловала его в губы.

— Тогда мир, — сказала она. — Я и сама чувствую себя не слишком бодрой.

Он обнял ее.

— Плохо спала?

— Угу.

— Вот что происходит, когда спишь одна, — прошептал он, чтобы не услышала Бет.

С противоположной стороны двора Холли окликнул официант. Она сделала вид, что не услышала его. Мужчина быстрой, решительной походкой направился к ней.

— Какой кошмар, — простонала она. — Прицепился как банный лист.

— Не волнуйся, я разберусь, — сказала Бет, устремляясь навстречу мужчине.

— Наверное, опять будет жаловаться на кухню, — предположила Холли. — На Ней, видишь ли, всего одна микроволновая печь.

— Если ему нужны две, прихватил бы свою собственную.

— Именно это я ему и сказала.

— Видимо, хочет услышать это еще раз. От самих Маккензи!

Бет с несвойственным ее возрасту самообладанием и решительностью вступила в переговоры с официантом.

Линк взял Холли за руку и потянул к дому. Они на цыпочках, оглядываясь, чтобы не попасться на глаза гостям и рабочим, прошли через кухню и поднялись по ступенькам наверх.

Линк отключил телефон в гостиной, вошел в свою спальню и закрыл дверь. Затем сладко потянулся, прогнув спину, и начал медленно расстегивать рубашку. Линк поморщился, стягивая длинные рукава.

Холли вдруг ясно вспомнила грозу, сверкающую молнию и падающего с лошади Линка.

— Все еще болит? — спросила она.

— Немного. Танцовщица почему-то решила ожеребиться стоя.

— Да, плохо, конечно, что ты говоришь по-английски, а не по лошадиному. Тогда бы все как следует объяснил ей.

Усмехнувшись, Линк снова потянулся.

— В конце концов она все же легла, — сказал он, — поняла, что к чему, и мне уже было легче.

Холли посмотрела на его усталое лицо.

«Сейчас не время представлять ему Шаннон, — огорченно подумала она. — Линк слишком устал, чтобы вникнуть в суть дела».

Но он непременно должен сделать это, если хочет, чтобы у них было будущее.

— Тебя нужно хорошенько растереть, — сказала Холли.

— Как лошадь, да?

— К счастью, ты поменьше.

— Но намного больше новорожденного жеребенка, — улыбнулся Линк.

Смеясь, Холли прошла мимо Линка в ванную и вернулась, держа в руках душистое масло, которым сама пользовалась после душа.