Коллекционер закрытых книг - Мария Брикер

– Бокал хрустальный разгрохала. Пришлось осколки убирать, – кивнула Лиза на пылесос.

Потом девица сгребла в охапку вещи и заметалась по комнате, пытаясь сообразить, куда их сгрузить. Из-под мятых туалетов показался симпатичный кожаный диван цвета слоновой кости, куда Зотова и плюхнулась, не спрашивая разрешения.

– Извините, кофе-чай не предлагаю. Чашки все немытые, а у меня маникюр свежий. Завтра с утра рекламная съемка для ювелирной компании, – пояснила Климова и швырнула охапку одежды в угол комнаты. – Пардон за беспорядок. Ничего не успеваю. Постоянно съемки, кастинги, поездки в Европу, светские мероприятия, интервью. Вам просто повезло, что застали меня дома.

– Скорее это вам повезло, – весело отозвалась Елена Петровна, потирая икры.

Ноги гудели, как трансформаторная будка. Все, больше она эти модные дизайнерские сапожки ни в жизнь не наденет. Ее любимые ботинки типа «прощай, молодость» хоть и страшные, но необыкновенно удобные.

– У нас есть информация, что вас планируют убить, – без предисловий сообщила Зотова.

– Убить? – криво улыбнулась Лиза. – Зачем?

– Хотите, я чашки помою и кофе сварю? – неожиданно для самой себя предложила Елена Петровна, хотя у нее тоже был свежий маникюр.

– Очень хочу! Огромное спасибо! Кстати, у меня коньяк есть марочный. По случаю моей скорой смерти можно хряпнуть рюмашку, – нервно усмехнулась Климова. – Вы только в кухне в обморок не падайте. Там бардак еще хуже.

«Нормальная девка», – решила Зотова и пошлепала в кухню. Лиза поплелась следом.

– Ого! – не удержалась Елена Петровна, переступив порог кухни.

Если в комнате стоял творческий беспорядок, то тут модель развела настоящий свинарник. Гора грязной посуды с прилипшей едой, сковородки, кастрюли, бутылки вдоль стены, замызганные полотенца, на столе засохший хлеб, стаканы с недопитым соком, неопознанные остатки пищи…

– Я же говорила, – вздохнула Климова, стряхнула с табуретки крошки и села, задумчиво озираясь по сторонам. – Надо бы, наверное, все же убраться. Вдруг и правда убьют? Как-то неудобно.

– Неудобно что? – спросила Елена Петровна, вытаскивая из груды грязной посуды изящные фарфоровые чашечки. Медная турка нашлась на плите, залитой подгоревшим кофе.

– Ну как что? Журналисты понаедут, фоторепортеры из светской хроники, а я тут мертвая в таком свинарнике. Неэстетично как-то.

Комментировать слова модели Зотова не стала, помыла чашки, сполоснула турку и вопросительно взглянула на Климову.

– Кофе в верхнем ящике, – сообщила Лиза печально. – Мне крепкий. И четыре ложки сахара. Сто лет сладкий кофе не пила. Гулять так гулять! Пойду коньяк принесу.

Россия удивительная страна. В кухнях принимают гостей, устраивают посиделки, беседуют о делах, в гостиных – кушают и смотрят телевизор в одиночестве или кругу семьи. Зотова не возражала, ей уже было все равно, где разговаривать, лишь бы наконец-то сесть, что она и сделала, смахнув полотенцем крошки со второй табуретки.

Коньяк и кофе привели Лизу в возбуждение. Глаза у нее горели огнем, щеки зарумянились. На Зотову она смотрела с азартом, словно та сообщила не о возможном покушении, а предлагала подписать миллионный контракт с американским «Vogue».

– Как я попала в «Крымские каникулы»? Да обычно, – махнула рукой Лиза и налила себе еще коньяка в пустую кофейную чашку с остатками гущи. – Хотя нет, не совсем обычно. Просто подфартило. Правда, это еще с какой стороны посмотреть. Как сейчас помню: парились на пляже два дня подряд, снимали тупой музыкальный клип с истеричной козой в главной роли… Один богатенький Буратино решил дочке подарок сделать на день рождения. Та мечтала стать великой певицей, но голоса и слуха у нее не было совсем, пела так, что коты мартовские в ужас бы пришли. Девочка, однако, была уверена в обратном и настырна в своих желаниях. Дошло до того, что малолетняя коза пригрозила папочке самоубийством, если он не поможет ей забраться на музыкальный Олимп. В общем, весь мозг родителю выгрызла, и тот решил осчастливить чадо. Нанял команду профессионалов во главе с одним из лучших клипмейкеров Москвы. Меня в клип пригласили в качестве модели, но пришлось работать актрисой. А мне что, я и актрисой могу, лишь бы бабки заплатили. Песня называлась «Нимфа». Сюжет клипа такой: три рыжие ведьмочки лепят из песка девушку, та оживает, уходит в море – и пучина поглотила ея в один момент; ведьмы в ужасе бросаются за утопленницей. Короче, все умерли.

– Рыжие? – улыбнулась Зотова, кивнув на темные волосы Лизы.

– Когда-то я была рыжей, – хихикнула Климова. – Имидж сменила по совету знакомой суперской стилистки, и моя карьера резко пошла в гору. Так вот, девушку играла, ясный перец, сама дочка. Нимфа, блин… Блондинка тупая! В общем, из-за этой гребаной нимфы мы никак не могли снять простецкий клип. Жарища страшная, мы на солнцепеке в песочек играем, грим плывет, кожа уже волдырями покрывается, не помогают солнцезащитные кремы, а коза под зонтом стоит и выкобенивается. То ей одно не так, то другое. Уже и режиссер стонет, уговаривает ее, объясняет, что будет монтаж, компьютерная обработка, спецэффекты. Вроде отсняли, пора нимфе воскресать. Тут она подходит к фигуре на песке, которую художник сварганил, и начинает ее ногой пинать. Переделывайте, говорит. Мол, песчаная девушка на нее должна быть похожа как две капли воды. Меня это так взбесило, что я пригоршню песка взяла и девке в морду швырнула. Теперь, говорю, ты на нее похожа. Думала, конец мне, сейчас нимфой стану я, меня попросту утопят. Вдруг слышу – аплодисменты. Вся съемочная группа, клипмейкер, актеры хлопают. Девка зарыдала и пошла всерьез топиться. Народ за ней ломанулся, а режиссер что-то в рупор орет. Потом только поняли, что все это безобразие отсняли. Получилось – супер! Если бы девка пела прилично, клип сделал бы ее звездой. А так его пару раз по кабельному каналу прокрутили и сняли с эфира. Даже студийная запись и компьютерная обработка голоса не помогли. Так вот, после съемок ко мне подходит франт в белом костюме, я его среди зевак видела, и говорит, что ищет актрису на главную роль в фильме «Крымские каникулы». Я, дескать, по типажу и темпераменту ему просто идеально подхожу. Ответ попросил дать до утра следующего дня. Я подумала, он аферист, склеивает на предмет переспать. В Крыму много таких «режиссеров» по пляжам гуляет. Но мужик оставил сценарий, визитку с координатами и удалился, весь из себя гордый и неприступный. Смотрю, на карточке написано «Гольянов». Блин, думаю, я ведь слышала про него как подающего надежды. Хотя он еще ни одного фильма не снял. Навела справки, выяснила, что в Крыму действительно ведутся съемки фильма, который грозит стать хитом, и, естественно, согласилась. А уже потом узнала, почему меня взяли на роль.

– Значит, вы были в курсе, что с актрисой, которая должна была сниматься в фильме до вас, произошел несчастный случай?

– Конечно! Честно сказать, у меня такое чувство было, что никто особо не расстроился, напоказ повздыхали и забыли. Все, кроме Германа Волошина.

– Кто это? – спросила Зотова.