P.S. I Hate You - Уинтер Реншоу

– Там на столе какое-то странное письмо для тебя, – говорит Мелроуз, когда я возвращаюсь с работы. – На нем заграничные марки, ну, или мне так показалось.

У меня перехватывает дыхание, и боль в ногах, вызванная беготней по залу кафе в течение последних восьми часов, внезапно унимается. Он уехал три недели назад. И хотя я не ожидала получить от него известия сразу же – ему наверняка некогда, да и почта ходит не так уж быстро, – я не думала, что это займет столько времени.

Порывшись в стопке почты на кухонном столе, я нахожу желтый конверт, на котором написано мое имя. Обратный адрес – отделение военно-почтовой службы. Вскрыв боковую сторону конверта, я вытряхиваю письмо на ладонь и направляюсь обратно в свою комнату. Разлегшись на кровати, я разворачиваю письмо.

Марица,

Я здесь, я добрался.

Извини, что заставил ждать. Тут много дел, но я в основном обустраивался, готовился к миссиям и не давал своим парням нарушать дисциплину.

Жаль, что не могу поделиться с тобой чем-то более интересным, но там, где я сейчас, нет ничего интересного. Здесь жарко, сухо, иногда слишком громко, а иногда слишком тихо.

И вообще, я говорил тебе, что ненавижу писать письма.

Надеюсь, у тебя дома все хорошо.

С уважением –

Капрал Исайя Торрес.

P. S. Пришли блинчиков.

– Он наконец-то написал тебе? – Я поднимаю взгляд и обнаруживаю Мелроуз, прислонившуюся к косяку моей двери. Руки ее скрещены на груди, на лице играет хитрая усмешка. – Что он пишет?

Она подходит к моей кровати, садится рядом со мной, и я прижимаю письмо к груди.

– Его письма – не твое личное развлечение, – отвечаю я ей. Я не собираюсь делиться ими ни с кем, хотя бы из уважения к нему. Его письма – только для меня, пусть даже они скучны или нелепо формальны.

– Ну и ладно. Продолжай и дальше заниматься этой чушью. – Мелроуз опускает вниз большой палец руки и встает с моей кровати. – А вообще он что-то не торопился с этим письмом. Я уже начала думать, что он просто наболтал тебе то, что ты хотела услышать.

– Он заслуживает того, чтобы я ему верила, – отвечаю я ей.

С тех пор, как я ошибочно предположила, будто он меня продинамил – в тот день, когда заболела его мать, – я чувствую себя ужасно виноватой. Судя по всему, Исайя – человек слова, и я пообещала себе непоколебимо верить в него, пока у меня не будет твердых доказательств того, что он этого недостоин.

– И к тому же эти письма неделями идут в обе стороны. Они поступают в армейские почтовые отделения, где их сортируют, а это целый процесс.

– Не понимаю, почему вы просто не дали друг другу адреса своей электронной почты. Мгновенная передача по всему миру. Присоединяйся к прогрессу.

– Когда ты в последний раз получала по обычной почте что-то, кроме счетов, рекламных листовок из пиццерии или коробки с пробниками косметики? – спрашиваю я. – Возможно, это единственный случай в моей жизни, когда у меня есть шанс обмениваться настоящими письмами с настоящим человеком. В общем, он тоже предлагал электронную почту, но я решила, что, наверное, ему будет приятно получить нечто осязаемое.

– Как романтично!

Я закатываю глаза.

– Нет ничего романтичного в том, что двое друзей переписываются. Перестань вкладывать в это смысл, которого там нет.

– Но он тебе нравится.

– Да. Он хороший человек.

Она смеется.

– Нет, он нравится тебе.

– У тебя что, никаких дел нет? Прослушивание, актерские курсы, еще что-нибудь.

– Ладно-ладно. – Мелроуз ухмыляется, неспешно идет к двери, приминая носками ворс ковра. – Я понимаю намеки и знаю, когда меня не хотят видеть.

– Закрой за собой дверь, – бросаю я ей.

Она корчит гримасу, но все равно подчиняется. Как только она исчезает из поля моего зрения, я перечитываю его письмо дважды и кладу в старинную шкатулку для украшений, стоящую на моем комоде. Потом достаю блокнот и ручку.