Охота за невестой - Джейн Фэйзер

– Он богат и сделал успешную карьеру, – заметила Пруденс. – У него есть связи. И в его облике нет ничего отталкивающего.

– Это все равно, что хвалить проклятие, – смеясь, сказала Констанс. – По-моему, он выглядит довольно импозантно.

– У него красивые глаза, – заключила Пруденс. – И волосы тоже.

Честити хмыкнула и принялась намазывать медом сдобную лепешку.

– Один голос чего стоит.

– Разведенный мужчина совсем не то, что разведенная женщина.

– Верно, – согласилась Честити.

– Но мы не знаем, кто из них пострадавшая сторона, – заметила Пруденс.

– Если жена, то не сомневаюсь, что он поступил порядочно, – сказала Честити.

– Имеете в виду то, что он дал ей развод? – нахмурилась Пруденс. – Если бы речь шла о большинстве мужчин, я бы согласилась с вами, но Гидеон играет не по правилам.

– Он всего лишь поцеловал тебя, Пру, – вступилась за него Честити.

– Без моего согласия! – вспылила сестра. – Тебе бы такое понравилось, Чес?

Честити пожала плечами:

– Со мной это бывало не раз. Я хлопала нахалов по щечкам и объясняла, что мне это не нравится.

Пруденс посмотрела на нее с легкой досадой:

– Но я не ты, Чес. Я не флиртую и потому не прощаю подобные вещи.

– Так мы ни к чему не придем. Давайте лучше подумаем, какие качества сэр Гидеон хотел бы видеть в своей второй жене.

– Верность, – сказала Пруденс с коротким смешком.

– Это само собой разумеется.

– По-моему, ему нравятся покладистые женщины, – добавила Пруденс. – Чтобы не перечили ему.

– Пру, от тебя никакой помощи, – упрекнула ее Констанс.

– Ладно, – кивнула Пруденс. – Раз он не против женского образования, то наверняка предпочтет женщину образованную. – Пруденс допила чай. – И конечно, скромную, чтобы не мешала ему на всяких сборищах светского характера, которые он посещает.

Честити порылась в сумочке в поисках блокнота и карандаша.

– Давайте составим список качеств, которые, как нам кажется, он сочтет необходимыми для своей избранницы, а потом покажем этот список ему. Быть может, он выразит свои пожелания и что-нибудь добавит.

– Не следует забывать и о его дочери, – заметила Констанс. – Хотелось бы знать, учтет ли он ее пожелания.

– Думаю, ему нужна женщина, любящая детей и умеющая с ними ладить, – решительно заявила Пруденс. – С нашей стороны будет нечестно предложить ему женщину, питающую антипатию к детям.

– Пру совершенно права, – согласились сестры, а Констанс добавила: – Ему нужна женщина образованная. Если он отправил дочь в школу для леди, значит, рассчитывает, что она продолжит образование в женском колледже Кембриджского университета. Вы так не думаете? И ему захочется, чтобы в доме была женщина, образованная не хуже его дочери и способная составить ей компанию.

Пруденс размышляла: Гертон, женский колледж Кембриджского университета, формально не допускал женщин до сдачи экзаменов. Им также не разрешалось получать ученую степень, а вообще у них почти не было ограничений, но делалось все тайком.

– В таком случае он готовит ее к какой-то карьере, – произнесла Пруденс задумчиво, – возможно, к преподавательской деятельности.

– Кого мы знаем, имеющего знания и право преподавать? Нет, я имею в виду не гувернантку, конечно, а уровень, близкий к университетскому, или по крайней мере женщину, способную и имеющую право преподавать в престижной школе для девочек. А это будет означать, что она умеет ладить с детьми.

– Астрид Беллами, – предложила Честити. – Она просто помешана на женском образовании. Ездила в Оксфорд к леди Маргарет Холл.

– Слишком стара, – вынесла свой вердикт Пруденс. – Ей, должно быть, под сорок.

– Но мы не знаем, какой возраст он предпочитает, – заметила Констанс. – И хочет ли иметь еще детей.

– В этом случае он бы проявил больше активности в поисках жены, – сказала Пруденс. – Ему где-то под сорок.

Констанс нахмурилась.

– Но если он заинтересуется этой проблемой, возможно, она станет для него важной.

– Думаю, это так, – неуверенно произнесла Пруденс.

– Можно спросить у него, – сказала Констанс.

– Можно, – согласилась Пруденс.

– Ты, я смотрю, относишься к этому без особого энтузиазма, Пру, – с упреком заметила Констанс.

Пруденс покачала головой:

– Нет. Ничего подобного.

– Извини, мне так показалось.

Честити перевела взгляд с одной сестры на другую и вернулась к своему блокноту.

– А внешность? – спросила она. – Внешность имеет для него значение? Женщина должна быть красивой?

– По-моему, ум и интеллект для него важнее, – сказала Пруденс и пожала плечами: – Впрочем, откуда мне знать?

– Ты знаешь больше, чем мы, – возразила Честити, покусывая кончик карандаша. – Ты общалась с ним целый вечер.

– Я не могу разобраться в его властной, надменной и в то же время снисходительной натуре, – заявила Пруденс. – Думаю, ему подошла бы женщина с сильным характером и собственными суждениями. А вот о внешности ничего не могу сказать.

– Это мне напоминает историю с Максом, – промолвила Констанс. – Не знаю только, сильный ли у меня характер и есть ли собственные суждения.

Пруденс запустила в нее подушкой.

– У Макса больше достоинств, чем недостатков.

– Возможно, у сэра Гидеона Молверна тоже, надо хорошенько к нему присмотреться, – решила Честити. – Что вы думаете насчет Агнес Харгейт? Она молода, привлекательна, начитанна, хотя и не училась в университете.

– Она вдова с пятилетним сыном, – возразила Пруденс.

– Значит, любит детей, – заключила Констанс.

– Но готов ли он взять в жены женщину с ребенком? – усомнилась Пруденс.

– Опять-таки можно его об этом спросить, – не сдавалась Честити. – Уверена, Агнес заинтересуется им. Она устала от одиночества.

– Он ничего об этом не говорил, Пру, после того как ты предложила найти ему пару? – спросила Констанс.

– Да, – оживилась Честити. – Он хоть намекнул, какие женщины ему нравятся?

Пруденс заколебалась. Что он сказал после того, как поцеловал ее? Что теперь она должна знать, какого сорта женщины ему нравятся, а также почувствовать, способен ли он удовлетворить женщину как любовник. Но рассказать об этом сестрам Пруденс не могла.

– Нет, – ответила она наконец. – Он сказал, что не ищет жену и что угодить ему нелегко.