Черный лебедь - Звева Казати Модиньяни

В ста метрах от калитки их нагнал большой автомобиль. Это был черный «Фиат-1500», который остановился в нескольких метрах перед ними. Из машины вылез моложавый мужчина с мощной фигурой, одетый в темный джемпер с высоким воротом и коричневый костюм.

Эмилиано сравнил его с Диком Молнией, героем любимых детских комиксов, главным действующим лицом захватывающих приключений. Мальчик смотрел на него с восхищением и завистью, но, когда незнакомец обернулся и назвал его по имени, Эмилиано был несколько разочарован, поняв, что сказочный Дик Молния был всего лишь монсеньором Себастьяно Бригенти, другом семьи, которого он не видел уже много месяцев.

– Добрый день, монсеньор, – поздоровался он, подъезжая к нему на велосипеде.

Священник придержал руль и помог мальчику слезть.

– Я вижу, ты везешь раненого, – заметил он.

– Простая ссадина, – вставил Фабрицио, спускаясь на землю.

Себастьяно поднял малыша и усадил на заднее сиденье машины, к величайшей радости Фабрицио, который обожал автомобили.

– Сейчас я открою вам ворота, – предупредительно сказал Эмилиано. – Я не знал, что вы будете у нас к обеду.

– В действительности, никто не знает, что я здесь. Я хотел поговорить только с тобой.

Мальчик покраснел, весьма польщенный.

– А кто твой раненый? – спросил Себастьяно.

– Это сын Джильды, поварихи, – ответил он. – Он живет в нашем доме.

В несколько секунд у Себастьяно созрел план. Он сознавал, что вовлекает в свои дела невинного ребенка, но у него не было другого выхода: ему необходима была помощь мальчика. Себастьяно подошел к багажнику автомобиля.

– Ты сумеешь сохранить тайну? – спросил он.

Эмилиано твердо взглянул на него и гордо выпрямился.

– Никто не вырвет ее у меня, – с воодушевлением заявил он.

– А малыш?

– Он сделает все, как я скажу, – уверенно сказал Эмилиано.

Себастьяно открыл багажник и достал маленький чемоданчик.

– Тогда слушай меня внимательно, Эмилиано, – попросил он. – Я должен избавиться от этого чемоданчика.

– Вы хотите, чтобы я бросил его в озеро? – предложил мальчик.

– Я хочу, чтобы ты сохранил его. У тебя есть надежное место?

– Есть секретнейший тайник, – признался мальчик, увлеченный этим чудесным неожиданным приключением. – О нем никто не знает.

– Положи этот чемоданчик в свой тайник, – попросил священник, передавая его. – Иди.

Эмилиано бросился к беседке и, сдвинув одну из досок у ее основания, сбоку от деревянных ступенек, положил туда чемоданчик. Затем поставил доску на прежнее место и бегом вернулся к машине.

Себастьяно, издалека следивший за его действиями, поблагодарил Эмилиано крепким рукопожатием.

– Теперь мне пора уезжать, – сказал он. – Однажды я сам вернусь за ним или придет кто-нибудь от моего имени. Безопасность и даже жизнь многих людей теперь зависят от тебя.

Польщенный и взволнованный таким доверием, Эмилиано готов был уже поверить, что перед ним не монсеньор Себастьяно Бригенти, священник, а в самом деле любимый герой, обратившийся к нему за помощью, чтобы совершить один из своих невероятных подвигов.

– Никто никогда не узнает, что вы были здесь, – твердо сказал он.

– Я доверяюсь тебе, – поблагодарил Себастьяно, сжав его плечо и глядя прямо в глаза.

Себастьяно не мог уничтожить содержимое чемоданчика. Документы, содержавшиеся в нем, были нужны, чтобы поддерживать расширившиеся связи организации. Он долго думал во время полета, что делать с ними, и решил довериться случаю. Этот серьезный и честный паренек встретился ему в подходящий момент. Что бы случилось, если бы он встретил кого-то другого из членов семьи? Кто-то на небе, видно, помогал ему в этом деле. Во всяком случае, теперь документы были в полной безопасности и могли быть легко востребованы в случае необходимости.

Одна только мысль тяготила его. Эстер и его дочь были так близко, а он не мог увидеть их.

– Дома все здоровы? – спросил он.

– Все в порядке, – ответил Эмилиано. – Даже мама, которая после рождения Лолы чувствовала себя неважно, сейчас здорова.

– А как Лола? – Голос Себастьяно слегка дрогнул.

– Вредная. Как и все малыши, – махнул рукой Эмилиано.

– А что делает папа?

– Клянет бумажные фабрики, которые создают ему проблемы с бумагой. А тетя Полиссена, – продолжал он, – наконец-то нашла себе возлюбленного. А мне разрешили одному ходить в кино.

Себастьяно поздравил его с этим достижением.

– В общем, мы договорились насчет нашей тайны?

– Никто никогда не узнает, что мы виделись, – уверил его мальчик. – А вы скоро вернетесь?

– Не знаю. Во всяком случае, запомни, – повторил Себастьяно, – если однажды кто-нибудь от моего имени придет за этим чемоданчиком, ты должен отдать его.

– Можете быть уверены, – пообещал Эмилиано.

Он помог Фабрицио вылезти из машины, снова посадил его на раму велосипеда и поехал к дому, не оборачиваясь.

По дороге он наклонился к малышу и сказал ему:

– Мы с тобой этого человека и эту машину никогда не видели. Ясно?

Фабрицио поднял на него огромные глаза.

– Клянусь, – торжественно обещал он.

Прежде чем направиться к себе, Эмилиано привел Фабрицио на кухню.

– Что ты устроил на этот раз? – всплеснула руками Джильда, увидев ссадину на коленке сына.

– Ничего страшного, – ответил тот. – Просто свалился с велосипеда.

Тем временем Эмилиано быстро привел себя в порядок и бегом спустился в столовую. Все уже были за столом. Он выдержал строгий взгляд отца, который молча укорял его за это неоправданное опоздание, и уселся на свое место.

Перешагнув порог тюрьмы Сан-Витторе, Пьер-Джорджо Комотти увидел человека в темном джемпере и коричневом костюме, который ждал его.

Прошло двадцать четыре часа с момента ареста. Рубашка его была разорвана, лицо осунулось, правый глаз заплыл – последствия допроса, которому его вчера подвергли. Сразу после этого комиссар полиции заявил: «Это еще цветочки. Вами заинтересовалась ОВРА. Так что наши методы вам еще покажутся лаской. Вас переведут в Сан-Витторе, в ведение политической полиции». Только тут журналист понял, что положение его гораздо тяжелее, чем он предполагал.

Но после перевода в Сан-Витторе, когда Пьер-Джорджо уже приготовился к самому худшему, его неожиданно отпустили.

– Я монсеньор Себастьяно Бригенти, – прошептал мужчина, подходя к нему. – Ничего не отвечайте. Не оборачивайтесь. Старайтесь вести себя как можно естественней. За нами наблюдают.