Ставка на фаворита - Энн Тамплин

— Иди, иди, — поторопил Дэвид дочь, — нам скоро надо выезжать. Храни тебя Господь, дитя мое, — добавил он тихо, глядя ей вслед.

Прогноз Уильяма оправдался, к семи утра туман развеялся, заморосил мелкий противный дождь. Дарлея накрыли попоной и вывели из конюшни. Жеребец спокойно дал себя завести в фургон, где Уильям поставил его за барьер, а сам устроился на брикетах сена в хвосте кузова. Флоренс вывела из гаража джип и здесь произошла задержка, потому что они с Дэвидом заспорили, кому вести машину. Кристина, подошедшая их проводить, не могла удержаться от смеха, наблюдая за ними.

— Ты не должна сейчас волноваться, поэтому за руль лучше сесть мне, — настаивал Дэвид.

— Не собираюсь я волноваться! — недоумевала Флоренс.

Доведут они меня сегодня своей заботой! — подумала она. Как сговорились!

Пришлось вмешаться Кристине.

— Как ты не понимаешь, Фло? Отец давно не был на конных состязаниях в Дерби, а у него там много знакомых. Должен же он им продемонстрировать, какой он еще крепкий мужик! Уступи отцу, дочка. — Кристина улыбнулась.

Глядя на мать, Флоренс тоже улыбнулась и освободила водительское место. Дэвид с гордым видом уселся за руль, хотя проницательность жены несколько смутила его.

— Поехали, — скомандовал он, пропуская вперед фургон.

На ипподром в Дерби, как оказалось, они приехали заблаговременно, потому что из-за тумана начало состязаний перенесли на час. Зато народу собралось уже столько, что можно было растеряться не только жеребцу, впервые выехавшему «в свет», но и его хозяевам. Правда, Дэвид сразу встретил знакомых, потом увидел Бернарда Десмонда под зонтом, и вся компания отправилась в кафе «Подкова», находящееся на территории ипподрома, чтобы отметить встречу.

Флоренс же устремилась в фургон к Дарлею, чтобы сменить Уильяма, который отправился искать распорядителя скачек и жокея. Она подошла к Дарлею и стала нашептывать ему что-то на ухо, поглаживая его сильную шею.

— Смотри, что я тебе припасла. — Флоренс достала из кармана кусок моркови, положила на раскрытую ладонь и поднесла под его губы, доверчивое прикосновение которых всегда умиляло ее.

Пока Дарлей с наслаждением хрупал морковь, Флоренс проверила нащечные ремни, подровняла их, осмотрела и ремни недоуздка, держа в левой ладони сложенный пополам чум-бур. Она с тоской думала о Джоне, вспоминая, сколько часов они провели вместе, готовя Дарлея к этому дню. Если бы он оказался сейчас рядом… Флоренс закрыла глаза и прижалась лбом к шее Дарлея. Только не плакать, приказала она себе, потому что жеребец нервно переступил ногами и фыркнул.

— Извини, я больше не буду. Но если бы ты знал, как я тоскую по Джону, — вдруг призналась она своему любимцу.

— Я тоже истосковался по тебе, Фло, — откликнулся голос Джона.

Флоренс застыла, не смея поверить в реальность происходящего. Медленно повернув голову, она увидела Джона. Он стоял в фургоне с другой стороны барьера, загораживая свет, падавший внутрь через раскрытые створки двери. Лица его она не видела, только знакомые очертания фигуры.

— Как ты здесь оказался? — Флоренс пыталась говорить ровным спокойным голосом, но глаза ее засияли.

— Пожалуйста, удели мне всего несколько минут, — торопливо заговорил Джон. — Я знаю, что тебе сейчас не до меня, но выслушай, что я тебе хочу сказать. А потом можешь снова прогнать меня.

Прогнать его? Флоренс даже дышать было трудно, сердце билось от счастья оглушительно громко. Ей хотелось не слушать его, а броситься к нему на шею, прижаться всем телом и… Джон подошел поближе, и она увидела его напряженное серьезное лицо, тревожный взгляд темных глаз. Кивнув, она сказала:

— Хорошо, я слушаю тебя.

— Фло, я люблю тебя. С первого взгляда я полюбил тебя, хотя раньше не верил в любовь с первого взгляда. Ты единственная женщина на свете, без которой я жить не могу. Мне слишком легко все доставалось в жизни. Встреча с тобой заставила меня о многом задуматься. Я стал лучше благодаря тебе. Ты мне веришь? — на одном дыхании произнес он.

— Благодаря мне? — переспросила с улыбкой Флоренс.

— Да, тебе и Джорджу. Это мой дядя, которого я зову «дед». Это он научил меня работать с лошадьми еще в детстве. Я тогда и не подозревал, что это станет моим призванием. Теперь я работаю у него помощником управляющего.

— Правда? — изумилась Флоренс, широко раскрыв глаза.

— Да. Если ты примешь меня обратно работать на вашей ферме, то обещаю стать еще лучше.

— Принять тебя обратно? Над этим стоит подумать, — поддразнила его Флоренс, продолжая улыбаться.

— Пожалуйста, Фло, не смейся надо мной. Позволь мне доказать тебе свою любовь, и, клянусь, ты никогда не пожалеешь об этом.

Флоренс смотрела на его похудевшее лицо, на обветренные скулы, на тени под глазами… К ее удивлению, сейчас она испытывала к Джону не только любовь, но и сострадание. Значит, он тоже мучился без нее. Она вышла из-за барьера и, подойдя к Джону вплотную, долго смотрела ему в глаза. Потом робко провела пальцами по его обтянутым кожей скулам, обвела губы, которые притягивали ее как магнит. Проще всего было уступить собственному желанию. Но вспомнились сказанные Джоном слова о том, что все давалось ему легко в жизни, и Флоренс сдержалась.

— Не думала я, что ты можешь вести себя так кротко. Куда девалась твоя самоуверенность, твое самодовольство?

— А я приобрел книгу, в которой даются советы, как избавиться от излишней самоуверенности, — пошутил Джон.

— Это хорошо, — строго заметила Флоренс, сделав вид, что поверила. — Может, ты и на колени встанешь? — спросила она.

Джон растерянно посмотрел на свои светлые фланелевые брюки, на пол фургона со следами мокрой земли.

Флоренс засмеялась и, шагнув вперед, положила ему на плечи руки.

— Обманщик! Я знала, что никакие советы не могут тебя изменить…

— Подожди. — Джон мягко отстранил ее. — Спорим, что я встану на колени?

Флоренс молча смотрела на него в растерянности. Не дожидаясь ее ответа, Джон опустился на колени.

— Фло, прости меня за все страдания, что я причинил тебе, и выходи за меня замуж, — торжественным тоном произнес он.

— Встань немедленно, — приказала Флоренс, — ты испачкаешь брюки, во-первых, а во-вторых, я уже давно простила тебе твой обман. Ты прекрасно знаешь, что я тоже влюбилась в тебя с первого взгляда. Но стать твоей женой я не могу. Это был бы неравный брак.

— Что ты хочешь этим сказать? — нахмурился Джон, подозревая, что Флоренс имеет в виду его богатство.

— Ты всего лишь помощник управляющего, а я теперь управляющий… или управляющая? Как правильно? — с самым невинным видом спросила она.

— Правильно, чтобы у нашего ребенка были счастливые любящие родители, — ответил Джон, решительно подхватил Флоренс на руки и нежно коснулся ее губ, которые она раскрыла от удивления.