Дважды два - четыре - Джейн Фэллон

Изабелл многодетная мать и единственная кормилица. Она из тех женщин, у которых, кажется, всегда есть все — дом, работа, прекрасные дети, любящий муж (ох, как мы ошибались на этот счет!), — но завидовать ей невозможно, потому что она очень добрая, милая и рассудительная. Ей прощается даже завидная внешность — хорошенькая блондинка, мягкая, нежная, — от нее никогда не исходит угроза. Она обо всех придерживается наилучшего мнения, пока ей не докажут обратное, — словом, полная противоположность мне. Сколько раз она меня поддерживала и выручала, даже не сосчитаешь. Я всегда знаю, что она будет рядом, когда мне понадобится. Изабелл для любого сделает все что угодно. Она никогда не забывает про дни рождения и годовщины, она не только хорошая мать и хорошая дочь, она двадцать лет была верной женой, содержала семью… Сказать, что она заслужила выпавшую ей судьбу, — все равно что приговорить к изгнанию из дома щенка за то, что тот однажды чихнул. Мягко говоря, жестоко и несправедливо. Я все сделаю, чтобы не расстраивать ее еще больше.

Войдя, я увидела Уильяма на куче подушек на кухонном стуле, с салфеткой, повязанной на шее вроде слюнявчика. Никола и Натали по очереди «кормят малютку», засовывая ему в рот ложку овсяных хлопьев.

— Привет, девочки, — говорю я, целуя своего младшенького в макушку. — Хорошо проводите время?

— Малыш ведет себя отлично, — ответила Натали, погладила моего сынка по головке и тоже чмокнула.

— По-моему, малыш пукнул, — объявила Никола, когда я выходила с кухни на поиски Изабелл. — Теперь пусть срыгнет.

Зоя лежит на диване в гостиной, набирая, как всегда, сообщения.

— Привет, мам, — бросила она, не поднимая глаз.

— Хочу немного поболтать с тетушкой Изабелл, — говорю я. — Ты не против?

— Отлично, — кивнула дочь. — По пути забросишь меня к Керри? Она хочет пробежаться по магазинам.

— Конечно.

Я ждала, что Зоя скажет: «Вы с тетушкой Изабелл можете поговорить здесь, а я уйду в другую комнату», — но ей тринадцать, поэтому она не сказала. Я направилась к двери. Выходя, спросила:

— Кстати, где тетушка Изабелл?

Зоя пожала плечами:

— Не знаю.

Она была в спальне, застилала постели. Я взялась ей помочь. Как ненавязчиво завести разговор об Алексе?

«Да, слушай, я тебе не рассказывала, что Алекс ушел от тебя, потому что любит меня?»

«Знаешь, вчера вечером Дэн дал Алексу в морду и велел навсегда убираться из нашей жизни к чертовой матери. И все из-за меня!»

Пожалуй, не пойдет.

Иза рассказывает, что Зоя весь вечер разучивала с девочками стихи с обложки каталога Лили Аллен. С одной стороны, я рада, что моя сердитая дочка потрудилась обратить внимание на двух своих младших некровных кузин. Напомнила себе, что Лили Аллен неплохая модель для подражания: сильная, независимая, преуспевающая молодая женщина, которая известна и другими делами, кроме раздевания. С другой стороны, мысль о том, что мои обожаемые двойняшки бегают по игровой площадке и без всякой иронии декламируют: «Хочу кучу шмоток, гору бриллиантов…», показалась не слишком приятной. Хотя вроде бы Изабелл считает это забавным, что, пожалуй, самое главное.

— Они обожествляют Зою, — объяснила моя подруга, и я почувствовала себя виноватой. Изабелл наверняка не хочется, чтобы близняшки подражали надутой девчонке.

— Посмотри на этот кошмар, — хмыкнула Иза. — Что они с Уильямом вытворяют!

Я вдохнула.

— Слушай, ты знаешь, что Алекс с Лорной расстались?

Изабелл кивнула.

— Ну, есть еще кое-что, о чем я тебе раньше не говорила. — Подруга с любопытством на меня взглянула. — Ничего страшного, — заверила я. — По крайней мере, по-настоящему страшного.

И преподнесла ей полную историю, опустив заявление Алекса, что он любил меня много лет и поэтому больше не мог оставаться с женой. Постаралась, чтобы все это выглядело смешным одноразовым пьяным бредом. Возмутительным, но не убийственным безобразием.

Изабелл нервно рассмеялась:

— Боже мой! Думаешь, у него кризис среднего возраста?

— Определенно, — подтвердила я.

Кризис среднего возраста явно начался у Алекса лет в двадцать. Я дала понять, что сильно преувеличила события в разговоре с Лорной, и, к счастью, Изу это позабавило.

Радикально смягчив дурное поведение Алекса, трудно объяснить реакцию Дэна. Изабелл знает, что он по натуре не ревнив и не злобен. Никогда никого не ударил. Даже голос практически не повышает.

— По-моему, это все их мужские дела, — сказала я, хватаясь за соломинку. — Они слишком серьезно относятся к дружбе и верности. В военных фильмах видно, как пули друг в друга всаживают. Дэн наверняка успокоится.

В последнем я совсем не уверена, но в любом случае это единственная возможность отвести от него подозрения в агрессивности. Слава богу, Изабелл поверила.

— Бедняги вы с Дэном… — Она погладила меня по плечу. — Попали в такую передрягу…

— Переживем, — заверила я и через паузу спросила:

— Ты с Люком разговаривала? — решив, что теперь уже можно без опасений сменить тему.

— Да, — кивнула Изабелл, превращаясь в взволнованную девчонку. — Он вчера позвонил мне из Цюриха. Ты еще согласна взять девочек вечером в понедельник?

— Конечно. Мы с Зоей научим их крэк курить.

— Даже не шути по этому поводу.

— Ну, и что он сказал? В Швейцарии без тебя пусто?

— Что-то вроде того. Нет, просто рассказал, что делает, потом мы болтали о всяких пустяках. С ним по-настоящему легко говорить. Он был на каком-то приеме, стоял на снегу на улице, и мы все-таки почти час протрепались.

Не могу не завидовать ее волнению. Не то чтобы поменяла Дэна на кого-то другого, но вспомнилась молодость, когда бывало потрясающее ощущение, будто оживаешь при первом знакомстве, слегка теряешь контроль над собой. Изабелл даже выглядит иначе. Сбросила пару фунтов, хотя в том не нуждалась. Кожа светится. Вообще вся сияет. Люк наверняка очень мил, но, по-моему, дело в сознании, что она остается по-прежнему привлекательной женщиной, что есть мужчина, который ею интересуется. Умный, интеллигентный, симпатичный мужчина. По крайней мере, предположительно симпатичный. Хотя кому какое дело, пока он хорошо к ней относится и она довольна.

— Ну, пусть лучше поймет поскорей, как ему повезло, — сказала я и крепко обняла Изабелл.

Проснулась в понедельник утром с ощущением, что, по крайней мере, жизнь может двигаться дальше. Действительно, казалось, ничего нет хуже вовлечения Дэна в разборку, зато теперь, когда все открылось, можно собирать обломки.

Я пришла в офис на десять минут раньше, а у дверей уже стоит Кей, вышедшая в первый день на работу, чистенькая, аккуратная.