Заговор невест - Лиза Хендрикс

Так где же ему достать еду в воскресенье, когда булочная закрыта?

– Пойдем поедим с нами?

Рори насторожил уши, услышав приглашение. Обернулся, уже готовый сказать «да».

Но Эйлин обращалась не к нему, а к этой репортерше, мисс О’Коннел.

И как ни странно, не к Томми.

По воскресеньям Томми всегда ходил на ленч к Макенрайтам, и так было всегда, на протяжении всей жизни Рори в Килбули. Тихие слова Эйлин: «Пойдем поедим с нами, Томми» – были такой же неотъемлемой частью воскресного дня, как благословение отца Брина. Наверное, дела Томми действительно плохи.

Кстати… Рори легким шагом направился туда, где Дэниел Клохесси и Мартин прижали Томми к изгороди.

– Откуда я мог знать, что такая старая рубашка полиняет на все остальное? – оправдывался Томми. – Я был уверен, что вся краска, которая могла сойти, уже давно сошла.

– Надо сказать, этот цвет тебе идет, – фыркнул Мартин.

– Единственное утешение – мама сказала, что я, возможно, смогу ее отбелить. Но у меня не было времени отбеливать, гладить, да еще вовремя явиться в Балливоган.

– Стирка и утюжка? Какой же ты стал хозяйственный!

– Брось. Мама занята своим шитьем, вот и все. Мне пришлось самому о себе позаботиться.

Дэниел толкнул его в бок.

– Да ну? Признайся, у тебя кончились чистые сорочки и ты решил одолжить одну у мамы!

– Не-а, – ответил Томми. – Если хочешь знать, я взял ее из шкафа Рори.

– Эй! – вспыхнул Рори. – Не набрасывайтесь на меня. Я только что подошел.

Мартин свистнул и хлопнул Рори по плечу.

– Кроме того, мы знаем, что это неправда, потому что Рори просто сваливает свои вещи в угол. Послушай, мы с Бернадеттой договорились пойти в паб Питера. Думаю, Энни уже поджарила мясо.

У Рори заурчало в животе.

– Энни – хорошая повариха, – сказал он, надеясь, что Мартин вспомнит о его нынешнем положении и пригласит его пойти с ними, но тот поспешно ушел.

Рори решил попытать счастья с Дэниелом.

– Я направлялся в Эннис, чтобы прилично поесть. Хочешь со мной?

– Спасибо, нет. Возьму сандвич и поеду в старую хижину. Надо починить крышу, а другого свободного времени у меня нет. – Он протянул Томми руку. – Еще раз поздравляю со вчерашним успехом. Пока. – И он ушел.

– Он всегда отправляется в хижину своего деда, – заметил Томми, когда Дэниел отошел достаточно далеко. – Каждое воскресенье после ленча и на неделе тоже, если сможет. И ничего там не улучшается. Этот дом выглядит так, словно хорошенько толкни его, и он рухнет.

– Может быть, ему просто нравится там бывать. И неудивительно, ведь Луиза каждую неделю ездит в Лимерик навестить свою кузину в доме для престарелых.

– Может быть, – согласился Томми. – Но я чувствую, что он что-то там делает и не хочет, чтобы мы об этом знали.

– Например?

– Не знаю. Может, пишет книгу. Или рисует картины.

– Или изучает балетные танцы, – хихикнул Рори. Он покачал головой по поводу собственной шутки. – Вероятнее всего, он просто ездит туда, чтобы немного поспать там, где его мать не сможет ему помешать.

– Вероятно, ты прав. Эта женщина может заговорить до смерти кого угодно. Слушай, если ты ищешь компанию, чтобы поехать в Эннис, то я свободен. Эйлин на что-то разобиделась, и я решил дать ей остыть, прежде чем снова появлюсь у нее.

Рори понимал ситуацию совсем не так, но позволил Томми остаться при своей версии.

– А как же твоя мама? Она разве не готовила воскресный обед?

– Если считать замороженные пирожки с мясом воскресным обедом, то да. Поэтому я и еду в Эннис.

– Тогда ладно. – Рори вынул из кармана ключи от машины и подбросил их в воздух. – Только сначала пойди и смени эту рубаху. Не хочу, чтобы кто-нибудь подумал, что у нас любовное свидание, лапочка.

Сиобейн стояла у церкви и наблюдала, как Брайен смотрит вслед убегающей Таре.

Между этими двумя проскочила искра, это точно. Долгие годы Сиобейн наблюдала, как Брайен перебирал деревенских девушек, затем девушек из колледжа, а теперь дублинских красоток, но никогда еще не видела его таким увлеченным. Он буквально глаз не мог оторвать от Тары.

Он впервые в жизни влюблялся, прямо на глазах у всех. Когда Эйлис об этом сказала, все стало ясно как день. Они с Крисси и другими обсуждали разгорающийся роман всю дорогу до дома, пытаясь понять, нет ли какого-нибудь способа поспособствовать ему.

Но в данный момент у нее было другое дело.

Сиобейн оглядывалась по сторонам, пока не заметила женщину, которая ей нужна, и быстро пошла вдоль ряда припаркованных машин. На ходу кивнула Нэн Лори и миссис Графтон.

Сиобейн добралась до конца ряда как раз в тот момент, когда Луиза садилась в свою машину.

– Доброе утро, Сиобейн.

– Привет, Луиза. Мне надо с тобой поговорить. Прямо сейчас.

Луиза бросила взгляд на часы.

– Только на минутку. Мне надо поехать в Лимерик навестить кузину Агату. Она ожидает меня сразу же после ленча. Говорит, что целую неделю ждет этого визита.

– Тем более она будет рада побыть с тобой всю вторую половину дня.

На щеках Луизы появились ярко-красные пятна.

– Я всегда провожу с ней всю вторую половину дня.

– Мы с тобой знаем, что это неправда. – Сиобейн подошла к ней вплотную и понизила голос. – Я тебя видела, Луиза. Ты приезжаешь домой пораньше почти каждое воскресенье и встречаешься с Дэниелом в хижине его деда.

– Неправда.

– Правда. – Сиобейн заметила пару детишек, которые направлялись в их сторону, схватила Луизу за рукав и отвела в сторону. – Ты тайком едешь на старую дорогу и, когда тебе кажется, что никто не смотрит, оставляешь машину в овражке под изгородью. А потом вы с Дэниелом входите внутрь и кое-чем занимаетесь.

– Что? Ты за нами следила?

– Конечно, нет. Однажды я удила рыбу и случайно возвращалась по старой тропинке. Я как раз проходила мимо, когда вы выходили из хижины. У тебя был такой вид, а Дэниел был без рубашки. Совершенно ясно, чем вы там занимались. И я видела, как ты спрятала машину у изгороди. С тех пор я ее замечала там несколько раз. Твои визиты в Лимерик несколько короче, чем считают твои родители, не так ли?

Луиза прижала ладони к горящим щекам.

– Кто еще знает?

– Никто. Во всяком случае, я ни разу не слышала, чтобы об этом говорили. Послушай, дорогая, мне наплевать на то, чем вы с Дэниелом занимаетесь, это не мое дело, поэтому я никому не говорила ни слова. Но теперь все по-другому. Ты не можешь туда ездить во время бойкота.