Жених по обмену - Кицунэ Миято

нём также оказались его широкие кожаные браслеты. Наверное, это чтобы не повредить запястья наручниками. Они такие тоже купили. Впрочем, София не думала, что дойдёт до наручников, с одним стеком бы разобраться, как и чего делать, чтобы никому не выткнуть глаз и не причинить настоящей боли… Она продолжала рассматривать «покорного Ника». На широком ремне, заправленном в джинсы, висели разные цепочки. Это всё тоже делало образ завершённым. Да и дома, без свидетелей, это всё как-то… более по-настоящему, что ли.

Ник терпеливо ждал, и в конце концов София решилась. Это всё музыка и плескавшийся в крови адреналин от того, какая она вся затянутая в кожу, накрашенная и как будто и не она вовсе. Наверное, чтобы быть «госпожой», стоило просто отдавать резкие команды без просьб и вежливости.

— Мой стек. Дай! — чуть-чуть включив силу, скомандовала София. Сила в подобных случаях всегда ей помогала, как, например, «подыграть» Нику с утра.

— Возьмите, моя госпожа, — протянул ей приспособление Ник.

Она взяла кожаную оплетку, очень удобно лежащую в руке. Попробовала побить диван. Он тоже кожаный… Стек и правда издавал свистящий резкий звук и опускал «мухобойку» на своём навершии со звонким шлепком. София решилась и аккуратно шлёпнула по ладони себя, проверяя ощущения. И правда, по звуку казалось, что это должно быть больней, чем на самом деле. Она примерилась в оголённое плечо, но неудачно размахнулась и хлёстко попала по щеке. Вышло очень громко.

— Ой! Больно? — почему-то шёпотом спросила она Ника.

— Нет, приятно, моя госпожа, — прошептал тот в ответ с придыханием, но при этом скорчив такую несчастную физиономию, что София только чудом не вышла из образа и не засмеялась.

Потому что в следующую секунду в апартаменты ворвался Тимур.

— А что вы?.. — начал брат, его взгляд метался от Ника к Софии, а глаза расширялись, словно хотели вылезти из орбит.

София от неожиданности закаменела, но привычка «держать лицо» настолько закрепилась, что она даже бровью не повела. На каком-то наитии она резко хлестнула себя по сапогу и сказала, глядя на Тимура в упор:

— Вышел! Живо!

И замерший с открытым ртом брат через мгновение хлопнул дверью, словно испарился.

Сердце заколотилось как бешеное, и чуть не отказали ноги. София и поверить не могла, что именно так отреагировала и у неё получилось то, что они задумывали… Но ведь эту «акцию устрашения» они планировали даже не сегодня, а… когда-нибудь.

— Ы-ы… — внезапно раздался странный звук, и София, растерянно оглянувшись, поняла, что Ник. Он упал на спину, закрыл лицо ладонями и попросту давился хохотом. — Как же ты великолепна, моя… моя… г-госпожа-а-аха-ха…

Пережившая адреналиновый откат София подошла поближе и возмущённо потыкала ржущего муженька стеком. Ник начал уворачиваться, чуть ли не катаясь по ковру, смеялся и просил пощады от слишком суровой госпожи. София не выдержала и тоже захохотала. Когда она просмеялась, то обнаружила себя лежащей рядом с Ником. Этот хитрец воспользовался её слабостью в ногах, перехватил и повалил рядом с собой. С ковра на комнату был совсем иной ракурс, а лежать так оказалось вполне удобно.

— В этих сапогах можно только стоять или лежать, — подняла София ногу вверх, разглядывая шнуровку. — Колени почти не сгибаются. И каблук… Не привыкла я к каблукам, тем более таким высоким.

— Если что, купим тебе новые, — Ник быстро поднялся и ловко расстегнул сапог, вытаскивая её ногу на свет. На миг он замер с её ступнёй в руках, что-то рассматривая. Может, педикюр? Но затем всё же отпустил и помог со вторым сапогом.

Когда же он, поигрывая бровями, потянулся к молнии на декольте, София ловко шлёпнула его стеком по руке.

— Ага, щас! — звук вышел хлёстким и громким.

— Попытка не пытка… Хотя… Это как посмотреть, — хмыкнул нисколько не расстроенный Ник, ухмыляясь.

— Ладно, пойду переоденусь, — София легко поднялась. Сапоги всё же здорово стесняли движения, а вот в комбинезоне удобно. То, что её в таком виде увидел брат, отчего-то уже ничуть не беспокоило. В конце концов, они чего-то подобного и добивались, и в следующий раз Тимур не станет заскакивать в комнату без стука и вообще приглашения. Заимел тут дурную привычку… К тому же, и правда, теперь можно будет потребовать поставить замки на апартаменты. Раньше она о таком даже помыслить не могла. Да и попроси она замок на дверь, чтобы её личное пространство оставалось приватным, отец, скорее всего, бы сказал что-то вроде «это мой дом, и я могу входить в любую комнату». Или что-то о том, что «у тебя не должно быть секретов от семьи». Вспомнить только, как он ворвался с претензиями, когда заподозрил в том, что она с кем-то встречается, как выдумал тот дурак-адвокат перед подписанием брачного контракта.

— Кстати, для ясности… Завтра — это свидание, — заявил Ник ей в спину, когда София почти дошла до гардеробной.

Она невольно улыбнулась, но не обернулась, и похоже и без сапог у неё вполне получилось крутить бёдрами так, чтобы чувствовать взгляд на своих ягодицах, обтянутых чёрной кожей.

Остаток вечера они провели за уроками в кабинете. Внезапно вспомнилось, что в понедельник будет зачёт, а всё воскресенье может быть занято друзьями Ника. Так что пришлось отвлечься от грандиозных планов по «курощению семьи».

Ник оказался спецом в английском и легко объяснил про все эти дурацкие времена, в которых София постоянно путалась. Они даже поговорили на английском, и Ник похвалил её произношение. Оказалось, что он был очень хорош и в немецком, и вообще занимал призовые места в языковых олимпиадах по Москве, а также участвовал в олимпиаде по всей Империи.

— А по английскому Сашка Шишков выиграл… — закончил свой рассказ Ник. — Вот кто точно гений. А я так, хороший середнячок. Сашка поступил в «ломоносовку» благодаря своему первому месту по Империи.

— Ты скромничаешь, — покачала головой София. — У тебя самого явный талант к языкам, ты так круто говоришь и все правила знаешь… Кстати, а ты почему в эту «ломоносовку» не поступил? Ты же тоже мог. Учитывая твои способности и первое место по немецкому языку. «Ломоносовка» — это же которая при МГУ, да? Там ещё дипломаты будущие и всякие атташе?

— Были свои причины, — пожал плечами Ник. — Да и не хотел я там учиться и видеть местные рожи.

— Ты оттуда кого-то знаешь?