Второй шанс для него - Моника Мерфи

После нашей глупой сексуальной игры в откровенные признания мы дразним друг друга, как сумасшедшие, снимая остатки нашей одежды между долгими поцелуями и жадными ласками, которые должны лишь распалить нас. Мне нравится в Дрю эта игривость. Он смешной, сладкий, чертовски сексуальный. Когда он сказал, что хочет видеть, насколько я действительно влажная, все внутри меня расплавилось и запылало жаром. А когда он начал сдергивать мои спортивные брюки и проскальзывать пальцами в трусики, я чуть не кончила в ту же секунду.

Быть с Дрю обнаженной и открытой как сейчас – никогда не испытывала ничего подобного. Никогда в жизни не чувствовала себя так близко к другому человеку, как чувствую Дрю Каллахана в этот самый момент.

Он удерживает меня под собой, в ловушке, но я не хочу быть в другом месте. Его мягкие волосы касаются моей груди, когда он спускается вниз по моему телу, посылая толпы мурашек по чувствительной коже. Его горячий рот везде, изучает меня, и я чувствую, как плыву по облакам, полностью потеряна для мира, окончательно погружена в себя…

– Посмотри на меня, детка. – Открываю глаза, вздрогнув от нежности. Он редко называет меня не по имени. – Взгляни на меня, – шепчет он.

Выполняю его просьбу, и, затаив дыхание, наблюдаю, как он оставляет легкие поцелуи в ложбинке между моих грудей, на животе, не отрывая взгляда от моих глаз. Потянувшись, запускаю пальцы в его волосы, глажу его по голове, и Дрю накрывает мою грудь влажным ртом, захватывая губами сосок – слегка тянет его. Я закрываю глаза, слишком перегружена прекрасными ощущениями от его рта, так тесно прижатого к моей коже, и придвигаюсь к нему ближе. Раздвигая ноги, приглашаю его большое тело плотнее прижаться к моему.

Именно этого я так давно хотела. Чтобы между нами не было никаких стен, никаких барьеров. Кажется, он наконец-то открыт для меня, как и я для него. Мне нравится это.

Я люблю его.

Он поднимается так, что его торс возвышается надо мной, его руки прижаты к матрасу по обе стороны от моей головы. Я встречаюсь с ним взглядом, сердце рвется из груди, словно может взлететь, пока я не замечаю выражение его лица. Как будто он борется с самим собой и пытается решить, что делать дальше.

– Что случилось? – спрашиваю я, опасаясь, что он собирается сказать или сделать такое, что разрушит этот волшебный момент между нами.

– Хочу признаться. – В смущении он опускает голову. – Я никогда не делал этого раньше.

Я хмурюсь.

– Хм, не хочу тебя расстраивать, но мы определенно делали это раньше. Вместе. И не один раз.

Усмехнувшись, он снова встречается со мной взглядом.

– Я имею в виду… вот дерьмо, не знаю, как сказать.

– Еще одно откровенное признание, Дрю? – Потянувшись к нему, касаюсь щеки, пальцы задерживаются на щетине. Мне нравится, как его колючие щеки ощущаются на моей коже, когда он целует меня. Это так горячо. Он весь такой жаркий. – Не стесняйся. Просто скажи.

Он наклоняется, его рот прямо у моего уха, а теплое дыхание на моей щеке.

– Никогда прежде не вылизывал девушку, – шепчет он.

Хорошо, теперь я в шоке. Я кладу руку ему на грудь и слегка отталкиваю, чтобы наши глаза могли встретиться снова.

– Серьезно?

– Серьезно. – Он кивает, я замечаю, что его щеки покрылись румянцем, и сердце сбивается с ритма.

Боже, Дрю такой невероятно милый и он весь мой. Мой, мой, мой. Мы притворяемся нормальными людьми и одновременно совсем не притворяемся. Мы спутали обе наши ипостаси.

Меня не беспокоит, что он искалечен и столкнулся с бесконечным количеством дерьма от рук женщины настолько отвратительной, что я не могу даже мысленно назвать ее по имени, не то, что произнести его вслух. Я просто хочу его. Всегда. Отчаянно. Знаю, он травмирован. И знаю, чего он изо всех сил старается пережить эти травмы и снова стать цельным человеком.

Больше всего он нуждается во мне. И я нуждаюсь в нем. Я люблю его. И Дрю любит меня. Даже если мы еще не сказали этого друг другу, в глубине своего сердца я знаю – это правда.

– Если не хочешь этого делать, то и не должен. – Даю ему знать, что я на его стороне и совсем не пытаюсь заставлять его. На него достаточно давили в жизни. Наша игра в откровенные признания была для него трудной. Я знала, что так и случится. Но думаю, это помогло нам стать ближе.

Его губы изгибаются так сексуально, что у меня на мгновение перехватывает дыхание от его вида.

– О, я хочу этого, Фэйбл. Больше, чем ты можешь себе представить.

Теперь моя очередь испытывать неловкость, и я чувствую, как теплеют мои щеки.

– Так чего же ты ждешь?

– Просто… хотел предупредить тебя. На случай, если все испорчу.

Он опускается так, что его тело накрывает мое, рот прижат к шее. Он целует и покусывает, сводит меня с ума своими прикосновениями, и я закрываю глаза, теряя себя.

Находя себя. С ним.

Он боится сделать что-то неправильно, но не знает – у него нет ни единого шанса так сделать. Все его действия, слова, любое прикосновение настолько идеальны, что даже страшно. Дрю – все, чего я хочу. Все, что мне когда-нибудь будет нужно.

Дрю исследует мое тело руками и ртом, языком… Боже, его язык. Он лижет меня повсюду, пробует меня, смакует, пока я не начинаю извиваться под ним, и все мое тело в огне. Он так нежно скользит пальцами по внутренней стороне моих бедер, что я дрожу. Все тело трепещет в ожидании, пока он целует чувствительную кожу живота, бедер, внутренней их стороны…