Сегодня и всегда - Кэти Келли

– Это действительно так? – удивилась Клео. – Моим родителям подобная мысль ненавистна.

– Они сами выбрали это дело и сами управляют отелем, – пояснила свои слова миссис Шеридан. – Мою же судьбу определило замужество. Как говорил один родственник моей матери, я шла к алтарю с букетом цветов, а вышла с отелем. —

Она оглядела старый офис с его почтенными шкафами и стенами, увешанными черно-белыми фотографиями, рассказывающими о былой славе отеля. – Честно говоря, я не особенно хотела этого. Если бы я не старалась сохранить отель для Ната, то давно бы избавилась от него. Отель – это образ жизни. Но вам, Клео, кажется, это нравится, правда? И вы, должно быть, любите свое дело, потому что, как известно, особенных денег оно не приносит.

– Да, люблю, – просто сказала Клео.

Миссис Шеридан внимательно посмотрела на свою гостью:

– Значит, любите? Так же как Нат. И он обожает вас, вы знаете, Клео? Я не думала… нет.

Лицо Клео оставалось совершенно спокойным, но она не торопилась с ответом.

– Он очень хотел, чтобы вы приехали сюда.

Второе мучительное объяснение за день. Клео поняла, что пришло время расставить все по своим местам.

– Я прекрасно отношусь к Нату, но это не то, что вы думаете. И я никогда ничего не обещала ему.

– Я не говорю, что вы должны решить прямо сейчас, – заволновалась миссис Шеридан. – Я вижу, вы серьезная девушка. Но вы очень подходите ему.

Клео покачала головой.

– Нет, – сказала она. – Нат заслуживает, чтобы с ним рядом был человек, который любил бы его таким, какой он есть. А я наверняка бы попыталась изменить его.

– Храм, алтарь, орган, – вздохнула миссис Шеридан. – Тогда не питайте его напрасными надеждами, хорошо?

Торт, украшенный только двадцатью одной свечой – миссис Шеридан сказала, что не хочет, чтобы в разгар веселья потребовалось вызывать пожарную бригаду, – был разрезан, вечеринка шла своим чередом, и у Клео появилась возможность поговорить с Натом.

– Потанцуем? – предложил он, со старомодной галантностью протягивая ей руку.

Оркестр играл Глена Миллера, вещь, которую Клео очень любила, но не отважилась бы танцевать под нее. Она не очень-то была сильна в вальсе.

– Перестань вести, – говорил ее отец, когда им доводилось танцевать. – Ведет мужчина.

– С удовольствием, только я не очень-то хорошо танцую, – предупредила она, положив руку на плечо Ната.

Клан Шериданов и их друзья предавались веселью, вечеринка была в разгаре, и многие пары кружились в такт музыке. Все казались счастливыми, особенно Нат.

– Ты чудесно выглядишь сегодня, – сказал он, когда они сделали первые па.

Волосы Клео были собраны в тугой узел, и эта прическа шла ей. Несколько светлых завитков обрамляли лицо. После некоторых колебаний она надела платье, которое купила в прошлом году для рождественской вечеринки в «Уиллоу». Платье из шифона с короткими рукавами, цветом напоминавшее чуть приглушенный зеленый оттенок винограда, легкая ткань при движении обвивала лодыжки. Платье было изящное, и Клео выглядела в нем хрупкой и воздушной.

– О, Нат, не надо делать мне комплименты, – с улыбкой проговорила она.

– Нет, буду, – упрямо отвечал он.

Темп изменился, стал более плавным, полились звуки «Лунной серенады», песни всех влюбленных. Нат был слишком скромен, чтобы прижать Клео к себе, но она ощутила, как напряглась его рука на ее талии. Ее сердце упало.

«Ах, какая дивная мелодия, – подумала Клео. – Как было бы чудесно, если бы можно было раствориться в объятиях прекрасного мужчины и медленно двигаться с ним в такт музыке!» Она закрыла глаза и на какую-то секунду погрузилась в мечты.

Когда она открыла глаза, лицо Ната было прямо перед ней. Инстинктивно Клео отпрянула назад и увидела, как в его глазах промелькнула тень разочарования.

– Нат, нам нужно поговорить, – сказала она и, решительно взяв его за руку, потащила с площадки для танцев в пустой коридор.

Они остановились, Нат обреченно прислонился к стене.

Клео глубоко вздохнула.

– Я люблю тебя, но по-другому, – сказала она, понимая, что поступает жестоко по отношению к нему, но другого выхода у нее не было. Лицо Ната выражало испуг, но она должна была сказать ему правду, всю правду. Нечестно оставлять ему надежду. – Ты мой друг, Нат, – продолжала Клео, – но это все, что я могу тебе дать. Я не могу позволить тебе думать, что между нами может быть нечто большее. Мне очень жаль, прости. – Она взяла его за руки, и они продолжали стоять в коридоре, куда доносились приглушенные звуки музыки и смех.

«Если бы он был тем мужчиной, которого я могла бы полюбить, – пронеслось в голове Клео, – он не стоял бы так после того, что только что услышал. Он вырвал бы свои руки и ушел, и полы его пальто развевались бы по ветру…»

Но Нат оставался Натом, и она никогда не сможет полюбить его.

– Я не должна была приезжать сюда, – сказала Клео, – я не хочу, чтобы ты подумал…

– Я надеялся, что ты станешь относиться ко мне по-другому, если увидишь меня в моем собственном доме, – проговорил Нат. – Я теперь уже не тот робкий юноша, каким был в колледже. Поверь, я могу стать таким, каким ты хочешь видеть меня, Клео. Я могу быть энергичным, преуспеть в бизнесе, мы могли бы работать вместе… – Он беспокойно огляделся. – Мы составили бы хорошую команду, Клео. Я люблю тебя, и этого достаточно.

– Нет, Нат, недостаточно, – жестко возразила она. – Если любит только один, то ничего не получится. Я не хочу, чтобы ты менялся, и тебе не надо становиться другим. Ты мой друг, но это все, что может быть между нами. Дружба.

– Спасибо за откровенность, – тихо проговорил Нат.

– Нат, – взмолилась Клео, – разозлись, ради Бога! Прекрати быть таким мямлей!

– Ах, так? Что ж, хорошо! – Он вырвал свои руки, его глаза сверкали. – Уходи, Клео. Я не могу переносить твое присутствие… Убирайся!

В глазах Клео блеснули слезы, и все же вспышка Ната принесла ей облегчение.

– Прости, мне очень жаль… – прошептала она. – Я не хотела причинить тебе боль.

Нат не произнес ни слова, да и зачем? Его глаза сказали все. Он повернулся и пошел по коридору, оставив Клео размышлять над произошедшим.

Жизнь несправедлива. Клео мечтала иметь свой отель, но не имела его, а Нат хотел только ее и предлагал ей шанс управлять отелем, но она не любила Ната, несмотря на его слепую преданность…

Пройдя в офис, Клео оставила записку для миссис Шеридан со словами благодарности и извинениями, что ей срочно пришлось уехать. Она ни словом не обмолвилась о том, что произошло между нею и Натом. Миссис Шеридан поймет, а Нат не заслуживал унижения, пусть сам расскажет все матери, если захочет.