Разлуки и радости Роуз - Изабель Вульф

— Да, пожалуй. Нет, ни в коем случае! — Ведь оркестр заиграл мою любимую песню, «Every Little Things» из «Битлз».

Генри и Беа вертелись как волчки и подпрыгивали. Тео кинулся к Бев. Он выкатил ее на танцпол и принялся танцевать с ней, прыгая вокруг ее кресла и энергично кружа его обеими руками. Внезапно он схватил ее за талию, поднял из кресла и закружил. Ее голубой атласный пояс развевался у нее за спиной, как хвост кометы. Она запрокинула голову и засмеялась. Тео покружил ее еще два раза — у меня все перед глазами завертелось — и усадил в кресло. Она беспомощно хихикала. Тео танцевал с Беверли, а Генри и Беа — со мной. Я веселилась от души — да пошел этот Эд со своей Покемоншей! Но было бы еще веселее, если бы у меня так не раскалывалась голова. Только я собралась вернуться и сесть за столик, как на сцену опять вышла Ульрика Мост.

— Дамы и господа, я ненадолго прерву танцы, чтобы вручить приз за лучший костюм.

Под звон фанфар и грохот барабана мы отошли к краю танцплощадки.

— Нам выпала нелегкая задача, — добавила Ульрика, сжимая в руке три золотых конверта. — У всех сегодня замечательные костюмы. Но комитет бала и я вынесли окончательное решение. Итак, начнем с первого приза, хоть это и не принято. Приз вручается… — Она открыла конверт. — … нашему гостю в костюме по мотивам «Терапевта» Магритта! — Мы бурно зааплодировали, а удивительный человек полуклетка-полубизнесмен в сопровождении друга медленно подошел к сцене за призом. — Второе место — Мерилин Монро Энди Уорхола! — Под восторженные возгласы цветная Мерилин выступила вперед, получила конверт, дважды покружилась вокруг себя и отвесила низкий поклон. Голова у меня болела так, будто кто-то пытался пробурить в ней дырку дрелью «Блэк энд Декер». Я закрыла глаза. Но от этого у меня так сильно закружилась голова, что я опять вытаращила глаза, облокотившись на руку Тео. — И третий приз, — объявила Ульрика, — едва ли не превзошедший оригинал «Пылающий июнь» лорда Лейтона…

«Пылающий июнь»?

— Это же ты, — шепнул Тео.

— Ой. Точно. — Я пробралась сквозь толпу и прошла через танцпол к сцене, которая, как мне вдруг почудилось, отдалилась на огромное расстояние. И при этом я смутно осознавала три вещи: что моя голова сейчас взорвется, как граната; что туфли Ульрики переливаются в свете лампочек; и что мужчина, за которым я по закону до сих пор замужем, стоит напротив. Точнее, он не стоял напротив. Они с мисс Низшее Существо продвигались к выходу.

— Поздравляю! — вежливо сказала Ульрика, протягивая мне изящную руку. Я не столько пожала, сколько вцепилась в нее, потому что боялась рухнуть на пол. На мгновение лицо Ульрики расплылось, но потом я навела фокус. — Прекрасный костюм, добавила она, улыбаясь, как я заметила, одними губами.

— Шшшпсссибочки, — промямлила я и взяла протянутый мне золотой конверт.

— С вами все в порядке? — спросила она.

— Шш-тто? — У меня так болела голова, что мне захотелось, чтобы кто-нибудь меня обезглавил. — Всссххрошо, — пробормотала я. — Оччч хррршо. — И только я собралась повернуться и пойти к столику, как почувствовала волну тошноты. Наклонившись, я ухватилась за микрофонную стойку и зажмурилась, а когда открыла глаза, к моему изумлению, блестящие туфельки Ульрики Мост были все заляпаны блевотиной.