Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета - Евгения Владимировна Потапова

— Что она говорит? — спросила я Шелби.

— Это молитва на иерихонском. Она пытается изгнать демона, которому служит ее муж, — ответил он.

— Может его вырубить, чтобы не мешался под ногами? — тихо предложила я. — А то сейчас на меня этот гад нападет, и всё.

— Давай попробую.

Шелби собрался товарища аккуратно стукнуть по темечку, как демон в это время со всей силы шарахнул моего Томаса своим хвостом. Мой защитник отлетел в сторону.

— Вот и не фига себе, — обалдела я.

Шелби поднялся и предстал во всей красе. Из носа у него валил огонь, на кожистых крыльях торчало пара черных перьев. Сам он был красного цвета, а на хвосте появились огромные шипы.

Мужик норовил ударить свою жену, но она всё время уворачивалась от его кулаков и продолжала читать молитвы.

— Ах ты, гад какой, женщин бить, — не выдержала я и опустила на голову Левушке венский стул.

Мужчина как-то крякнул, криво улыбнулся и плюхнулся на пятую точку. Я провела контрольный удар в голову тем же стулом, и товарищ уютно распластался на стареньком паласе, разбросав в сторону ножки и ручки, как та звезда на дне морском.

Женщина продолжила читать молитву мужским голосом. Шелби, демон и некто, похожий на ангела, друг друга мутузили. В дом зашел батюшка и прошел в зал на звуки.

— Что тут происходит? — он посмотрел на отдыхающего Левушку, затем на женщину в трансе, потом на меня.

Я пожала плечами, я-то ни при чем, это они сами всё затеяли.

— Посмотри своим вторым зрением, — предложила я.

Николай достал свою книжицу из кармана, приложил ее к груди и прикрыл глаза. Через минуту открыл и посмотрел на меня ошалело.

— Это вообще что такое? — спросил он.

— Не знаю, по ходу, они дерутся, — ответила я и пожала плечами.

— Этот твой тоже там? — удивился батюшка.

— Угу, — кивнула я. — Только я не пойму, кто кого лупит.

По залу катался огромный черно-красный белый клубок.

— Интересно, дом после такого выстоит или он потом сложится, как карточный домик? — вздохнула я.

— А у тетки что за приступ? — поинтересовался он.

— Похоже, она сосуд этого белого существа. Кстати, ты его разве не видел в церкви?

— Я как-то не приглядывался, — пожал плечами Николай.

— Ну ты даешь, в стране угля, мелкого и то по праздникам. К тебе пришли люди изгонять демона, а ты не приглядываешься, кого гонять. С таким даром и в кустах отсиживаться, — пожурила я батюшку.

— Значит, демон этого Льва Никонорыча?

— Ага, страшный такой, жуть, аж мурашки по коже побежали от этой твари, как я его увидела, — вздрогнула я от воспоминаний.

— И что с этим делать? — спросил Николай.

— Можно спрятаться на кухне и пусть они там лупят друг друга, а можешь свои молитвы изгоняющие почитать, да кадилом помахать, святой водой побрызгать, — пожала я плечами.

— А ты бы чего сама сделала на моем месте?

— Чай бы налила, печеньки взяла и пришла бы сюда смотреть. Не каждый день такие вещи в гостиной происходят.

— Значит, никому помогать не будем?

— Я бы Шелбику помогла бы, да вот не знаю, как, — вздохнула я.

— Тогда пошли за чаем, кадилом и святой водой. Приготовим всё, если демон станет побеждать, и сядем чай пить, чтобы за всеми событиями следить, — резюмировал батюшка.

Притащили всё для чаепития и устроились с ним в коридоре. Оттуда всё было прекрасно видно и не так страшно.

— Интересно как, тут такая борьба, понимаешь ли, титаны бьются, а тишина, аж жуть, и ничего не рушится, — покачала я головой, отхлебнула немного горячего чая и заела печенькой.

— Угу, — согласился со мной Николай, уплетая яблочное варенье из розетки. — У меня бабушка такое же варенье варила. Хвосты, конечно, у этих тварей жуткие. А почему у белого хвоста нет?

— Но-но, попрошу Томаса тварью не называть, он вполне себе ничего товарищ. Белый, наверно, не отрастил хвост или ему по статусу не положено.

— Зато смотри, какие у него жуткие когти, да и зубы как у демонов, и на крыльях заостренные когти.

Вдруг Томас и белое существо разорвали на две части черного демона. Каждый разглядывал свою добычу у себя в лапах. Шелби посмотрел на оппонента и с большим удовольствием запихал свою половину себе в пасть. Белый же прижал свою добычу к груди и впитал ее в себя.

— Жесть, — прокомментировал Николай. — Прости Господи, — он отложил ложечку и перекрестился.

«Ангел» взглянул на батюшку, поднял два пальца вверх и исчез в воздухе, словно его и не было. Шелби присел в реверансе, и его резко сдуло ветром. Обессиленная женщина упала на пол рядом со своим мужем и отключилась.

— Изумительная картина, — выдохнул батюшка, разглядывая своих постояльцев.

— Теперь можно и на кухне чай попить, — сказала я и потащила чашки на кухню.

— А как же эти? — кивнул Николай на пару.

— Не мешают, пусть отдыхают. Демона больше нет, «ангел» или кто это был, ушел. Так что работа выполнена, требую пожертвований, — сказала я.

— Агнета, — покачал он головой осуждающе.

— Не суди, да не судим будешь, — фыркнула я и ушла на кухню.

Заглянула в кастрюльку, там томился в ожидании борщ.

— Николай, тут Неля борща наварила. Ты будешь? — поинтересовалась я.

— После половины банки варенья и пачки печенья?

— Ага.

— Буду.

— Тогда чеши сюда, — позвала я его.

Он зашел на кухню, достал из холодильника банку с квашеной капустой, нарезал черного хлебушка и почистил несколько долек чеснока. Налила ему борща. Он потянул носом аромат, крякнул и принялся хлебать суп большими ложками.

На полу в зале мирно посапывала семейная чета. Теперь они могли спать спокойно, подселенцев у них больше не было.

Своих в обиду не даем

Когда уходила от Николая, чета еще дрыхла на паласе в комнате.

— Если что-то будет не так, я тебе позвоню, — сказал батюшка.

— Звони, — согласилась я. — Дыхание ровное, сами розовые, как поросятки,