Счастливый билет - Маурин Ли

— Вот как! — пораженная до глубины души, воскликнула Лиза. О Херберте Ломе она слышала.

— На первом этаже здания, в котором я работаю, расположено агентство по трудоустройству. Тебе следует сходить туда и узнать насчет работы.

При мысли о том, что ей придется искать работу, Лиза занервничала. На собеседовании, которое состоялось на красильной фабрике, вместе с ней присутствовали еще несколько девушек из той же школы, в которой училась и она, и в нем не было ровным счетом ничего страшного. Тем не менее ей нужна работа, чтобы купить себе одежду, косметику, украшения и прочие личные вещи: собственное полотенце, мыло, зубную щетку и, разумеется, продукты. В отличие от Джекки она намеревалась готовить еду в кухне.

Лиза намылила тело, отметив, как выпирают сквозь кожу ребра и тазовые кости, которые покрывал лишь тоненький слой плоти. «Ничего, совсем скоро я поправлюсь», — с удовлетворением подумала она. Затем она вытерлась насухо и накинула халат Джекки. Материя на ощупь была прохладной и скользкой.

Джекки вновь надела пижаму и теперь кипятила воду, чтобы приготовить какао.

— Утром у меня будет раскалываться голова, — простонала она. — И зачем я столько выпила?

Одежда, в которой она была в ресторане, небрежно валялась на спинке кресла. Лиза подняла ее, расправила и аккуратно разложила на диване рядом со своими вещами, после чего вытянулась в кресле и устало прикрыла глаза. У нее моментально закружилась голова, и ее стало клонить в сон.

— Я так устала, что мне больше ничего не хочется.

Джекки, неуверенно стоя на ногах и пытаясь найти жестянку с какао, заявила:

— Тогда я дам тебе ночную сорочку. Где-то здесь должна быть чистая.

— Я могу лечь спать и в нижнем белье, — сказала Лиза.

— Даже не думай. Ты ляжешь спать, как цивилизованное существо, в симпатичной сорочке.

Джекки исчезла в спальне и через несколько минут вышла оттуда с красной хлопчатобумажной ночной сорочкой в викторианском стиле, расшитой белоснежными кружевами.

— Я солгала. Она не симпатичная, а ужасная, но зато, по крайней мере, чистая, потому что я ни разу ее не надевала. Мать подарила мне ее на Рождество.

— Сорочка очень миленькая, — сказала Лиза, которая настолько устала, что готова была завернуться в саван из мешковины.

Еще через несколько минут Лиза забралась в постель. Джекки сидела у туалетного столика, удаляя макияж с помощью крема. Сквозь сон Лиза пробормотала:

— Ты очень-очень добра ко мне. Не знаю почему.

— Потому что ты мне нравишься. Ты совсем не похожа на девчонок, с которыми я жила раньше. Кроме того…

Последних ее слов Лиза не расслышала. Она заснула как убитая.

Они шагали к Найтсбриджу под лучами неяркого солнца, висевшего в прозрачном утреннем небе. Крошечные обрывки облаков быстро уносились в неизвестном направлении. «Как будто находишься в чужой стране», — подивилась про себя Лиза. И не подумаешь, что совсем недавно закончилась война. Здесь не было ни воронок от бомб, ни разрушенных зданий с зияющими провалами окон, ни груд кирпича и щебня. Совсем не так, как в Ливерпуле, где следы войны виднелись на каждом шагу. И все женщины, мимо которых они проходили, даже пожилые, были одеты аккуратно и изысканно. Их макияж и тщательно уложенные волосы выглядели столь безупречно, что казалось, эти дамы только что вышли из салона красоты. Даже Джекки, оставившая дома невообразимый беспорядок, выглядела на удивление опрятно в кремовом полотняном костюме, белой блузке с рюшами и черных лакированных туфлях-лодочках, с сумочкой в тон, засунутой под локоть. На Лизе была все та же юбка и позаимствованный у подруги кардиган.

Еще никогда ей не доводилось видеть столь интенсивного движения: автомобили двигались сплошным потоком, сердито сигналя, а к тротуарам то и дело причаливали огромные красные автобусы, высаживая пассажиров. Из небольших ресторанчиков, уже открытых, долетал запах кофе, ароматного и, должно быть, крепкого. У одного из них люди сидели за столиками, расставленными прямо на тротуаре, пили кофе из толстых коричневых чашек и ели круассаны. Восхитительный запах свежеиспеченного хлеба выплывал из небольшого углового магазинчика с чудным названием «Patisserie»[32], и выходящие оттуда женщины с длинными тонкими булками в руках выглядели совсем не так, как те, которых Лиза видела до сих пор. На них были набивные халаты, а одна даже замотала голову платком, наподобие тюрбана, как иногда делала Китти. Из какого-то роскошного и большого здания вышла женщина в велюровой шляпке и зеленом габардиновом пальто, очень похожем на школьную форму. Она осторожно спустила по широким ступеням детскую коляску. Когда девушки проходили мимо, Лиза заглянула внутрь и увидела крошечного малыша в кружевном берете, сладко посапывающего под шелковым стеганым одеялом.

— Идем же, Лиза, — поторопила ее Джекки. — Иначе я опоздаю, а я никогда еще не опаздывала.

Как ни трудно было в это поверить, но Джекки работала отнюдь не рядовой секретаршей. Она была личным помощником генерального директора туристической компании.

— Видишь ли, — объясняла она вчера вечером в ресторане Лизе, — я знаю, какая я рассеянная и несобранная, поэтому на работе мне приходится прикладывать титанические усилия. Я записываю все: когда отправляю письма, когда получаю их, кто звонил и так далее. Поручения я выполняю сразу, чтобы не забыть о них. Если меня просят заказать билеты на самолет, я принимаюсь за дело немедленно, потому что иначе оно просто вылетит у меня из головы. Ты не поверишь, но я придумала очень эффективную систему учета, Лиза. У меня никогда не пропадает ни клочка бумаги. Я — безупречный секретарь. Тебя это удивляет?

Лиза призналась, что да, удивляет, чем Джекки осталась чрезвычайно довольна, словно ей сделали изысканный комплимент.

— И поэтому меня продвигали по службе, — продолжала она, — пока я не стала личным помощником мистера Айртона. Теперь я зарабатываю двенадцать фунтов в неделю. Это гораздо больше, чем зарплата обычного секретаря.

Джекки оказалась намного старше, чем поначалу думала Лиза, — ей уже исполнилось двадцать три года.

— А вот и моя контора. — Она кивнула на другую сторону улицы.

Но Лиза слушала ее вполуха. Все внимание девушки было приковано к выставленным в витрине магазина меховым манто, на которых красовались ярлычки со стоимостью более тысячи фунтов каждое.

— А вон там агентство. Оно откроется через несколько минут. Удачи тебе. До вечера. Ключ не потеряла?

Лиза покачала головой, и Джекки устремилась на другую сторону улицы, ловко лавируя между замедлившими ход автомобилями.

У агентства по трудоустройству было огромное окно во весь этаж, как витрина в магазине. Пока Лиза рассматривала его, какая-то женщина отперла дверь и вошла внутрь. Ее черные волосы были тщательно завиты, одета она была в строгий твидовый костюм. Выглядела дама очень неприступно. А что, если и ей потребуются рекомендации, как той владелице квартиры? Последнее, что было нужно Лизе, — это запрос на красильную фабрику с просьбой выслать ее характеристику. Через час об этом будут знать все сотрудники, и кто-нибудь обязательно расскажет маме. Впрочем, женщина на другой стороне улицы не производила впечатления особы, привыкшей иметь дело с рабочими промышленных предприятий.