Выйти замуж за миллионера - Маша Царева

– Понимаю, – усмехнулся Веснин, – идти-то ты можешь?

– Естественно, – фыркнула я и попыталась встать. Асфальт неустойчиво балансировал под ногами, на которых я все-таки умудрилась удержаться.

– Тогда пошли к машине. Отвезем тебя домой.

Он галантно предложил мне свою руку, но я предпочла добраться до машины самостоятельно.

И глупая гордость здесь ни при чем, просто я не могла, не могла к нему прикоснуться. Я знала, что стоит мне ощутить знакомый запах его туалетной воды, его сигарет, его кожи, как я расплачусь. И дело тут даже не в отвергнутой любви. Я вовсе не была уверена в том, что до сих пор люблю Веснина. Положа руку на сердце, мы с ним не очень подходили друг другу. Я авантюристка, люблю знакомиться с новыми людьми, люблю путешествовать и просто гулять по городу, а Андрей – клинический домосед, для которого поход в кино целое событие. Я неряха, он чистюля. Я смешлива, он редко улыбается. Я плохо готовлю, он любит покушать. Рано или поздно мы и так бы разошлись. Но когда это произошло на самом деле, я вдруг решила, что мы были идеальной парой. Это парадокс – поведение Веснина меня часто раздражало, но стоило ему дать мне от ворот поворот, как я, недолго думая, возвела его на вершину Олимпа. Я понимала это и все-таки не могла избавиться от обиды, засевшей в сердце тупой иглой.

Выяснилось, что Веснин поменял машину. Наверное, его дела пошли в гору. Раньше у него была «девятка», теперь он колесит на миниатюрном джипе «Хонда».

– Это Элина машина, – объяснил Андрей, – Саш, ты садись на заднее сиденье. Куда тебя отвезти?

Большим соблазном было ответить: «В отель “Националь”, пожалуйста. Я снимаю там президентский номер». Но дело шло к рассвету, и мне так хотелось спать, так что я сказала правду:

– В Северное Бутово. Помнишь Мишаню, мы как-то были у него в гостях. Я сейчас у него живу.

– Он и есть твой миллионер? – хохотнул Андрей.

– Нет, – раздраженно объяснила я, – мой миллионер живет в Барвихе. Скоро я к нему перееду. Вопросов больше нет? Я бы с удовольствием вздремнула.

* * *

Молчали. Веснин сосредоточенно смотрел на дорогу, я наблюдала за ним из-под полусомкнутых ресниц.

– Зайка, останови возле палатки, я хочу питьевой йогурт, – сказала Эльвира.

Я ухмыльнулась – с ума сойти, эта «мышь» называет его «зайкой», а он терпит. Мне совершенно некстати вспомнился один случай. Это произошло месяцев семь назад, тогда мы с Весниным только начали встречаться. Я пригласила его на вечеринку, которую устраивала наша газета в одном из боулинг-клубов. Естественно, всем коллегам было интересно посмотреть на мужчину, с которым я делила кров. Тем более что я успела всем уши прожужжать о том, какой мой Андрюша идеальный – и красивый, и остроумный, и неплохо зарабатывает, короче, самый-самый. И вот Маргарита Петровна, редакторша рубрики «Здоровый образ жизни», попросила меня: «Деточка, представь же меня этому красавчику!» А я и рада была, я, уже успевшая к тому времени хлебнуть лишнего, сказала: «Познакомьтесь, Андрей Веснин, мой жених! Он самый лучший». И приобняла его за плечи.

Что он потом мне устроил – даже не хочется вспоминать! «Ты собственница! – бесновался Андрюша. – Ты произнесла запретное слово!»

«Это слово “лучший”?» – искренне удивилась я. – «Нет, это слово “жених”! Ненавижу эти сопли!»

Тогда мы поссорились ненадолго. Я сделала соответствующие выводы, и запретных слов больше себе не позволяла. Нельзя сказать, чтобы мне это нравилось – какие могут быть запреты, если два человека любят друг друга? Но слова – это всего лишь глупая формальность. Так я себя утешала.

И вот теперь Великолепная Эльвира рискнула допустить непростительную вольность – назвать Веснина «зайчиком». Сейчас этот «зайчик» ей устроит! Сейчас он ей задаст!

Затаив дыхание, я ждала увлекательной развязки. Только не подумайте, что я подлая. Просто мне не хотелось думать, что к ней он относится по-другому, не так, как относился ко мне. Мне было бы приятно знать, что мы находимся на одной ступеньке.

– Давай попозже, Элик, – сказал Веснин. – Вот отвезем Сашу и заедем в «Перекресток».

Я вздохнула. Как всегда, я проиграла. Одним словом, неудачница. Если он простил ей «зайчика», то еще много чего простит.

– Я так устала, – зевнула Эльвира.

– Я тоже. Ненавижу ночные клубы.

– И я. Но приглашение дал мне босс, неудобно было не прийти. Обещаю, больше никаких вечеринок.

– Ты уже знаешь, когда у тебя отпуск?

– Думаю, в августе, – передернула цыплячьими плечиками Эля, – я уже так устала.

– Бедная ты моя! Ничего, поедем в пансионат на Валдай, отдохнешь.

– Ты уже купил удочки?

– Нет еще, собирался на выходных. Зато у меня есть палатка. А тебе нужны резиновые сапоги и шляпа с сеткой от комаров.

– Всегда мечтала о шляпе с вуалью, – тихонько рассмеялась Эльвира.

Я слушала их как завороженная и ушам своим поверить не могла. Тихие семейные радости. Они были похожи на семью из рекламного ролика собачьего корма.

Они все говорили и говорили. О дачном домике Эльвириных родителей, в котором Веснин обещал починить крылечко. О том, что надо бы купить новый утюг. О том, что Эльвира подумывает об увольнении. Она, видите ли, всю жизнь мечтала быть домохозяйкой.

Я полулежала на мягком кожаном сиденье, мои глаза были закрыты, а губы улыбались.

Все это время я завидовала женщине, которую даже ни разу не видела. И вот выясняется, что завидовала я не тому, что есть на самом деле. Я завидовала ее красоте, но она некрасива. Я завидовала ее карьере, но для нее это не имеет значения. Я завидовала ее общей жизни с Весниным, но эта жизнь оказалась совсем другой, чем мне представлялось. Да, я знала, что когда-то Веснин интересовался рыбалкой. И он сто раз предлагал мне провести отпуск на Валдае, а я… я предпочитала шумную Европу. Я такая. Я люблю город, и даже на море мне часто бывает скучно.

А однажды я все-таки не выдержала и поддалась сомнительному соблазну. Вместе с коллегами Веснина мы отправились в пеший поход по горам Крыма. Я бы никогда не решилась участвовать в такой авантюре, но Андрей так меня упрашивал, что я не смогла устоять. О, он умел уговаривать, мой Веснин.

И вот наша группа из десяти человек оказалась в горах. Поход должен был продлиться десять дней, и, не побоюсь громких слов, то были худшие десять дней в моей жизни.

Не могу сказать, что я очень хорошо развита физически. Да, моя фигура относится к спортивному типу, но, уверяю вас, это только внешняя видимость. У меня не получится и трех раз отжаться от пола, и если мне приходится бежать вдогонку автобусу, я потом еще долго не могу отдышаться.

Шли мы довольно быстро. Я плелась в самом хвосте, на километр позади всей группы, и уныло материлась. У меня затекли ноги и плечи, обгорел нос. Я сгибалась под тяжестью неподъемного рюкзака. Когда вечером мы наконец добирались до привала, у меня оставалось одно-единственное желание – рухнуть прямо на землю и уснуть.