Скрытое сердце - Мелани Харлоу

— Я передумала.

Из его груди вырвался смешок, когда он снова просунул руку мне под бедра, приподнял их и прижал вибратор к моему клитору.

— Теперь уже слишком поздно.

— Придурок.

Я уткнулась лбом в матрас. Это было так приятно — то, как он гладил меня своей маленькой урчащей игрушкой. Я ощущала вибрацию каждой клеточкой своего существа. Мое тело двигалось само по себе, когда напряжение охватило мой живот.

— Вот и все. — Его слова сочились самодовольством. — Вот так. Кончи для меня. Ты этого хочешь.

— Нет! — Закричала я, но матрас заглушил звук.

Он засмеялся, крепко прижимая его к моему клитору, и усилившееся давление и постоянная дрожь вознесли меня прямо к вершине блаженства.

Затем его слова окончательно взбудоражили меня.

— Единственное, чего ты хочешь больше — это мой член.

— Пошел ты.

Мои глаза закрылись, и все вокруг исчезло. В воздухе витал только его запах, в моей голове звучал его голос и восхитительный, непрерывный всплеск ощущений от его прикосновений.

Когда я перестала биться в конвульсиях под ним, он убрал игрушку, позволив моим бедрам упасть на матрас. Затем он отпустил мои запястья и выпрямился.

— Три. — Наклонившись вперед, он прошептал мне на ухо. — Я собираюсь принять душ. Присоединяйся ко мне, если хочешь поссориться из-за номера четыре.

Он впился зубами мне в плечо, прежде чем бросить вибратор на кровать и выйти из комнаты.

Вода в душе была включена всего несколько минут, когда я, наконец, отдышалась и последовала за ним в ванную. Я заметила, что там горит свет, а это означало, что ночью в какой-то момент было восстановлено электроснабжение. Прежде чем отдернуть занавеску, я почистила зубы.

Ксандер был похож на бога, загорелого и статного, вода каскадом стекала по его высокому, мужественному телу, когда он стоял, медленно поглаживая свой полностью возбужденный член.

— Почему ты так долго?

Мой взгляд жадно скользнул вниз по его влажной коже — широким плечам, блестящим чернилам, вздымающейся эрекции — и вернулся обратно. С зачесанными назад волосами точеный подбородок и скулы казались еще более привлекательными.

Он был настоящим произведением искусства, и я почти уверена, что у меня потекли слюнки.

— Ты волновался, что я снова сбежала? — поддразнила я, заходя в ванну и задергивая за собой занавеску.

Его глаза сузились, когда он прижал меня обеими руками к кафельной стене.

— Ты бы не посмела.

— Нет?

— Теперь мы с тобой понимаем друг друга.

Он поцеловал меня, дразня языком мои губы. На вкус он был как зубная паста, а на запах — как гель для душа, древесный и чистый.

— Так вот как мы это называем? Взаимопонимание?

Я пососала его язык и потянулась ниже, обхватив пальцами его член. Его скользкая плоть легко скользила по моей руке. Мне понравилось, как он сразу же начал толкаться в мой кулак, как будто ничего не мог с собой поделать, как будто ему уже не терпелось освободиться. Я сжала его чуть крепче и задвигала рукой чуть быстрее.

— Черт, — прорычал он мне в губы. — Тебе лучше притормозить.

— Почему?

— Я сейчас кончу на тебя.

— Может быть, я хочу, чтобы ты кончил на меня.

Когда он застонал, я продолжила мучить его, выгибая спину и проводя выпуклыми кончиками грудей вперед и назад по его влажной груди. Под моей кожей вспыхнули искры возбуждения.

— Может быть, теперь моя очередь получить то, что я хочу.

— Трахни меня.

— Мы еще к этому вернемся. — Я приподнялась на цыпочки и провела языком по его нижней губе, затем прикусила ее зубами. — Сегодня мы дойдем до самых разных вещей.

— Господи. — Ксандер тяжело дышал, его челюсть была крепко сжата.

— Вот и все, — пробормотала я, когда его член в моей руке стал еще больше набухать. Он был темного цвета и покрыт вздувшимися венами. — Ты хочешь этого. Перестань притворяться, что это не так. Дай мне это.

— Ты этого хочешь? — Его глаза закрылись, мышцы живота великолепно напряглись, когда он приблизился к кульминации. — Ты хочешь, чтобы я кончил на твои идеальные сиськи?

— Да.

У него хватило наглости не обращать на это внимания, как бы давая мне понять, что он все еще контролирует ситуацию.

— Три.

Он обхватил мой кулак своей огромной ладонью, сжимая мою руку все сильнее и сильнее.

— Два.

Его грудь вздымалась. Он пригвоздил меня горячим, темным взглядом.

— Раз.

На последнем слове он кончил густыми белыми струями, которые попали в мою грудь, как в яблочко. Он еще пару раз двигал нашими руками, и от каждого движения по моей коже пробегали мурашки.

Когда он выдохся, то положил руку на тот бардак, который у него получился, и размазал его по мне, втираясь в мою кожу, теребя пальцами мои твердые соски, а затем, наконец, приник губами к моим губам.

Поцелуй удивил меня. Он был глубоким, но не жестким, настойчивым, но не требовательным. И это продолжалось. Он обнял меня одной рукой за спину, а другой приподнял мою голову. Его язык был настойчивым, но мягким. У меня закружилась голова, и, несмотря на поднимающийся вокруг нас пар, кожа покрылась мурашками. Мое сердце затрепетало незнакомым, всепоглощающим образом.

— Эй. — Я упёрлась ладонями в его грудь. — Дай мне немного места. Ты занимаешь всю ванну.

— Я крупный парень. — Он поменялся со мной местами. — Я упоминал, что на пять сантиметров выше Остина?

— Разок-другой, — сухо ответила я, становясь под струю воды. Намочив волосы, потянулась за шампунем. Ксандер не сводил с меня глаз, пока я вспенила его и смыла пену. — Что? Почему ты так на меня смотришь?

— Ты смотришься потрясающе.

— Оу. — По коже пробежали мурашки. — Спасибо.

— Плюс моя сперма все еще на твоих сиськах, и это чертовски возбуждает.

— Ты варвар, — рассмеялась я.

— А я тут подумал, что в жизни ты гораздо красивее, чем на фотографиях.

Я вздохнула, распределяя кондиционер по длинным мокрым прядям.

— Не порти комплимент, Ксандер.

— Я не порчу, а улучшаю. Ты всегда выглядишь хорошо. Идеально, если быть точным. Просто мне ты нравишься больше вот так.

— Потому что я голая.

— Потому что ты красивая без макияжа и укладки. — Его руки скользнули мне на талию, и он прижался всем телом. — Но да, голая ты чертовски горячая.

Наши губы встретились, и я приподнялась на носочках, ведя ладонями вверх по его груди. Он крепче обхватил меня, легко подняв в воздух. Поцелуй был более напористым, требовательным. Ксандер умел целовать по-разному, и, похоже, мне нравилось