Вера для чемпиона - Дасти Винд

- У нее же новый кавалер, верно? Хотя какой это может быть кавалер... Ты видел его, Миша?

- Да. Странный тип.

- Не сомневаюсь. Зато у него нет семьи и детей. Он ведь тоже художник?

- Ага, - Михаил усмехнулся и, отпив кофе, презрительно бросил. - Гений. Она, кажется, влюбилась в него по уши.

- Это плохо, - княгиня чуть качнула головой. - Сильные чувства делают ее немного...

- Неадекватной, - подсказал Михаил. - Я пригляжу за ней.

- Она не оценит. И будет только хуже.

Михаил, ничего не ответив, поднялся из-за стола.

- Вера, где твои олени?

- В коробках, под лестницей на второй этаж.

- И ты туда же, - оглядев внука, недовольно бросила Маргарита Васильевна. - Зачем мне эти украшения?

- Создают дух праздника.

- Какие глупости. Вера, пойдем, пройдемся по двору. Ты покормила Мозеса?

- Да, конечно.

- Ба, - Михаил обернулся. - Почему Мозес?

- Потому что Моисей - слишком пафосно для кота.

Мы с Михаилом снова переглянулись. Он, видимо, тоже ничего не понял, поэтому молча пожал плечами и отправился искать оленей. А мы с Маргаритой Васильевой засобирались на прогулку. Рука об руку мы дошли до руин и свернули обратно. Как раз вовремя, потому что в калитку кто-то позвонил.

Маргарита Васильева, высвободив руку, прошествовала дальше, по расчищенной от снега подъездной аллее, а я направилась открывать калитку. Передо мной стоял Олег, кутаясь в "авиаторскую" куртку.

- Привет, - поздоровался он, почему-то презрительно оглядев меня. - Вчера ночью к вам пропускали такси. Все нормально?

- Привет. Да, все хорошо.

- Ты с боксером ехала? Во втором часу ночи?

Я вскинула брови.

- Это имеет значение?

Олег как-то сморщился, словно собирался в меня плюнуть. Я крепче стиснула ручку калитки.

- То есть ты только за бабло даешь? - процедил он.

- Ты совсем сдурел? - объяснять что-то и оправдываться перед этим болваном я не собиралась. - За языком следи.

-  Правда глаза колет? Богатеньких любишь, а со мной целку из себя строишь?

- Да пошел ты, - я со всего маха захлопнула калитку, но успела услышать, каким словом вдогонку наградил меня охранник.

Предложение Сони написать на него жалобу теперь казалось вполне разумным и даже единственно правильным. Камеры у ворот имелись. Правда, запись шла у охранников, но вряд ли все они были такими же одуревшими, как Олег.

- Что случилось? - спросила Маргарита Васильевна, когда я догнала ее.

- Охранник спрашивал про такси, на котором мы вчера приехали.

- Вы? Ты и Миша?

- Да, он заехал за мной вчера ночью, - зря я рассказала об этом.

- Из-за моего звонка? Какие глупости. Я просто переживала за него и немного переволновалась. Он что-то не договаривает, и я никак не могу понять, что.

Она вопросительно посмотрела на меня, но я ничего не ответила. Княгиня вздохнула и отвернулась.

- Его внимание не тяготит тебя?

- Маргарита Васильевна, всего, что не касается работы, я стараюсь избегать.

- Не злись. Это твое дело. Я лишь хочу, чтобы тебе с нами было удобно.

Я кивнула в ответ, но думала об Олеге. Он действительно злился, и я плохо понимала, на что. Его вечные похотливые шуточки явно не означали ничего серьезного. Приглашал он меня исключительно к себе и, в общем-то, как ухажера я его не воспринимала. А он что? Думал, все идет по накатанной?

Ну и придурок.

Когда мы подошли к дому, Михаил вытаскивал оленей на крыльцо. Дверь была подперта одной из коробок, и легкая картонка потихоньку ехала под тяжестью створки. Я подошла и, пропустив Маргариту Васильевну в дом, придержала дверь носком сапога.

- Спасибо, - Михаил под недовольный взгляд княгини вынес и поставил на крыльцо второго оленя. - Остались только сани.

- Прикольно получилось, - заметила я, оглядывая фигуры из гирлянд. - А куда их ставить?

- Думаю вот тут, у крыльца. Провод как раз дотянется до удлинителя, - Михаил выпрямился и, отряхнув руки, оглянулся. - Что-то случилось?

Какие же они проницательные.

- Нет, - я качнула головой. Но на самом деле поведение Олега меня напрягало. Я опасалась людей, которые в принципе были не сдержанны, а при более близком знакомстве вообще оказывались неуравновешенными. Особенно, когда они за что-то на меня обижались. Или злились. Я машинально потрогала шрам, приподняв шапочку.

- Вера?

- Ммм?

- В чем дело?

- Все хорошо... Как твой... - я не договорила и указала на глаз.

- А, - боксер отмахнулся. - Нормально.

- К врачу не нужно?

- Через пару дней, - Михаил кивнул на дом. Нам, кстати, надо заняться елкой.

- Мне еще готовить обед, и прибраться на втором этаже не помешало бы, - рассеянно ответила я.

Михаил пропустил меня вперед. Ни единого касания - просто перехватил дверь, а я, конечно, помедлила, чтобы продлить то приятное ощущение близости и защищености, когда он стоял позади. Это было и странно, и непонятно, но сила в нем чувствовалась на каком-то подсознательном уровне. И силу эту рядом с собой ощущать было очень волнительно.

- Вера! - крикнула Маргарита Васильевна. - Модес забрался на елку! Ты не могла бы помочь мне его снять?

За возней с котом, хлопотами по дому и прочими заботами, я совсем забыла про Олега, вспомнила об инциденте только вечером, но благополучно выбросила эти мысли из головы. Нечего мне было бояться, и все тут.

Михаил установил упряжку и позвал нас посмотреть. Получилось здорово. В синем зимнем сумраке - вообще потрясающе. Дав нам повосхищаться его умением, Михаил притянул нас к себе и, отдав мне телефон, обнял меня и Маргариту Васильевну за плечи.

- Снимешь?

Я взяла смартфон из его холодных рук.

- Если в инсту не выложишь.

- Нет, конечно, - отмахнулся он.

А потом мы пошли домой - заниматься елкой. Маргарита Васильевна села смотреть сериал, я принесла горячий шоколад, а Миша - игрушки из кладовки.

- Смотри, - он протянул мне коробку, а я ему чашку с шоколадом. - Эти - довоенные. Нам их отдала бабушкина двоюродная сестра. Серия "Сказки Пушкина".

Я повидала много старых игрушек - Дед Морозов и Снегурочек, так похожих на героев советских мультфильмов, космонавтов, шишек и снеговиков, но эти потрясающие фигурки были лучшими елочными украшениями, которые я когда-либо видела.