Теория страсти - Сандра Мэй

Нет ответа.

— Господи, иностранка, наверное… Надо все-таки запирать дверь! Мисс! Я вам говорю!

Загорелая девица безмолвно повернулась, подошла к приподнявшейся Рокси и высыпала ей на грудь пригоршню жемчуга.

— Это за чемодан. И вообще — я по тебе соскучилась.

Рокси закрыла ладонью рот, машинально сунув в него огуречные дольки. Три… пять… десять секунд она просто смотрела на загорелую девицу, а потом завизжала так, что зазвенели распахнутые окна.

— Ты!!! Это ты!!! Нет!! Это не может… КОННИ ШЕЛТОН!!!

Потом были слезы и объятия, поцелуи и взвизги, всплескивания рук, дикие пляски по комнате, опять поцелуи и объятия, и, наконец, две подруги уселись на кровати рядышком.

— Конни, я не умерла по чистой случайности. Это не ты. То есть это ты, но ты потрясающая. Немыслимая. Обалденная. Что творят Багамы! Тебя невозможно узнать. Господи, а где очки? Где линзы?

— Все расскажу, не спеши. Это долгая история. А линзы мне больше не нужны. Как-то так само вышло…

— Конни! А почему ты так рано вернулась?

— Рано, думаешь? Мне казалось, прошла целая жизнь.

— Да нет же, всего две недели! И такой загар, Боже милосердный. А волосы! А ноги! А фигура!

— Уймись, Рокси. Ты меня смущаешь. Волосы выгорели, но фигуру я не трогала.

Рокси прищурилась, подозрительно оглядывая подругу.

— Ты какая-то другая. То есть ты вообще другая, но в глазах что-то… Рассказывай!

Конни задумчиво накрутила локон на палец. Начать оказалось очень трудно…

Лето профессор Малколм провел изумительно. Жена и девочки уговорили его отказаться от курса лекций в Аризоне, и профессор впервые в жизни об этом не пожалел. Вместо пыльной Аризоны он махнул с семьей на Онтарио и два месяца вел абсолютно растительную жизнь. Связь с внешним миром поддерживал только через свою секретаршу, Джейн Смит, которой звонил раз в неделю. Сама Джейн с детьми и мужем проводила отпуск в родном доме. Шон и Карла ждали первенца, и Джейн рассказывала профессору в основном про то, как протекает беременность у ее невестки. Профессор кротко выслушивал еженедельные отчеты и передавал приветы.

В середине августа преподавательский состав постепенно начал собираться. Разморенный жарой университет оживал, составлялись учебные планы, по рукам ходили авторефераты ожидающих защиты дипломов и диссертаций. В один из таких дней профессор вспомнил о работе Констанции Шелтон.

Сперва профессор Малколм немного устыдился. Констанцию он не видел с весны, с того самого времени, когда они с Джейн задумали их неудачную авантюру. Теперь профессор искренне надеялся, что летний отдых пошел ему на пользу, и он без потерь перенесет встречу со своей лучшей студенткой.

Он перечитал работу и снова расстроился. Интересно, неужели она ухитрилась собрать фактический материал? Это просто немыслимо.

Профессор Малколм откинулся на спинку любимого кресла, снял очки и стал любовно протирать их замшевой тряпочкой. Возьмем себя в руки и займемся планом. Для начала разослать реферат всем преподавателям и профессорам, назначить предзащиту, потом защиту… предварительно встретиться, разузнать про Багамы. Что она расскажет про Багамы? Ферментно-ингибиторная активность… За одни термины ей можно давать степень.

Джейн Смит вошла с целой кипой бумаг и встала у правого плеча профессора, спокойная, благожелательная, уравновешенная и надежная. Профессору стало веселее. Джейн займется рассылкой, все будет хорошо…

Легкий стук в дверь, потом девичий голос:

— Можно войти, профессор Малколм? Вы не заняты?

Профессор забыл надеть очки и близоруко уставился на дверь, вернее, на того, кто в дверях стоял.

Высокая, стройная девушка. Что-то зеленое и летящее, открытые плечи. Грива золотистых волос. Стройные ножки в изящных туфельках. Это он различал, и довольно неплохо. Наверное, студентка из должников. Хорошенькие студентки всегда ходят в должниках. С точки зрения психологии это тоже объяснимо: кому хочется второй раз принимать зачет у какой-нибудь страхолюдины? А вот у такой, зеленовато-развевающейся, с медовыми локонами и точеными ножками, — почему нет?

В следующий момент Джейн Смит уронила бумаги. Нет, не выронила пару листков, не упустила папку. Уронила всю груду, просто выпустив ее из рук. Даже не сделала попытки наклониться и собрать, только прижала руки к груди и сказала севшим и счастливым голосом:

— Боже мой, док, вы только посмотрите…

— Здравствуйте, миссис Смит. Профессор, если я не вовремя…

Профессор торопливо нацепил очки и уставился на посетительницу. Очень хороша! Голубые глаза, черные ресницы, высокие скулы, румянец. Помада ей очень к лицу, коралловая, нежная. Где-то он ее видел, но, конечно, не вспомнит. Не часто она посещала лекции, это уж точно.

— Прошу вас, мисс. У вас ко мне дело?

— Да, конечно. Скоро защита.

— Вы написали курсовую?

— Вообще-то диплом.

— О, замечательно. Кто ваш научный руководитель?

Где же он ее видел? И что, черт побери, творится с Джейн? Девочка мила, даже красавица, но с каких это пор Джейн впадает в транс от женской красоты?

— Так кто у нас научный руководитель?

— Вообще-то вы, профессор.

Профессор Малколм открыл рот. Закрыл его.

Оглянулся на Джейн в надежде на быструю и тактичную помощь. Красавица в зеленом наклонилась вперед, протянула руку с ухоженными ноготками, положила ее на пухлую папку, лежавшую перед профессором.

— «Любовь как психологический феномен. Иллюзии и реальность». Вы обещали мне всех зубров с кафедры.

Профессор Малколм окаменел. Превратился в соляной столп, в памятник самому себе. Рядом продолжала стоять столбом верная Джейн. Красавица улыбнулась, отчего на щеках заиграли ямочки.

— Профессор Малколм, это я, Констанция Шелтон. Вы меня забыли за лето?

Профессор выдохнул воздух, застрявший в горле, и тихо произнес:

— Этого не может быть! Нет, этого просто не может быть! Скажите, что это розыгрыш. Шутка. Студенческий капустник. Пожалейте старика.

— Но это я! Ваша студентка.

— Констанция! Мисс Шелтон! Бог мой, я просто потрясен! Вы меня простите, ради всего святого, я веду себя бестактно, но… это немыслимо! Это — чудо.

Она рассмеялась. Звонко, мелодично, весело, ничуть не обижаясь на профессора Малколма.

— Честно говоря, я рассчитывала вас удивить, но не ожидала такого успеха. Здравствуйте, профессор.

— Здравствуйте, здравствуйте, моя девочка, я ужасно рад вас видеть! Джейн, да скажите же!

— Да. Здравствуйте, мисс Шелтон. Вам вполне удалось нас удивить.