Алгоритм счастья - Елена Катасонова

- И Олега тоже. Но главное - себя, своего факультета, друзей и наставников.

- Как смешно ты говоришь, мама, - "наставников"!

- Ну пусть преподавателей. Кто там курировал твою курсовую? Представляешь, как ему было бы грустно? А что ты теперь знаешь компьютер так это здорово: любое знание - сила. А уж компьютер...

Как-то по-новому говорила мама, философствовала по-мужски. В чем, интересно, дело? В том, что осталась совсем одна? Что открылся для нее теперь мир? Мама все восхищалась своим партнером, Паоло Басси, правда, восхищалась голосом, но как-то обронила фразу о том, что ей с ним и по-человечески интересно.

- На каком же языке вы объясняетесь? - спросила в тот раз Рита.

- Как - на каком? - удивилась мама. - На итальянском, конечно. Учили же в консерватории!

- Когда это было, - протянул Олег.

- А оперы? - живо возразила Екатерина Ивановна. - Арии? И потом, когда попадаешь в среду, все вспоминается, достается откуда-то из запасников.

Этот недавний разговор вспомнила сейчас Рита.

Что, если... Нет, лучше не спрашивать, ничего не загадывать. Так хочется маме счастья!

ЭПИЛОГ

"Была весна, цвели дрова, и пели лошади..." - вопил в восторге Олег. "Верблюд из Африки приехал на коньках, - вторила ему Рита. - Ему понравилась хорошенькая дамочка в зеленом капоре и синеньких штанах!"

Щедрое весеннее солнце высветило всю пыль в закоулках, и они решили устроить субботник. Налили в таз воды, разорвали с треском старый Ритин халат - получились отличные тряпки, - и пошло-поехало. Ведь стоит только начать прибираться, пиши - пропало: одно тянет за собой другое, другое третье.

- Интересно, какой дурак придумывает такие песни? - задал риторический вопрос Олег, стоя на табурете и вытирая покрытую толстым, зимним слоем пыли лампу.

- Ты лучше скажи, какой дурак их поет? - лукаво поинтересовалась Рита.

Но Олег, как ожидала Рита, не засмеялся. Сверху вниз он смотрел на жену, и лицо его было каким-то странным.

- Ты чего? - удивилась Рита.

- Какая же ты красивая, - тихо сказал Олег, слез с табурета и, не вынимая тряпки из рук, обнял Риту и склонился к ее губам.

Поцелуй получился таким долгим, что у обоих перехватило дыхание.

- Потом доубираемся, - решил Олег.

- Задерни шторы, - попросила Рита.

Бросить в угол тряпки, вымыть руки и расстелить постель оказалось делом минуты. А потом было счастье. За закрытыми шторами полыхало, катясь к закату, багровое солнце, чирикали, приветствуя весну, жизнелюбивые, дерзкие воробьи, а эти двое любили, любили, любили друг друга.

- Господи, как хорошо, - прошептал Олег, зарываясь носом в Ритины волосы.

- И все время все лучше и лучше, - благодарно прижалась к его плечу Рита. - Почему так, скажи?

- Потому что мы любим друг друга.

- Иногда я бегу на лекции, и мне так весело, так легко, потому что у меня есть ты, - застенчиво призналась Рита. - Казалось бы, мало ли что было вечером, ночью: ведь пошел другой день. Но весь он освещен этой ночью.

- Ты мой философ...

- Не смейся!

- Я не смеюсь.

- Доубираемся?

- Завтра. Помнишь, как сказал про ремонт Жванецкий? "Его нельзя закончить, его можно только прекратить". Так же и уборку. На сегодня мы ее решительно прекращаем.

- Но завтра мы идем к Вале, - напомнила Рита и, приподнявшись на локте, заглянула мужу в глаза. - Нельзя ее сейчас оставлять.

- Да, невозможно, - согласился Олег. - Как же так все случилось?

- Не знаю... Все молчат. И Валя - тоже. Помнишь, что творилось зимой? "Хозяин" целых два месяца прятался у Гены на даче, вместе с женой и дочкой.

Валя проговорилась.

- Нет, она не проговорилась, - покачал головой Олег. - Она прибежала, чтобы предупредить: никому ни за что на свете не говорить, где находится дача.

Лицо белее снега, дрожит - зуб на зуб не попадает.

Ты ее еще чаем отпаивала, успокаивала: "Мы и сами не помним, где эта дача, мы же были там всего один раз, сто лет назад..." А она - свое: "Нет, поклянитесь!"

- Да, история темная. - Рита обняла Олега, положила голову ему на грудь. - Валя просто места себе не находила, пока Геночка выправлял "хозяину" документы. Прямо с дачи тот отбыл в аэропорт. Улетел неизвестно куда.

- Наверное, на Кипр.

- А Геночка поплатился жизнью.

- Думаешь, за это?

- Не только... Валя говорила, он пытался продать квартиру, да не успел. - Рита поежилась, как от холода, натянула одеяло на плечи. - Она и сейчас - комок страха, хотя все у них там рассыпалось, все распалось. Представляешь, что было бы, если б я...

- Скажи маме спасибо.

- Ох, не говори! Но тогда мне казалось, что это выход, что мы иначе не выживем.

- Опять же - спасибо Екатерине Ивановне. Оказывается, надо было только чуть-чуть продержаться.

- Но этого мы не знали.

- Чего?

- Что оставалось продержаться чуть-чуть.

- Я догадывался.

- Скажите, пожалуйста, какой умный!

- А скажешь, нет? - затормошил Олег Риту. - Ну, скажи, скажи "нет"!

- Не скажу, - засмеялась Рита.

- Во-о-от, - назидательно протянул Олег. - Я всегда верил в своих лягушек-квакушек.

- И в Сороса, - тихонько подсказала Рита.

- В него - меньше. Но признаю, старик подкинул грант очень кстати. Но и без гранта мы б уже не пропали.

- Это ты про ваши коммерческие группы?

- Ага. Ректор наш - молодец. Очнулся от ученых занятий, понял, что пропадаем...

- Да он небось не сам...

- Все равно молодец. И с арендой придумано здорово: холлам-то чего пустовать?.. Пойду-ка я поставлю чай.

Олег встал, накинул халат - Рита купила к дню рождения, - ушел на кухню.

"Как хорошо, - нежилась в постели Рита. - Хоть бы всегда так было!" Она вздохнула и тоже встала. Влезла в брючки и в свитер, принялась резать хлеб, достала из серванта сахарницу.

- Ух ты, - застыл вошедший с чайником в руке Олег. - А я думал, будем пить чай в постели.

- Надо кое-что доделать по курсовой, - объяснила Рита.

- Ты вроде сегодня не собиралась?

- Не собиралась, да, но очень хочется.

- Ну, раз хочется, так я тоже сяду напротив. Не помешаю?

И оба они рассмеялись.