9 часов над Атлантикой - Виктория Мальцева

Massive Attack — Protection (Extended Mix with Tracey Thorn & Mad Professor)

Мой сосед владеет слепой печатью. Надо и мне научиться — выглядит это круто. Надо же, с такой скоростью шпарить по клавиатуре! Обычно он сосредоточен, энергично переключаясь между экранами на макбуке — бедолага, тоже внедрил в яблочко Windows для незаменимых приложений. Обычно, но не сейчас. Сейчас он так пристально смотрит в мои глаза, что аж мороз по коже.

Чёрт…

Неужели это он? Да нет. Так не бывает. Мир слишком велик для таких совпадений.

— Что? — спрашиваю.

— Ничего, — отвечает.

Лео возвращается к работе, почесав щёку под очками, и я приглядываюсь к его профилю… Вроде и похож, а вроде и нет… Тут, в самолёте, он как будто старше. Прилично взрослее. Но может, это встреча с драконом его так изменила? Как он там говорил? И душой, и телом?

Моё внимание привлекает прикосновение к локтю — кто-то прошёл мимо. Бог мой! Да это же туалетный герой любовник! Даже Кэрол вышла из своего летаргического сна и вытянула вслед ему шею. И Пайпер! Вот же развратницы.

— Хорооош! — выдаёт оценку Кэрол.

— Не знаю, о чём это Вы! — поджимает губы Пайпер. — Когда уже появится стюардесса? Что-то у меня в горле першит.

— Это песок, дорогуша.

— Какой ещё песок?

— Тот, который с тебя сыплется.

Тем временем главная парочка этого рейса, не стесняясь, организовала свидание у двери в туалет. Молодцы, думаю — сперва секс, теперь свидание. Парень, уперев руку в пластиковую стенку, старается укрыть её от обзора, но публику не проведёшь — она знает своих героев в лицо.

— Чёрт, они даже не знакомы! — восклицаю.

— С чего ты взяла? — оживает Лео.

- Я стояла за ним в очереди на посадку, он был совершенно один.

— Обращаешь внимание на свободных мужчин?

— А это плохо? Неуместно? Обличает во мне какие-нибудь не совместимые с жизнью пороки? И потом, знаешь ли, имею право! У меня нет на пальце «кольца»!

И чуть неосторожно не добавила «как у некоторых!»

— Кольцо ничего не значит, — невозмутимо заявляет.

— Да что Вы говорите! Неужели? А зачем же тогда человек разумный ввёл сие безобразие в жизнь счастливого и свободного полигамного homo sapiens?

— Поверь, ты знаешь и без моих разъяснений, зачем, — хитро прищуривается. — Но вот тебе пример: мой друг и компаньон носит своё обручальное кольцо, но не в те периоды, когда бывает в командировках, а это примерно 60 % нашего рабочего времени. Причём, что интересно, он снимает его и отдаёт жене «чтобы не потерять», и она хранит до самого его возвращения.

Я не успеваю выразить даже тени сомнения в стройности этой истории, как он добавляет:

— Просто этот парень… вообще, очень клёвый с очень многих точек зрения чувак, так вот, он потерял пять своих обручальных колец в деловых поездках. Его жена, в конце концов, замучилась их заказывать у ювелира.

Я задумываюсь на пару мгновений.

— Как он их терял?

— По-разному, но начиналось всегда всё одинаково — он их снимал.

— Зачем?

И вот я хочу вам сказать, что это нужно уметь вот так вот взглядом и феерически наглым выражением лица говорить другому человеку «Ты что, идиотка?».

— И? — спрашиваю. — Продолжение есть?

— Есть. У парня пять детей, счастливая жена, насыщенная жизнь. Я своё кольцо не снимаю, но я не женат.

— Не женат? Это странно. А зачем кольцо?

— Не могу снять.

— Да?

— Да.

— Я могу помочь!

— Давай.

Он не протягивает руку. Я смотрю на неё, на кольцо, потом в его глаза — ему весело.

— Давай, в смысле «давай» или ты придуриваешься?

— Почему придуриваюсь? Ты предложила помощь, а я не в силах отказаться от…

— Развлечения?

- …предложения. Снимай! — на этот раз протягивает свою пятерню.

Принимая её, я стараюсь не залипать на ощущениях, не растворяться в тепле ладони, не жмуриться от силы в его пальцах. Осторожно сжимаю кольцо и пытаюсь снять. Оно сидит так плотно, что не провернёшь.

— Тут мыло нужно. И вода.

— Ладно.

И мы смотрим друг на друга, стараясь не улыбаться. Надеюсь, мои собственные глаза не сощурены так же хитро и «ожидательно», как его.

А где у нас мыло и вода?

— Мы тут закрываемся уже во второй раз, — бурчу защёлкивающему дверь туалета Лео. — Даю двести процентов, на этот раз кто-нибудь точно настучит.

— Наверняка, — согласно кивает Лео.

В отражении зеркала его физиономия выглядит подозрительно довольной. Ну надо же, думаю, неужели не мог справиться с этим недоразумением без моей помощи? Ну не дурак ли?

Новость о его разводе действует на моё настроение как кнопка нитроспид на ускорение спорткара. Самая замечательная новость! Причём не только за сегодня, но и вообще за последний год.

От души выжимаю в руку пахучего геля, размазываю по его пальцу, вверх, вниз, вверх, вниз… Зеркало показывает кривую улыбку и нахмуренные брови.

- Это смазка, а не эротический массаж, — напоминаю ему. — Расслабься. Скоро преступим к процедуре. И давно ты в разводе?

— Почти год.

— Год носить кольцо и не быть женатым — это интересный клинический случай для моего терапевта. Она бы консультировала тебя бесплатно, а если поторговаться, то и доплатила бы за сеансы. А кто подал на развод? Ты или она?

— Она.

И тут я вспоминаю, как некто, не далее, как двадцать минут назад, уверял меня, что на данный вопрос нет достойного ответа. Сейчас он звучит вполне достойно, и плевать на неприглядность.

— Вау, Лео, какой ты честный. Но помни: месяц правды только у меня, тебе можно и врать.

— Окей. Буду иметь в виду, — щурится.

— Зачем разумной женщине разводиться с таким мужчиной, как ты?

— Каким-таким?

— Красавцем!