Проект «Обольщение» - Миранда Ли

Нет, подумал он. Она все еще не уверена в нем. Это у нее от тех лет, когда он не замечал ее. Вот почему она поддерживала неуверенность и в нем. Она защищала себя, заставив его доказывать снова и снова, что он любит ее. Он понимал теперь, что предстоит еще очень много сделать, чтобы она наконец почувствовала абсолютную надежность его любви.

Он ободряюще улыбнулся ей и ласково прижал к себе.

— А что значит это «как можно скорее»? Она смущенно засмеялась.

— Как насчет девяти месяцев после свадьбы?

— А как насчет шести? — ответил он вопросом на вопрос, опять прижимая ее к себе. — Свадьба намечается на март.

— Я, пожалуй, пойду, не буду вам мешать, — изрекла Джоан и отошла от них.

Лайэм засмеялся.

— Мне нравится твоя Джоан. Пожалуй, надо будет пригласить ее в крестные матери к нашему первому ребенку.

— К нашему… первому ребенку?

— Ты ведь не думаешь, что у нас будет только один ребенок? Все знают, что такие дети получаются ужасно избалованными.

—Да…

Он поцеловал ее. Потом поцеловал еще раз.

— Давай сбежим куда-нибудь, а? — пробормотал он в ее дрожащие губы.

— Куда? Надолго мы уйти не можем, а гости заполонили весь ваш дом, проникли даже к тебе в спальню.

— А как насчет твоей?

Молли вздрогнула от неожиданности.

— Моей? Но она… там только односпальная кровать.

Лайэм взял ее за руку и потащил из комнаты.

— Односпальные кровати как раз и созданы для влюбленных…

Наступление полуночи было встречено аплодисментами, громкими криками, свистками и гудением клаксонов. Люди высыпали из домов на улицу. Все целовались, смеялись, поздравляли друг друга. «С Новым годом, с новым счастьем!» — слышалось со всех сторон.

* * *

Девять месяцев спустя у мистера и миссис Лайэм Делани родился ребенок. Мальчик. Обе бабушки были в восторге и одобрили его имя. Сэксон. Но их радость не шла ни в какое сравнение с радостью матери. У нее на руках лежал ребенок Лайэма, и это избавило ее наконец от последних остатков сомнений, которые назойливо одолевали ее, шепча ей, что это не ее он на самом деле любит, а созданный ею миф, ту новую Молли, которая отчасти была фальшивой.

Но за долгие, мучительные часы родов, когда она выглядела совсем не лучшим образом, когда она плакала, ругалась и обливалась потом, она поняла, что мужчина, который держал ее руку в своей и вытирал ей лицо, действительно любит ее, Молл. Она видела это в его заботе, его терпении, его нежности. Но лучше всего она видела это в его глазах, потрясающих синих глазах.

Его глаза были полны настоящей, непритворной любви к ней.

Лайэм любит именно ее, Молли, — простую, надежную девушку, которая всю жизнь любила его.

Она больше никогда не будет в этом сомневаться, а он никогда не даст ей повода для сомнений.