Мартини для горничной - Маргарита Воронцова

Сначала я попыталась спихнуть малышей Ване, но он быстро улизнул из офиса – сказал, что организовал конкурс для подписчиков, и сейчас у него офф-лайновое мероприятие с выдачей призов и фотосъёмкой. Дизайнер тоже быстренько испарился – поехал оформлять рекламный стенд с макетом новостройки в дорогом супермаркете. А ведь Андрей с его красноглазым тигром произвёл на пацанов неизгладимое впечатление! Они могли бы ещё минут двадцать восхищённо, и затаив дыхание, рассматривать татуировки дизайнера. И это были бы целых двадцать минут тишины и спокойствия!

Но дизайнер нас бросил.

Тогда я сделала ход конём – усадила козявок за свободные компьютеры. Дети так любят компьютерные игры!

Но уже через десять минут услышала душераздирающие стоны – пацаны нашли законспирированную папку на Ванином компе и включили эротическое видео. Красивая до невозможности блондинка с шикарным бюстом таранила камеру каменными розовыми сосками. Дети смотрели, открыв рты, на это запретное великолепие.

Придушу Ивана!

Но очень повезло, что в его компе дети откопали всего лишь эротику, а не жёсткое порно.

Полтора часа я не работала, а только гонялась за пацанами по офису, вытирала шоколад, водила детей на кухню попить водички, а потом – в туалет, умоляла не расстреливать из автоматов сотрудников… Они заляпали маленькими пальчиками кипу документов и залили шоколадной слюной мой кремовый джемпер.

Виктор вновь появился из кабинета в тот момент, когда я была уже на последнем издыхании. Он куда-то деловито проследовал, разговаривая по телефону.

Потом вернулся и удивлённо посмотрел на меня.

– Маргарита Андреевна, всё хорошо?

– Да, всё прекрасно, – обессиленно доложила я.

– Однако… Вид у вас странный. Я бы даже сказал – замученный.

Я вздохнула и пожала плечами.

– А где малышня?

– Сейчас сидят под моим столом, – вяло пробормотала я. У меня уже совершенно не было сил. – Изображают крокодилов, выслеживают добычу. И я очень надеюсь, что добычей для них не станут мои колени. Ай! Ну вот, кусаются! А ну-ка, быстро вылезайте отсюда, – с отчаяньем и еле сдерживаемым гневом приказала я.

Крокодилы выбрались из-под стола.

– Веселитесь? – улыбнулся им Виктор. – Умотали бедную няньку, на ней и лица уже нет. Айда ко мне! – он открыл дверь кабинета и кивком пригласил детей внутрь.

Через полчаса босс появился снова.

«Уже наигрался, – поняла я с тоской. – Сейчас вернёт детей обратно со словами – нет, Маргарита Андреевна, вы уж как-нибудь сами!»

– Вадим!

Программист в одно мгновение материализовался рядом с шефом и преданно посмотрел ему в глаза. Ну надо же! А мне приходится по два часа звать.

– Сгоняй-ка быстро вниз, я пиццу заказал. Вот деньги.

– Это нам? – тупо заморгал сисадмин. Ему всегда требуется время, чтобы перенестись обратно в реальный мир.

– Ещё чего! Это детям. Не вздумай сожрать в лифте.

– А-а… Понял. Уже бегу.

Вскоре Вадик вернулся с четырьмя большими коробками пиццы.

…В семь вечера, спокойно разобравшись с делами – ведь теперь никто не ходил у меня по голове, не грыз колени и не лапал грязными пальцами одежду, – я осторожно заглянула в кабинет начальника.

Дима лежал, задрав ноги, на кожаном диване и тыкал пальцем в сияющий экран планшета – строил ферму.

На тумбочке высилась пирамида из коробок, в верхней, открытой, оставалась недоеденная пицца.

Петя сидел за столом рядом с шефом. Тот говорил по телефону, а свободной рукой играл с ребёнком в «камень, ножницы, бумага». Волшебным образом Пете каждый раз удавалось выиграть, он тихонько хихикал и снова начинал трясти в воздухе маленькой ладошкой.

От увиденного защемило сердце. Какая трогательная картина!

Но как у Виктора так получается? Почему его слушаются все дети – и большие, двадцатилетние, и маленькие, дошколята?

***

Василиса Николаевна перехватила нас на выходе из здания.

Я крепко держала близнецов за руки, чтобы не улизнули. С них станется. А бизнес-центр громадный. Ищи потом этих террористов по всем этажам.

Как только Света с ними управляется? Наверное, её они всё-таки слушаются. К тому же, у подруги на вооружении есть галактический луч. А у меня его точно нет.

На плече висела сумка, на запястье – больно впиваясь – огромный пакет с двумя коробками. Виктор сказал забрать с собой оставшуюся пиццу. Зная аппетиты Светкиной малышни, я не стала возражать. Едва доберёмся домой, детишки начнут ныть: «А когда мы будем ужинать?»

Офисные приключения понравились близнецам, они восторженно обсуждали детали.

– Тётя Рита, а ты разрешишь нам ещё прийти? – спросил Петя.

– Не разрешит. Ты же ей кофту испортил, кретин, – сказал Дима.

– Джентльмены, не ругайтесь, – потребовала я. – Кофту я отстираю.

– Какие сладкие! Какие зайчики, – послышался рядом мелодичный голос Василисы Николаевны. – Мне уже доложили, что у тебя сегодня тусуются племянники.

– Да вот. Пришлось взять.

Василиса держала в руке электронную сигарету, явно собираясь сразу же воткнуть её в рот, когда выйдет из здания. Она нагнулась к пацанам.

– Привет, привет! Тебя как зовут? Дима? Отлично! А тебя? Петя? Супер! Марго, какой чудесный у тебя конвой. А им скоро в школу?

– К счастью, только в следующем году.

Как Света потянет школу, я вообще не представляю! Даже один первоклассник – разорение для родителей. А сразу двое…

– Кстати, Рита… – деловым тоном начала Василиса. – Ты же не обиделась, что я не упомянула о твоих заслугах на совещании?

– Обиделась! – воскликнула я. – Вообще-то, вы мне обещали, Василиса Николаевна.

Кто она после этого? Коварный пончик, иначе и не назовёшь!

Василиса сделала грустное лицо и шумно вздохнула, её объёмный бюст поднялся и опустился, как лифт. Потом коллега порылась в сиреневой сумке, достала две шоколадных вафли и протянула пацанам. Те сразу же ухватили добычу – словно их не кормили лет сто – и радостно зашуршали обёрткой. Металлические подвески на сумке Василисы бренчали, как монисты.

– Смотри, Марго. Мы договорились, что я тебя спасу, если ты вдруг станешь тонуть из-за накладки с типографией, да?

– Точно.

– Но ты великолепно отчиталась. Михаил Иванович был тобой доволен, похвалил. Типографский косяк взял на себя Виктор. Герой, лапочка!

– Да, – мечтательно вздохнула я.

– Вот поэтому я и промолчала. Иначе генеральный прямо на собрании сразу бы тебя и спросил: а как вам удалось так лихо продать семь квартир в «Султане»?