Можно и не любить - Дороти Иден

— Это забавляло тебя? Что я планировал будущее, в то время как ты планировала бегство?

— Глупо так говорить, Грант. Я не собираюсь устраивать никакого бегства. Я просто хочу вернуться в Сан-Франциско, чтобы могла…

— …вернуться обратно к своей жизни. Да. Замечательная фраза. Но что это означает?

— Я думаю, это очевидно. Я нуждаюсь в работе, в крыше над головой.

— Возвращение к твоей столь желанной независимости, — холодно сказал он.

— Да, верно.

— И ты не хочешь продолжать связь со мной. Давай не уходить от этой темы. — Он встал и налил себе чашку кофе. — Тебе никто не говорил, что вежливость требует дождаться приглашения, прежде чем отвергнуть его?

— Что это означает?

— Ты высказала мне свое решение раньше, чем я спросил тебя о чем-нибудь. Но ты всегда была очень восприимчива. — Он холодно улыбнулся ей поверх чашки. — Ну, продолжай, черт возьми! Я не дурак, знаю, что у тебя на уме.

— Потрясающе, каким образом ты всегда узнаешь, о чем я думаю?

— Полагаю, что ты имела в виду нашу женитьбу.

— Да, если бы я знала, если бы я знала, что ты этого ожидаешь от меня, то… — Она оборвала фразу и повернулась к нему спиной. — Слушай, это все не относится к делу. Я хочу домой. И хватит об этом.

— Ты имеешь в виду, что если бы знала, что я ожидал, что ты будешь вести себя как женщина, а не машина, ты бы никогда не согласилась выйти за меня замуж.

— Что, что? — Ханна резко повернулась, вся пылая.

— О, я знаю, чего ты хотела, Ханна. — Его голос сейчас был вкрадчив и мягок. — Ты думала, что получишь все, не дав взамен ничего, что ты можешь получить все выгоды этого соглашения без того, чтобы в нем участвовать.

— Я не хотела никакого соглашения, черт бы тебя побрал! — на ее глаза навернулись слезы.

— Конечно нет. Зачем тебе напоминать о том, что женские потребности и желания оказались замороженными в той глыбе льда, которую ты называешь сердцем?

— Теперь я поняла. — Ханна опустила чашку. — Великий Грант Маклин думает, что он разбудил мое либидо, и теперь ожидает, что его официально отблагодарят за это. — Она поднялась на ноги. — Что ж, в таком случае у меня есть для тебя кое-какие новости. Ты не разбудил ничего. То, что произошло этой ночью, не имело к тебе никакого отношения.

— Разве?

Его голос был угрожающе мягок, но Ханна уже ничего не слышала, кроме своего собственного гнева и боли. Она встала на ноги, лицо ее пылало, руки уперла в бока.

— Ты прав, — выпалила она, — да, у меня имеются определенные потребности, а у кого их нет? Ты просто оказался в нужном месте в нужное время.

Он сделал к ней быстрый шаг и схватил за запястье, вывернув кисть руки так, что она оказалась у нее перед глазами.

— Что ты видишь? — процедил он сквозь зубы.

— Отпусти меня!

— Отвечай на вопрос! Отвечай мне, что ты видишь?

— Я не…

— Кольцо. Кольцо из желтого золота. — Его улыбка была ледяной. — И я тот мужчина, который надел его.

— К моему великому сожалению, — отрезала Ханна.

— Приятные слова жены своему мужу после первой брачной ночи, дорогая. — Грант горько засмеялся.

— Перестань пороть чепуху! Ты мне не муж!

— Нет, черт побери, я тот, кем назвался, — пробурчал он. Их взгляды скрестились. — И я говорю, что мы все еще женаты.

— Но ты сказал… вчера вечером…

— К черту прошлый вечер! — Он с трудом сдерживал ярость. — Для меня он был, словно прыганье через обручи!

— Что?

— Тебе придется найти самого лучшего адвоката, которого только можно найти за деньги, если ты хочешь вырваться из этого замужества.

— Это не замужество, — быстро произнесла она. — И ты знаешь это. Это было соглашение.

— Скажи об этом судье. — Лицо Гранта потемнело.

Он отпустил ее кисть, прошел мимо нее и вошел в дом, даже не взглянув на нее.

Ханна глядела ему вслед. И как только она могла внушить себе, что влюблена в него?