Зачем я ему? - Алина Ланская

— Класс, да? Держит женишка на всякий случай, а сама пытается урвать кусок послаще… Но ничего у нее с Айсом не получится, вот увидишь.

Теперь уже я зеваю, да мне то что с этого — получится или нет? Главное, чтобы мне дали спокойно учиться и работать.

— Слушай, это же ты с Айсом впервые после того случая в баре наедине была, да?

— Ну да!

— Он от тебя ничего не хотел? Не просил что-то сделать?

— Ма-а-а-ш-а-а-а!!!! — закатываю глаза. — Да я понятия не имею, что ему от меня надо!

— Ты его хоть поблагодарила, что Зотова тогда приструнил и свою компашку?

Смотрю на Епифанцеву. Вот черт! А я ведь даже не подумала об этом. И за то, что был со мной все время на парковке, и за то, что домой отвез…

Утром перед парами звоню Андрею. Все-таки я должна была отвезти документы. А вдруг Никита их не отвез? Взял и подставил меня. Вон как сорвался вчера от Машкиного дома, дверь еле успела закрыть. Злой сидел, как черт, и молчал всю дорогу. Даже не попрощался, лучше б орал, ругался. Так бы я хоть поняла, чего он такой…

Вообще это очень плохо, что работой я обязана Айсу. Права Машка. Он ведь не добрый самаритянин, благотворительностью не занимается… А что у меня есть кроме меня самой? Квартира осталась бабушкина, но она маленькая и уже, считай, не моя. Может спросить, что ему надо? Документы он, кстати, передал. Как и обещал. Андрей сказал, что все нормально, что сегодня даже могу пропустить работу, если надо в больницу сходить. Я, конечно, отказалась. К тому же в офисе остались конспекты, они мне в понедельник понадобятся.

После пар забегаю домой переодеться. Юбку вчера постирала сразу же, блузка не пострадала, а вот куртка… Видимо, за что-то зацепилась, когда падала… Зашила как смогла. Надо бы в ремонт отнести, но в чем тогда ходить? Вроде и много мы вещей с Маней тогда купили, но, если так носить и падать перед машинами, надолго не хватит… Да и сколько еще Машка разрешит жить у себя? Вот найдет себе парня и все… Жить с ней оказалось, кстати, намного лучше, чем я ожидала. Не скандалила, не придиралась, одежду за собой в шкаф убирала, посуду мыла, не всегда, правда. По ночам не тусовалась особо, вечеринок в квартире не устраивала…

Сегодня пятница и можно в офис приходить в любой одежде, ну почти в любой. Начальница наша, например, вообще в джинсах обтягивающих приходит и — ничего. Открываю Машкин шкаф. Платье, то самое платье в крупную шотландскую клетку, которое мы купили с Епифанцевой на мои последние чаевые. Оно недорогое, но выглядит очень прилично. Машка говорит, что это лучшая моя вещь, ничто другое не сидит на меня настолько хорошо, как это платье. А она в этом понимает намного больше меня. Приталенное, с длинным рукавами, чуть выше колена, а юбка воланом. И если в нем хорошо покружить… Но на работе я этого делать точно не буду. Обуваю кроссовки, натягиваю куртку. Теперь главное — не опоздать.

На работе оживление. Вроде пятница, сегодня я вообще до шести, а все снуют из кабинета в кабинет.

— Варя, не стой тут! Быстро проверь, есть ли вода во второй переговорной. Сейчас там совещание будет.

Прохожу по коридору, захожу в комнату, воды, и правда, нет.

— Быстро, Барсукова, три минуты и — все соберутся. Сам замгенерального будет.

Да мне-то что! Расставляю бутылки воды, рядом стаканы. А в переговорку уже начинают заходить люди, я их не знаю. Наверное, наши клиенты. В дверях сталкиваюсь с симпатичным брюнетом в строгом синем костюме. Улыбается мне и галантно отступает в сторону, чтобы я вышла. Приятно. В универе редко кто уступает и пропускает вперед.

— Что это за люди? — спрашиваю у девчонки, которая, как и я, работает тут на подхвате, но значительно дольше меня.

— Важные клиенты, полкомпании на них пашет. А тот мужчина, что тебя пропустил, он их босс.

Ухожу в свой закуток. Клиенты клиентами, но почту разбирать надо. Минут через пятнадцать звонок по внутреннему.

— Варь, тут чай надо отнести, помоги, пожалуйста.

Надо, значит, надо. Открываем дверь: в переговорной человек десять. Улыбаюсь, расставляю посуду перед ними, подхожу к брюнету, он смотрит, как я пододвигаю к нему чашку, и вдруг накрывает своей ладонью мою. Вздрагиваю, он улыбается и тут же убирает свою руку, берет в нее чашку и делает глоток, не отрывая от меня взгляда. А я чувствую на себе другой взгляд. По коже словно холод пробежал, поежилась, как от озноба. Мне даже смотреть не надо и так знаю, кто это. Ставлю чашку и перед ним. Быстро, не глядя, и как можно скорее убираюсь с этого совещания. А он что здесь делает?!

Они закончили в полседьмого, из-за этого пришлось задержаться. Надо помочь убрать переговорную. В ней уже никого нет, собираю грязные чашки и пустые бутылки. Слышу чьи-то шаги…

— Ты новенькая? Не видел тебя здесь прежде.

Передо мной стоит тот самый брюнет, который босс. Молодой вообще-то для начальника, на вид ему и тридцати нет. А вот взгляд знакомый, и он мне не нравится. Взгляд превосходства и пренебрежения, так на меня и Машку смотрели наши мажоры. Сейчас, правда, уже не смотрят. Но я знаю, стоит только Ледневу кивнуть и сказать: «Можно»…

— Я Константин Георгиевич. Могу помочь тебе здесь освоиться.

Так, Варя, не волнуйся, тут должны быть люди.

— Ты, кажется, на самолет опаздываешь, да, Костик?

Вот что за привычка ходить бесшумно?! Бесит просто! Иногда, но точно не сейчас. Сейчас я безумно рада, что он пришел!

— Ник, а ты что тут забыл? — брюнет удивленно оборачивается.

А я с горой кружек на подносе потихоньку двигаюсь к Айсу, то есть к выходу, конечно. Прохожу мимо Леднева и скрываюсь на кухне. Когда выхожу через 5 минут, брюнета уже не видно, зато за столом, вытянув ноги, сидит Никита и нагло листает мои конспекты.

— У тебя слабоватый английский. Слишком много грамматических ошибок.

Вот сволочь! Все хорошее, вся благодарность к нему тут же улетучились.

— У меня нормальный английский! — выхватываю из его рук тетрадь. — Достаточный, чтобы сдать экзамен!

— Костик к тебе больше подойдет, не волнуйся, — встает и идет к коридору.

Не сомневаюсь, что не подойдет, так же, как не подойдут Артем и Полянский, который вообще куда-то пропал…

— Пока!

— Никита! Подожди.

Сказала и сама ужаснулась. Неужели я, и правда, хочу это сделать? Поворачивается и смотрит на меня.

— Спасибо тебе. За все. И за Костика этого, и за вчерашнее, и за работу, и что из бара тогда увез. В общем, за все-все. Я не знаю, почему ты это делаешь, и меня это реально напрягает, но я, правда, тебе благодарна. И еще извини, что вчера убежать хотела. Я просто разозлилась, сильно разозлилась, что пришлось ждать этого контракта дурацкого. А потом оказалось, что ты ехать сюда собирался и мог бы его отвезти сам, а меня заставил ждать. Я знаю, что это глупо и по-детски как-то… Просто…