Милая плутовка - Джоанна Линдсей

— Ты спишь, Джордж?

Ей бы давно следовало спать. Она легла полтора часа тому назад, но сон к ней не шел. И винить наготу капитана на сей раз не приходилось, потому что Джорджина лежала с плотно закрытыми глазами с того момента, как забралась в койку. Нет, сегодня ей не давало спать обыкновенное любопытство: действительно ли капитан знает средство против ее болезни и возможно ли ее вообще вылечить? Если средство существует, то каким оно может быть? Небось какое-нибудь противнейшее, горькое снадобье. А если и не противное, то капитан наверняка постарается сделать так, чтобы оно стало противным. — Джордж!

Притвориться спящей? Что он может заставить — сходить на камбуз, принести какую-нибудь еду? — Да?

— Я не могу спать. Джорджина открыла глаза.

— Что-нибудь принести вам?

— Нет. Мне бы чего-нибудь такого, что может успокоить… Может, ты почитаешь мне немного? Да, пожалуй, это хорошая мысль. Зажги, пожалуйста, лампу.

Как будто у нее есть выбор, думала она, слезая с койки. Он с самого начала предупреждал, что ей, как юнге, иногда придется заниматься и чтением капитану. Сегодня она тоже не спала, так что какое это имеет значение? Она знала, что ей мешает заснуть, а вот почему не спит он?

Джорджина зажгла лампу возле своей койки и направилась с ней к книжной полке.

— Вы хотите, чтобы я почитал вам какую-то конкретную книгу?

— На нижней полке справа стоит томик. Пожалуй, это подойдет. Сядь поближе. Я хочу, чтобы ты читал тихим, спокойным голосом, а не кричал через всю каюту.

Джорджина замерла: ей был явно не по душе приказ находиться вблизи от лежащего в постели капитана. Но она успокоила себя тем, что он был достаточно укрыт, к тому же она не собирается смотреть на него. Ведь он просил ее лишь почитать. Может быть, книжка окажется настолько скучной, что чтение продлится недолго.

Она послушно подтащила стул к кровати и поставила лампу на стол позади себя.

— Там есть отмеченная страница, — сказал капитан, когда Джорджина уселась на стуле. — Ты можешь начать с этого места.

Джорджина нашла страницу, откашлялась и начала читать:

«Могу смело сказать, что таких крупных, таких аппетитных и таких зрелых я никогда не видел. Мне так захотелось куснуть их и почувствовать их вкус…»

Господи, какая-то белиберда. Это, пожалуй, усыпит обоих за считанные минуты.

«Я ущипнул одну из них — и услышал восторженный стон. Вторая, казалось, сама просилась мне в рот. О Боже, о неземное блаженство!

Какие упругие, какие сочные, какие ароматные были эти… груди…»

Джорджина с шумом захлопнула книгу. На лице ее изобразился ужас.

— Это… это…

— Да, я знаю. Это называется эротика, мой мальчик. Только не говори мне, что ты никогда не читал подобную дребедень. Все мальчишки твоего возраста читают такое, если, конечно, они вообще умеют читать.

Джорджина понимала, , что должна изобразить одного из таких мальчишек, но замешательство ее было слишком велико.

— Нет, я не читал.

— Ты опять жеманишься, Джордж? Ладно, продолжай читать. Это по меньшей мере расширит твой кругозор.

Вот уж когда Джорджине был ненавистен ее маскарад! Ее подмывало бросить капитану обвинение в том, что он развращает совсем юных мальчишек, хотя Джорджи скорее всего подобное чтение лишь приветствовал бы.

— И вам нравится эта… дребедень, как вы ее назвали?

— Упаси Бог, нет! Если бы мне нравилось, я бы не смог заснуть под такое чтение.

Похоже, его ужаснуло предположение Джорджины, что немного ее успокоило. Даже под угрозой пыток она больше не откроет эту отвратительную книжку. По крайней мере при нем.

— Если вы не возражаете, капитан, я могу найти какую-нибудь другую скучную книжку… может, чуть более…

— Более чопорную и жеманную? — Капитан продолжительно вздохнул. — Я вижу, что мне не удастся сделать из тебя мужчину за несколько недель. Ну да ладно, Джордж. Я не могу заснуть из-за дьявольской головной боли. Я думаю, твои пальцы смогут мне помочь. Пододвинься, помассируй мне виски, и я быстро засну.

Пододвинуться поближе, да еще дотрагиваться и массировать? Джорджина не сдвинулась с места.

— Я не знаю, как…

— Разумеется, ты не знаешь, но я тебя научу. Дай мне руку.

Единственное слово, сказанное Джорджиной, было похоже на стон:

— Капитан…

— Проклятие, Джордж! — оборвал ее Джеймс Мэлори. — Человек страдает от головной боли, а ты еще пререкаешься! Или ты хочешь, чтобы я всю ночь мучился? — Видя, что она продолжает неподвижно сидеть на стуле, он чуть понизил голос, хотя тон его оставался по-прежнему резким. — Если тебя беспокоит твоя болезнь, перестань о ней думать, и все будет в порядке. Во всяком случае, сейчас в первую очередь надо лечить меня.

Конечно же, он был прав. Значение капитана на корабле бесспорно, в то время как она была всего лишь юнгой. Она не могла, словно глупый, избалованный ребенок, ставить свои интересы выше его.

Джорджина медленно поднялась со стула и осторожно села на край кровати.

Как он сказал, надо перестать думать о себе. Да, и еще: чтобы постараться не смотреть на него.

Она упорно не сводила взгляда со стоек в его изголовье. Он взял ее за пальцы и приложил их к своему лицу.

«Думай, будто это Мак. Ведь ты охотно делаешь массаж Маку и своим братьям».

Кончики ее пальцев нащупали виски и стали описывать круги.

— Расслабься, Джордж. Ничего с тобой не произойдет.

Она и сама пришла к подобной мысли, но капитан высказал это более категорично. О чем он думает? О том, что она боится его. Пожалуй, так и есть, хотя сама Джорджина не может понять причину этого. Она прожила с ним бок о бок целую неделю, и у нее, честно говоря, не было опасений, что он обидит ее. Но тогда в чем же дело?

— А теперь продолжай делать это без моей помощи, Джордж.