В канун Рождества - Розамунда Пилчер

Вот уже несколько лет они не собирались вместе, и у них возникало множество тем, которые можно было обсудить. Старые друзья, знакомые, дальние родственники. Доди поведала о круизах по Средиземному морю и об одном необыкновенном греческом острове, в который она буквально влюбилась: «Мечтаю построить там домик». А Кэрри рассказала об Обербейрене, о том, как волшебно прекрасны горы летом. Склоны, с которых зимой съезжают на лыжах, становятся зелеными пастбищами, где щиплют траву стада коров, и колокольчики у них на шеях оглашают звоном чистый, как хрусталь, воздух.

Доди и Никола сдержали слово и ни разу не упомянули Рождество, Флориду и Борнмут.

Они допили кофе, и Кэрри заплатила по счету. Люси уже пришло время уходить. Услужливый официант вышел на улицу, на холод, прямо в своем длинном белом фартуке, хлопающем на ветру, и стоял, пока не заметил огонек такси и не просигналил шоферу, чтобы тот остановился. Кэрри дала Люси денег, и взрослые дождались, пока девочка усядется.

— Кэрри, прости, я тебя не поблагодарила. Все было замечательно, — открыв окно, сказала Люси.

— Очень рада. Надеюсь, фильм тебе понравится. Я тебе позвоню.

— Позвони поскорее.

— Как только смогу. Ни минутой позже.

— Люси, когда ты вернешься? — деловито поинтересовалась Никола.

— Около семи.

— Будь осторожна.

— Хорошо.

Они подождали, пока такси не скрылось из виду, и медленно пошли к реке. На углу Фарнем-роуд остановились попрощаться.

— Ты доставила нам бесконечное удовольствие, — сказала Доди, расположенная к великодушию после превосходных блюд и напитков. — Как хорошо, что ты снова дома. Не пропадай. Сообщи о своих планах.

— Да, конечно. Пока, ма. — Кэрри чмокнула мать в щеку. — Пока, Никола. Мы ведь еще увидимся до твоего отъезда?

— Скорее всего, да. Спасибо за ланч.

— На всякий случай, если не увидимся, желаю хорошо провести время.

— Именно это я и собираюсь сделать.

Они расстались. Кэрри посмотрела матери и сестре вслед. Похожи до смешного, и обе по уши увязли — каждая в своих делах и проблемах. Совсем не изменились. Кэрри повернулась, медленно пошла к дому и, только пройдя полпути по мосту Патни, где холодный и влажный ветер дул ей прямо в лицо, вспомнила о том, что Сара просила купить овощей к ужину и упаковку чая «Лапсанг Соучон». В пакистанской бакалейной лавке Кэрри запаслась цветной капустой, луком-пореем и мелкой молодой картошкой. Купила чай, черный зерновой хлеб и две бутылки калифорнийского вина «Якобс Крик». Кассир, симпатичный молодой человек, уложил это все в сумку и получил деньги:

— Господи, — сказал он, — какой холодный день. Наверное, не чаете добраться домой.

Кэрри улыбнулась в знак согласия, поблагодарила и вышла на улицу. Хмурый зимний день клонился к сумеркам, автомобили ехали с включенными фарами, яркие квадраты света падали из окон магазинов на мокрый асфальт. Когда Кэрри подошла к дому, руки у нее так замерзли, что было больно стаскивать перчатки и управляться с американским замком. Она зажгла свет в холле, выключила сигнализацию и с благодарностью ощутила домашнее тепло. Потом прошла на кухню, поставила пакет на стол, не снимая пальто, наполнила водой электрический чайник и включила его. Задернув сине-белые клетчатые занавески, принялась выгружать овощи. Вода тем временем вскипела, и Кэрри приготовила кружку чая. Сняв, наконец, пальто, она бросила его на спинку стула, достала из сумочки записную книжку и села у телефона.

Элфрида Фиппс, Пултонс-роу, Дибтон. Кэрри сняла трубку и набрала номер. Услышав гудки, стала ждать. Ждала долго, но ответа не было. Элфрида, конечно, так и не собралась купить автоответчик. Может быть, она вышла. Кэрри положила трубку, допила чай и поднялась наверх повесить пальто и надеть другие туфли. Снова спустившись вниз, она задернула шторы в гостиной и включила камин. Потом вернулась в кухню и еще раз попыталась дозвониться Элфриде. Опять неудача. Кэрри почистила картошку к ужину, нарезала цветную капусту и приготовила маринад для куриного филе. После третьей попытки дозвониться она немного встревожилась. В конце концов, они так давно не виделись. Элфрида не любила писать писем, предпочитала телефон, но она всегда была на месте. А вдруг она умерла? Эта ужасная мысль поразила Кэрри как гром среди ясного неба, но здравый смысл взял верх. Кэрри понимала, что, если бы с Элфридой что-нибудь случилось, Джеффри непременно бы об этом сообщил.

Джеффри. Она позвонит отцу. Он, конечно, знает, где найти свою кузину Элфриду. Телефон Джеффри в Эмбло Кэрри помнила наизусть. Она сняла трубку и набрала номер. На этот раз ей повезло, отец ответил почти тотчас же.

— Джеффри Саттон.

— Джеффри, это я, Кэрри.

— Голубушка, как ты?

— Прекрасно. Только холодно.

— Ужасная погода. Нас буквально сдувает с обрыва.

— Как Серена, Бен, Эми?

— Хорошо. Серена поехала за детьми в школу, так что я сижу в одиночестве, выписываю чеки, разбираю счета. Чем могу тебе помочь?

— Я ищу Элфриду. Звонила в Дибтон, но никто не отвечает.

— Ее там нет.

— Нет?

— Она в Шотландии.

— Почему ты мне ничего не сказал, когда я звонила на прошлой неделе?

— Мне казалось, у нас с тобой были более существенные темы. Например, ты.

— Да, — Кэрри почувствовала себя пристыженной. — Да. Извини.

— Я не думал, что тебе так важно знать, где находится Элфрида.

— Сейчас очень важно. Зачем она поехала в Шотландию?

— Это длинная история, — сказал Джеффри и принялся рассказывать.

С сочувствием слушая грустную историю, Кэрри все больше и больше становилась в тупик. Она хорошо знала Элфриду. Ее доброе сердце и пылкий нрав, ее неспособность задуматься о завтрашнем дне. И тем не менее ее поступок казался слишком опрометчивым.

— Она любит этого человека? — спросила Кэрри.

— Не знаю, Кэрри. На самом деле, я не понимаю, что происходит. Она мне обо всем рассказала по телефону и, судя по голосу, была скорее в подавленном, чем в приподнятом настроении.

— В таком случае, она в него не влюблена. Скорее, просто о нем заботится.

— Он, по ее словам, сам ее попросил поехать с ним за компанию. И она согласилась, чтобы немного его утешить. Они отправились на автомобиле. Ехали с остановками, так как путешествие долгое.

— Где именно они живут?

— В Сазерленде. На дальнем севере. У меня где-то записан их адрес и телефон.

— Вы с Элфридой общались после ее отъезда?

— Нет. Мне кажется, сейчас ей не до меня.

Кэрри была разочарована.

— Досадно, — сказала она.

— Почему?