Тигр под елку - Мария Зайцева

Мы шли, весело болтая, Валя был забавным и общительным, и я как-то даже позабыла на пару минут о своей сложной жизненной ситуации.

Не заметила бордюра, споткнулась, Валя подхватил, я рассмеялась, держась за его плечи…

И вот тут-то мне сложная жизненная ситуация о себе напомнила…

Рядом с нами лихо тормознула черная тачка, из-за руля вымелся, даже не закрыв дверь, невероятно злой Тигран, в одно движение оказался возле нас и, аккуратно отстранив меня от Вали, молча поднял его за грудки над землей.

Это настолько быстро все случилось, что я лишь ахнуть успела, а Валя даже этого не смог сделать, только сипел и испуганно вращал глазами.

— Это ты чито тут делаешь? — Тигран очень сильно был не в себе, акцент ярко-ярко пробивался. — С моей девочкой?

Валя очень хотел ответить, но не мог.

А я могла, но онемела от наглости.

Потом, правда, пришла в себя и со всей дури ударила Тиграна по спине сумкой с учебниками.

И голос обрела, кстати очень:

— Пусти его! С ума сошел?

Тигран, не прекращая душить уже синего Валю, повернулся всем корпусом вместе с ним ко мне и злобно раздул ноздри:

— Это кто? Смертник?

— Да это просто знакомый! — я опасалась бить Тиграна, потому что в зоне поражения сумки был и так уже серьезно пораженный Валя, дополнительно травмировать его не хотелось, — я ему конспект обещала!

— А больше ничего? — Тигран перевел звериный взгляд с очень злой меня на очень красного Валю, и тот согласно засипел что-то, — нет?

— Да нет же! Пусти его, дурак!

На нас обращали внимание, кто-то снимал на телефон, кто-то набирал полицию.

И Тигран, видно, придя в себя, разжал кулак и позволил Вале опуститься ногами на асфальт. И даже придержал его заботливо за плечо, чтоб тот не упал.

— Блин… — я кинулась к кашляющему Вале, с тревогой всматриваясь в его лицо, — ты как?

Валя говорить пока не мог, только хрипел.

Я повернулась к молча наблюдающему за нами Тиграну и снова ударила его сумкой, теперь уже по плечу:

— Дурак ревнивый! Смотри, что сделал? А если у него что-то сломалось?

— Да чито у него сломается? — Тигран с сомнением почесал чуть сбитые костяшки на кулаке, с легким беспокойством рассматривая согнувшегося Валю, — я только поднял же…

— Господи! Ненормальный! — я снова повернулась к Вале.

— Валя… Ну что? В больницу?

— А чего ты о нем так переживаешь? — раздался сзади ревнивый голос Тиграна. Не вовремя он выступил, ох, не вовремя!

Я, не поворачиваясь, кинула в его сторону сумку с учебниками, а сама снова принялась тормошить Валю.

— Скорую давай?

— Да ты смеешься, чито ли? — уже возмутился Тигран.

— Не-е-ет… — сумел, наконец, выхрипеть Валя, — не надо… Все… Оке-е-ей…

Он выпрямился, потирая шею пальцами и с укором посмотрел на меня:

— Предупреждать надо.

Я настолько растерялась, что даже не нашла, что сказать.

Валя развернулся и пошел прочь.

— Я… Я тебе конспект в универ завтра принесу, хорошо? — крикнула я ему напоследок, но Тигран меня перебил:

— Я сам принесу.

— Но ты же не знаешь, с какого он?.. — удивилась я, а Валя замер, развернувшись к нам и светя глазами, словно испуганный лемур.

— Найду, — мрачно пообещал Тигран, и Валя торопливо замотал головой:

— Не-не-не! Не надо! У кого-нибудь еще возьму!

После этого он, не глядя больше на меня и Тиграна, развернулся обратно и пошагал прочь.

А я, проводив его прихрамывающую фигуру расстроенным взглядом, развернулась к Тиграну и нахмурилась:

— И что это было?

— Ну прости, — пожал плечами Тигран, и на его наглой физиономии не было ни капли сожаления по поводу случившегося, — я просто ехал… А тут ты обнимаешься с этим… Я расстроился…

— Больной, — покачала я головой и, не найдя что еще сказать, молча пошла дальше к общаге.

Правда, далеко не ушла, Тигран догнал и властно взял за руку:

— Поехали, довезу.

— Тигран… — вздохнула я, — тут пять минут ходьбы через дворы.

— А мы улицей поедем, — логично возразил он.

И потащил меня к машине.

Уже усадив и зафиксировав ремнем безопасности, Тигран спросил:

— Может, поедем поедим куда-нибудь?

— Нет уж, — хмуро отказалась я, — у меня завтра зачет.

Тигран кивнул, вырулил на проспект и тут же встрял в пробку.

Скорее всего, он намеренно это сделал, хитрый гад, но мне почему-то не хотелось с ним ругаться в эту минуту.

Он, конечно, тот еще ревнивый придурок, но…

В свете новой информации про него и его гулянки в кавычках…

Я не хотела думать об этом, старалась не смотреть в сторону, в окно, перед собой… Но взгляд то и дело сползал на грубые длинные пальцы, спокойно лежащие на черном руле, широкие запястья с четкими контурами татуировок, плечи, шею, небритый опять подбородок, черные волосы, глаза…

Тигран смотрел на меня! И поймал! Поймал на разглядывании!

В его взгляде клубилась тьма, и я, задохнувшись, отвернулась от него к окну.

Атмосфера в машине загустела.

— Мара… — тихо, с легким сексуальным хрипом сказал Тигран, — я хочу тебе сказать… Я нашел, как доказать, что я…

— Не трудись, — прервала я его, — я говорила с этой твоей…

— Она не моя! — Тигран яростно ударил по рулю, — она просто дура! Сама выложила, сама подписала… Овца!

— Не надо, — покачала я головой, — она надеялась…

— И чито? — снова сорвался он на акцент, — мне чито теперь, надо чьи-то надежды оправдывать? Я ей ничего не обещал!

— Как и мне… — прошептала я.

Тигран замолчал, затем выругался по-своему, затейливо и витиевато, включил поворотник и резко вырулил из пробки, кажется, попутно создав аварийную ситуацию.

Я, машинально придерживаясь за поручень, огляделась. Мы удалялись от общаги.

— Куда мы? — спросила я растерянно.

— Поговорим, — мрачно сказал Тигран.

— Снова похищение?

— Нет. Я тебя уже похитил, ты — уже моя.

— Да конечно! И куда везешь?

— К себе.

— А нани?

— Нани пару часов назад я посадил на самолет. Она передавала тебе привет и оставила полный холодильник жратвы.

Ого…

35

— Хочу тебя…

Ну вот кто бы сомневался, что Тигр меня исключительно для поговорить вез к себе?

Я лично не сомневалась.

Себе, понятное дело, не признавалась, потому что как-то это все же неправильно… И я его еще не простила…

И вообще…

— Киса-а-а… Ты ведь простила? Да?

— Вообще не-е-ет…

Он прижал меня грудью к стене в прихожей, сразу, как только мы переступили порог дома, жадно куснул в шею и зарычал так низко и призывно, что у меня коленки дрогнули.

И вместо качественного «нет» получилось призывное «не-е-ет»…

Я хотела, что