Я его достану! - Алина Ланская

Ощущения были противоречивыми. Я ни на секунду не пожалела, что поехала с ним в его филиал, что поднялась на последний этаж, что смотрела с ним на красивый ночной город. Поцелуи его до сих пор чувствовала на лице. Они казались мне совершенно естественными, настоящими и очень искренними.

В то же время меня не покидало чувство, что реальность напоминает очень дорогую и ценную картину, на которой под одним изображением скрыто другое, а под ним — третье… И что на самом деле изображено на картине, я не знаю.

Верхний слой — это сегодняшний чудесный вечер, но что под ним — понимал только Кощей. И он явно не собирался мне рассказывать. А еще обидно было услышать его предостережение о драгоценной Изабелле! Сейчас я даже удивлялась, что не рассказала ему о предложенной ею сделке.

В коридоре на третьем этаже никого не было, и я без приключений добралась до номера. Открывала дверь так тихо, как только могла, но, оказалось, напрасно: Изабеллы в номере не было. Настроение тут же поднялось на несколько градусов. Уже забираясь под одеяло, я вспомнила, что не поставила будильник. Завтра, то есть уже сегодня главное — не проспать. Хотя… представительство «Буяна» в Новосибирске я уже открыла. Раньше всех других журналистов, кстати.

Мобильный завибрировал в руке. Первая мысль была, как ни странно, об Архангельском: однажды он прислал вопросы к заметке в два часа ночи. Но сейчас Жора оказался ни при чем: на экране высветился незнакомый мобильный номер. Я решила, что кто-то ошибся. А потом сердце забилось так, что пришлось сделать несколько глубоких медленных вдохов и выдохов, чтобы его успокоить.

«Я сожалею, если вас обидел и испортил вам вечер».

Два раза перечитала. Нет, три. Кощей! Извиняется? Открыл для меня свой номер мобильного?

Пальцы забегали по экрану телефона. «Вечер был чудесным, я не обижена. Немного растеряна».

«Растерянность иногда полезна».

Вот же засранец! Я чуть телефон не бросила на кровать. Так, Вася, спокойно! Он непробиваемый, как танк, а ты уже завелась. Не годится. Если он думает, что, поцеловав меня пару раз, теперь может учить жизни, то ошибается.

Я не стала ничего отвечать. Просто сохранила номер его телефона в контактах. И заснула. На удивление очень легко.

Проснулась утром за три минуты до будильника, отдохнувшей и без единой грустной мысли в голове, на душе было спокойно. Как-то сам собой в голове сложился план действий. Я со всеми этими поцелуями совсем забыла, кто я. А я журналист, то есть человек критически мыслящий и не верящий своим глазам до тех пор, пока не получит подтверждение минимум от еще одного источника. Поэтому, пока не сниму все слои с картины, не успокоюсь. Потому что я профессионал. И еще потому, что он мне слишком сильно нравится. Настолько сильно, что опять снился этой ночью.

Изабелла оказалась неожиданно любезной, предоставив в полное мое распоряжение весь номер. Она так и не пришла ночевать, а судя по времени, пора выходить на завтрак.

В ресторане было лишь несколько семейных пар. И ни одного знакомого лица. Я уже начала волноваться, решив, что, может, банально перепутала время и все уже уехали на стройплощадку «Буяна». По крайней мере, так было заявлено в программе пресс-тура. И только потом мы поедем на торжественное открытие. А уже вечером — в Красноярск. Честно говоря, собиралась уже звонить Ване, но в дверях появилась сияющая Лада — как всегда, со свежим макияжем, профессиональной улыбкой и взглядом знающей себе цену женщины.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Доброе утро! Василиса, а вы ранняя пташка, вот уж не ожидала встретить тут кого-то из нашей группы.

Она оставила на столе свой мобильный и вернулась через пару минут с тарелкой, полной еды. Еды, в которой было минимум калорий. Меня это, к слову, совсем не удивило.

— Так как спалось? Судя по вашему цветущему виду, вы, в отличие от ваших коллег, не пошли вчера знакомиться с достопримечательностями города?

Ну это как сказать!

— Думаете, все еще спят? — спросила я в ответ.

Я не хотела прямо отвечать на ее вопрос, только сейчас вспомнив, что замотанный Кощеем управляющий меня прекрасно видел вчера, видел, как Бессмертный водил меня за руку, не отпускал от себя. А ведь он точно будет на открытии и увидит меня. Вот это палево! Почему я вчера об этом не думала?

— Главное, чтобы в номерах были, а не заночевали где-нибудь в городе.

— Кстати, Изабелла еще спит? — Лада прижала к уху мобильный, но через несколько секунд недовольно отложила телефон в сторону. — Вне зоны доступа. Странно. Василиса, не знаете, где она?

Я в этот момент сосредоточила все свое внимание на трех кусочках омлета, оставшихся на тарелке. Мои шансы выстоять против Лады были минимальны, да я и не видела смысла скрывать, что Павлова не ночевала в номере. В конце концов, все взрослые люди, где хотят, там и ночуют. Главное, чтобы не в номере Бессмертного. Но я не сомневалась, что Иза точно не была ночью с Кощеем. Я ему поверила вчера.

— А вот и Иза! — протянула Лада, глядя на свою подчиненную.

Вид у Павловой был странный. Чуть опухшие красноватые глаза, очень бледное лицо. Похоже, Изабелла не успела отштукатурить себя как следует, поэтому и казалось, будто она измождена. Ну или погуляла ночью слишком хорошо.

— Ты в порядке, Белла? Нам через час выезжать…

— Все отлично, — заверила Павлова, не глядя на свою начальницу.

— Не выспалась? — Лада продолжала наседать на Изу.

— Все отлично! Я просто не очень хорошо спала. — Она пожала плечами. — В отличие от Василисы. Она сразу после ужина вырубилась и как младенец… Да, Вась?

Я ушам своим не поверила, это же надо так врать! Лада подозрительно посматривала на свою подчиненную, но расспросы прекратила. А затем и вовсе оставила нас, направившись на ресепшен узнавать, все ли журналисты в своих номерах.

— Если кому скажешь, что я не ночевала в номере, то сильно подставишь Олега, — ни с того ни с сего быстро проговорила Белла, и мне потребовалось несколько секунд для того, чтобы сообразить, чего она хочет. — И мне нужна твоя помощь. Про сделку помнишь?

Я молча кивнула. Я не узнавала Павлову. Куда-то слетела ее уверенность и манерность, она выглядела уставшей, раздраженной и, как мне показалось, немного напуганной.