Нищий лорд - Барбара Картленд

На мгновение Фенелла представила, как бы ей было удобно с ним. Он был бы хорошим мужем, подумала она, и, возможно, очень заботливым. Когда стены, которыми он окружил себя, рухнут, он даст любимой женщине ласку, понимание, а может, и сильную страсть, о существовании которой он и не подозревает.

И тут Фенелла увидела глаза Периквина, услышала командные нотки в его голосе, когда он разговаривал с ней, опять ощутила ту странную, восторженную, доводящую до экстаза дрожь, которая охватила все ее тело, когда он прикоснулся к ее губам.

— Мне очень… жаль, Николас, очень… жаль, — прошептала она. Он вздохнул.

— Я этого ожидал, — сказал он, — но я все равно буду пытаться завоевать вашу любовь, Фенелла. Возможно, однажды я понадоблюсь вам, позовите меня, и я приду к вам, Он поцеловал ее руку и поднялся.

— Вечером я зайду проведать вас. Ваша горничная строго-настрого запретила мне надолго задерживаться и переутомлять вас.

— Вы не утомляете меня, — сказала Фенелла, — спасибо вам за вашу доброту.

— Я люблю вас, — проговорил он, глядя на нее сверху вниз, глаза его при этом горели странным огнем. — Никогда не забывайте, что я люблю вас.

Он повернулся и пошел по лужайке к дому.» Неужели, — подумала Фенелла, откидываясь на спинку кресла, — мне все это не приснилось??«Неужели сэр Николас Уорингэм, один из богатейших и самых значимых людей Англии сделал ей предложение, а она отказала ему? Да, это была правда, но она знала, что никто, и меньше всего Хетти, не поверит в случившееся.

Мысли Фенеллы все еще были заняты сэром Николасом, когда ее сердце учащенными ударами возвестило ей о том, что по лужайке к ней направляется лорд Корбери. Невозможно было не восхищаться грацией его движений, его гордой посадкой головы, его идеальной мускулистой фигурой.

Он был так же элегантен, как сэр Николас, и только острый глаз Фенеллы мог заметить крохотную дырочку на галстуке, складку на рукаве камзола, которую старому Барнсу не удалось разгладить, и что его сапоги сверкали не так ярко, как ей хотелось бы Но все равно при виде его Фенеллу захлестнула радость, ее глаза заискрились, а губы тронула улыбка, когда она протянула ему руку.

— Я надеялась, что ты придешь, — проговорила Фенелла.

— Я пришел, чтобы показать тебе вот это, — сказал лорд Корбери и протянул ей газету.

— Что это? — полным тревоги голосом спросила Фенелла. Его резкость и то, что он не поинтересовался ее здоровьем, были несвойственны Периквину.

— Прочти внизу второй колонки на первой странице, — бросил он. Фенелла развернула газету и нашла статью. У нее сразу же упало настроение, когда она прочитала:

» КОНТРАБАНДНЫЙ ТОВАР ОБНАРУЖЕН «

» Вчера усилия таможенных судов, патрулирующих Южный берег, и подразделений драгун увенчались успехом: они обнаружили затопленную в бухте Хеллингли лодку. В ней находилось несколько ящиков бренди, а в близлежащих пещерах было найдено множество огромных тюков с табаком.

Во вторник военные конфисковали десяток лошадей, которые, по их мнению, должны были отправиться к бухте, чтобы перевезти груз.

И все-таки контрабандистам удалось затопить лодку, прежде чем они сбежали. Двоим мужчинам, подозреваемым в доставке этого контрабандного товара, удалось верхом скрыться от преследования «.

Фенелла еще раз перечитала статью и сказала:

— Итак, мы остались… ни с чем.

— Как же! — вскричал лорд Корбери. — Вся операция обошлась в полторы тысячи фунтов!

— Так много?

— Что же ты ожидала? — довольно грубо спросил он. — Вряд ли кто-то мог ожидать, что будет дешевле! Фенелла вздохнула.

— Мне очень жаль, Периквин.

— Это какое-то проклятие, — сказал он. — Ведь мы фактически доставили груз. Еще бы полчаса — и нам удалось бы отвезти все в Лондон.

— Но только в том случае, если бы они не конфисковали лошадей.

— Черт побери! Солдаты должны воевать, а не гоняться за мелкими воришками!

— Мы должны быть счастливы, что так легко отделались, — сказала Фенелла. — Могло быть гораздо хуже!

Взгляд лорда Корбери упал на ее руку, и он более мягко проговорил:

— Тебя могли убить! Прости меня, Фенелла, мне следовало бы в первую очередь справиться о твоем состоянии, но получилось так, что Анна уже успела мне все рассказать.

— Я так и поняла, — ответила Фенелла, — и наверняка она тебя отчитала.

— Ничего себе, отчитала!

Лорд Корбери в ужасе воздел к небу руки.

— Не напоминай мне о том, что Анна успела наговорить мне за эти два дня! У меня было такое чувство, что в любой момент меня могут опять отправить в школу с требованием, чтобы директор наказал меня за плохое поведение!

— Анна всегда была такой, — заметила Фенелла. — Она нас обоих так любит, что одна мысль, будто кто-нибудь из нас может сломать шею, приводит ее в ужас.

Лорд Корбери опустился рядом с Фенеллой на стул, на котором только что сидел сэр Николас.

— Ты знаешь, Фенелла, я все отдал бы, чтобы с тобой всего этого не случилось, — сказал он. — Ты рисковала, когда отправилась со мной, и я благодарен тебе. Несмотря на то что мы ничего не добились.

— Как ты сказал, нам ужасно не повезло, — беспечно заметила Фенелла.

— У меня идея!

— Еще одна? — тревожно спросила Фенелла.

— Это совершенно другое, — ответил он. — Ты только должна дать мне честное слово, что не расскажешь Уорингэму. — Не успела Фенелла вымолвить хоть слово, как он продолжал:

— Между прочим, какого черта здесь делал Уорингэм? Я видел, как его экипаж ехал через парк.

— Он… приехал, чтобы проведать меня, — ответила Фенелла. — Кто-то, должно быть, сообщил ему, что я… неважно себя чувствую.

— Вот проклятущий! Почему он никак не вернется в Лондон? — начал жаловаться лорд Корбери. — Как не приеду к Хетти, он всегда там. Прихожу к тебе и обнаруживаю, что он уже тут все вынюхал. Надеюсь, Фенелла, ты не поощряешь его? В конце концов теперь нет никакой надобности притворяться, будто кого-то и в самом деле заинтересовало его генеалогическое древо, которое всем уже надоело.

— Нет… конечно… нет, — еле слышно произнесла Фенелла.

— То, что я узнал, касается Уорингэма, но крайне важно, чтобы до него ничего не дошло. Ты обещаешь не говорить с ним об этом?

— Конечно, я пообещаю тебе все, что угодно, если ты меня просишь, — ответила Фенелла.

— Я доверяю тебе, — сказал лорд Корбери. — Вот что мы с тобой сделаем. На следующей неделе мы поедем в Эскот и поставим все оставшиеся деньги на лошадь по кличке Крестоносец, которая принадлежит Уорингэму.

Фенелла с удивлением взглянула на лорда Корбери.