Опасная игра - Барбара Макколи

Поскольку отправкой моих вещей в Бостон займутся мои тетушки, то, скорее всего, мы больше не увидимся. Но, пожалуйста, знай, что я всегда буду вспоминать тебя с любовью.

Абигайл».

Она будет вспоминать его с любовью?

Он сжал одеревеневшими пальцами письмо и рухнул в кресло.

– Что-нибудь не так, Кэллан? – участливо спросила его Эмеральд.

– Когда она уехала?

– О, дорогой, дай подумать. – Эмеральд взглянула на маленькие золотые часики у себя на руке. – Из дома она вышла около двух часов назад. А ее самолет на Майами вылетает через десять минут.

Через десять минут! Проклятье! У него нет никакого шанса успеть в аэропорт до вылета ее самолета.

– Как я могу с ней связаться?

Тетушки огорченно переглянулись.

– Боюсь, что никак, – покачала головой Руби. – Мы даже не знаем, где она остановится этой ночью. Ее пароход отплывает завтра утром.

Кэллан вскочил с кресла как ужаленный.

– В котором часу?

– Сейчас я уточню на билете, который мы не использовали. – Руби стала рыться в дорожной сумочке, стоящей на чайном столике. – Нужно сдать этот билет в туристическую компанию, чтобы вернуть деньги по страховке. Где же он?

– Вы позволите? – Кэллан потянул к себе сумочку из рук тетушки своей «невесты».

– О да, конечно. – Руби вручила ему толстый пакет с путевыми документами. – В самом деле, возьми себе. Когда выяснишь все, что надо, тогда и вернешь. Тебе подогреть чай, дорогой?

– Нет, спасибо. Мне нужно идти. – На полпути к двери он резко остановился. – Не вывозите отсюда вещей Абби. Ни единой вещи.

– Но, Кэллан… – Обе тетушки уставились на него в недоумении.

– Ни единой вещи. Обещайте.

– Ладно, – неохотно согласилась Эмеральд. – Думаю, что день-другой можно подождать.

Кэллан вернулся в комнату, расцеловал в щеки обеих перепуганных тетушек и опрометью выбежал из дома.

Какое-то время оставшиеся в гостиной женщины молча взирали на запертую входную дверь. Наконец Руби встала со своего места и отправилась на кухню, откуда вернулась с бутылкой шампанского, купленного в Майами. Тихо напевая себе что-то под нос, она откупорила бутылку, и шампанское запенилось в двух бокалах.

Небо над Майами было лазурно-голубым. В открытое окно спальни легкий теплый бриз доносил терпкий запах соленой морской воды. С нижней палубы в каюту проникали звуки регги и людской смех.

Лайнер только что отплыл от причала и мягко покачивался на рейде. Этот красавец корабль казался Абби воплощением мечты: огромный, сияющий белизной, с начищенными до блеска снастями. Очутившись на его борту, она в первые минуты заблудилась в лабиринте коридоров и переходов. Теперь, стоя посреди роскошной каюты, зарезервированной ее тетушками, она чувствовала еще большую потерянность, чем прежде.

Абби еще до конца не понимала, зачем поднялась на борт корабля. Как только она призналась тетушкам в обмане с помолвкой и высказала пожелание перебраться в Бостон, так тут же получила от них предложение отправиться в круиз на Карибы. На этом настояла тетя Эмеральд: раз они с Руби не могут уехать в круиз, то это должна сделать их очаровательная племянница. В других обстоятельствах Абби не поддалась бы на уговоры и осталась бы дома, но тогда ей было все равно.

Теперь, на борту, ей пришла мысль, что эта поездка поможет ей немного развеяться. Перестать поминутно думать о Кэллане. Она хотела позабыть их вчерашнюю размолвку утром, когда он ушел таким рассерженным и чужим. Ей хотелось помнить только его улыбку, волнующий смех, задумчивый прищур его темных глаз. Помнить ласки его больших мозолистых ладоней, его властные поцелуи, сильное мускулистое тело. Никто не вызывал в ней чувств такой глубины и силы, как он. И вряд ли когда-либо вызовет.

Абби с мучительной грустью окинула взглядом необъятных размеров кровать, ведерко с бутылкой шампанского и корзину фруктов, которые прислал в каюту туристический агент. Нет, хватит себя жалеть. Веселиться так веселиться! Она смешается с толпой на палубе и будет танцевать до упада. Даже попробует один из тех гремучих багамских коктейлей, которые разносят на подносах официанты. А возможно, даже не один, а два.

Мужской голос по внутреннему радио предложил всем участникам круиза надеть пояса безопасности и появиться в них на палубах для инструктажа. Абби нашла ярко-оранжевый пояс безопасности в туалетном отсеке каюты. В этом громоздком сооружении, надетом поверх легкого бледно-желтого платья, она выглядела нелепо. Увидев себя в зеркало, она невольно рассмеялась. Потом подумала, что видит новый облик Абигайл Томас. В далеком прошлом остались и чопорные деловые костюмы, и прически, которые носят старые девы. Новая Абби не станет ждать у моря погоды. Она сама определяет свою судьбу. Подвижная и живая. Независимая и уверенная в себе женщина, которая знает, чего хочет, и добивается своего.

Нужно научиться жить без Кэллана Синклера, как бы трудно это ни было.

Стюарды обходили каюты и объясняли пассажирам, на какую палубу каждый из них должен подняться для прохождения инструктажа по безопасности. Пройти его надлежало всем. В свой черед раздался стук и в дверь каюты Абби. Ее обитательница вздохнула и открыла дверь.

И не поверила своим глазам. На пороге стоял в ярко-синей рубашке с надписью «Гавайи» и выцветших голубых джинсах Кэллан. Из нагрудного кармашка у него выглядывали солнечные очки.

– Я пришел, чтобы пройти с тобой инструктаж по спасению жизни, – невозмутимо произнес он, потом шагнул в каюту и запер за собой дверь.

Абби не только лишилась дара речи, но не могла даже вздохнуть. А когда оказалась в его объятиях, то и вовсе утратила ощущение реальности. Кэллан с жадной властностью прильнул к ее губам. Из последних сил, рискуя упасть в обморок, она уперлась ладонями в его грудь и с трудом отстранилась от нежданного визитера.

– Как ты сюда попал? – выдохнула она.

– Это было непросто. Я вылетел первым же рейсом из Филадельфии, но времени оставалось в обрез. По счастью, таксист за лишнюю сотню долларов домчал меня из аэропорта к пристани до отплытия корабля.

Нет, он не был видением. Абби чувствовала под своими ладонями его крепкие мышцы, слышала, как учащенно бьется его сердце.

– Не понимаю.

– Я могу сказать одно: туристический агент в компании, которая обслуживает твоих тетушек, обладает отменной сноровкой. Она восприняла наше дело как свое собственное.

Наше дело? Абби помотала головой, чтобы рассеять туман, который, казалось, обволакивал ее мысли.

– Кэллан, о чем ты?

– Ты не поедешь в Бостон.

– Не поеду?

– Нет. Ты остаешься в Блумфилде. Со мной.

Хорошо, что он продолжал сжимать ее в объятиях. Иначе бы она рухнула на пол. Ноги у нее были как ватные. Кэллан проглотил комок в горле.