Правила флирта - Сюзанна Энок

Постепенно она смирилась с тем, что не сможет больше видеть его, что ее не пустят на судебное заседание и что она не будет иметь возможности навещать его в тюрьме. Когда он умер два года назад, она почувствовала облегчение, потому что ей больше не надо было планировать каждый свой шаг с расчетом на то, что он в любую минуту может появиться на пороге, и она больше не чувствовала себя виноватой от того, что находится на свободе, а он до конца жизни заперт в тесной камере.

Каждый раз, отправляясь на задание, она рисковала. Но никто никогда не пытался ее убить или использовать ее тело в качестве отвлекающего момента. Предположение Ричарда, конечно, было далеко от истины, но пока это была самая правдоподобная версия развития событий.

Саманта осушил бокал и попросила вторую порцию, и Аддисон заказал две запеканки. Несмотря на то, что она спокойно проспала всю ночь, и на то, что ее раны обработал профессиональный врач, девушка ощущала себя морально и физически разбитой. Узнав от Стоуни об участии в этом деле О'Ханнона, Саманта получила ответ на многие свои вопросы и, как ни больно было в этом сознаваться, согласилась с логикой Ричарда. Ей необходимо было выстроить собственную версию развития событий, лучше всего в присутствии мужчины, который сидел рядом и потягивал пиво, демонстрируя завидную выдержку.

— Ты говорила, что Девор не остановился бы перед убийством, — сказал Ричард, кивнув в знак приветствия парочке, которая, проходя мимо их столика, с неприкрытым любопытством таращилась на него, — но только если речь шла не о тебе.

— Я до сих пор в этом уверена. Если он не знал, кого должен убить, или если кто-то обманул его на этот счет, то это еще больше осложняет ситуацию. Если бомба предназначалась не для меня, то я хочу знать, кто заказал тебя. В любом случае последняя версия имеет больше прав на существование.

— Это еще почему?

Официантка принесла запеканку, и Саманта с наслаждением втянула аромат горячих овощей, картофеля и телятины. Когда они остались одни, девушка проткнула вилкой картофельную корочку, и оттуда вырвался густой пар.

— Не стоит так переживать за меня, правда, — сказала она.

— Позволь не согласиться с тобой. — Челюсти Ричарда по-прежнему были плотно сжаты, а в глазах горели те же гнев и напряжение, что и в Баттерфлай-Уорлде.

— Не соглашайся, если хочешь, но это правда. Вряд ли кто-то пошел на такое из-за денег. И даже камень не стоит таких жертв. Конечно, десять процентов — это хорошая цена, но Этьен не стал бы совершать кражу и убийство за какие-то сто пятьдесят тысяч.

— Значит, О'Ханнон или еще кто-то заплатил ему гораздо больше.

— Почему ты так думаешь? Каждый, кто принимал участие в этом деле, рассчитывал на прибыль, — нахмурилась Саманта. — Я сомневаюсь, что Этьен вообще пошел бы на риск за такие деньги. Я сама взялась за это дело, потому что помирала со скуки. Моя доля — если бы, конечно, меня не убили — составила бы десять процентов, плюс надо было бы заплатить человеку, который поймал Этьена. Раз речь зашла об убийстве, задействованные суммы должны были быть куда выше.

— Если только это не личная месть.

— Мне?

Ричард пожал плечами.

— Ты в последнее время совершала какие-нибудь подлости?

— Не помню, а ты?

— Аналогично. Ты… ты поддерживала отношения с Девором?

— Мы с ним ладили, но за последний год мы, кажется, ни разу не виделись. — Сэм от всей души наслаждалась нежным, слегка пряным вкусом запеканки, смешанным с чуть горьковатым «Гиннессом». Неудивительно, что Аддисону здесь так нравится. — Если честно, я в последнее время… не высовывалась.

— Почему? — полюбопытствовал Ричард. Господи, он всегда такой дотошный?

— Потому. — Саманта довольно умело скопировала его мягкий британский акцент, чтобы скрыть смущение. Она не привыкла говорить о себе. — Просто музей Нортона прошлой осенью получил в дар большую коллекцию предметов искусства. Я помогала чистить некоторые экспонаты, а также составлять опись.

— То есть занималась легальной деятельностью, — мягко проговорил Ричард, слегка улыбнувшись.

— Прекрати, англичанишка.

— Хорошо, доедай запеканку и оставь место для шоколадного торта. Пальчики оближешь, уверяю тебя.

Мгновенная вспышка ослепила Саманту, и она инстинктивно выбросила вперед руку, чтобы загородить Ричарда. Тот, в свою очередь, отреагировал также стремительно и, перехватив ее ладонь, удержал на месте.

— Полегче, — прошептал он, глядя на человека, который стоял в нескольких метрах от них, держа в руке фотоаппарат. — Это журналист.

— Черт!

— Довольны? — уже громче осведомился Ричард. — Вы свое получили, так что дайте нам с подругой спокойно поужинать.

Журналист ехидно улыбнулся, и Саманте захотелось дать ему в челюсть.

— А у вашей подруги есть имя, мистер Аддисон?

Пальцы Рика впились в ее плечо.

— Если мы не скажем, они раздуют целый скандал, — прошептал он ей на ухо, сделав вид, что целует девушку в висок.

Фотограф сделал очередной снимок.

— Пожалуйста, не надо, — взмолилась Саманта, — я ненавижу…

— У Саманты Джеллико есть законный повод находиться в моем обществе, — проговорил Ричард удивительно нежным голосом. — Просто доверься мне.

Внутренний голос твердил Саманте, что нужно убежать и спрятаться, но сердцем она чувствовала, что Ричард прав. Она шумно выдохнула.

— Сэм Джеллико, — выпалила она, улыбнувшись, как ей показалось, весьма профессионально.

— Фамилия пишется с двумя «л», — услужливо подсказал Ричард.

— Какие отношения вас связывают?

— Я его консультант по охране предметов иск…

— Мы встречаемся, — перебил ее Ричард.

— Черта с…

— И я как раз обсуждаю с ней вопросы безопасности, — спокойно проговорил он. — Что-нибудь еще?

— Было бы неплохо узнать ее адресочек.

— Если вы нарываетесь на грубость, то, должен заметить, вы почти добились своего. Мне нужна ваша визитка, немедленно.

Веселый бонвиван Ричард Аддисон мигом исчез, уступив место жесткому бизнесмену, о котором Саманта читала в газетах. Она нисколько не удивилась тому, что журналист покорно опустил фотоаппарат и достал из кармана визитку.

— Спасибо, мистер… Мадейро, — продолжил Аддисон. — Надеюсь, «Пост» напечатает на своих страницах достоверную информацию. Желаю приятного вечера.

— И в-вам того же.

Как только журналист повернулся к ним спиной, Саманта пихнула Аддисона в бок локтем. Он хрюкнул и сложился пополам.

— Никогда так больше не делай, — прошипела Саманта, отодвинула стул и встала.

Развернувшись, Ричард схватил ее за руку и силой заставил сесть на место.