Вера для чемпиона - Дасти Винд

- Я знаю, дорогой. Прости меня.

- Господи, Вера, что ты? - он, наконец, обернулся. - За что? Я...

Взял мое лицо в свои ладони и заглянул в глаза. Мне хотелось плакать.

- Я тебя обманул. Понимаешь? Позволил себе тебя обмануть... Господи, мне так жаль... Но я люблю другую...

Он зажмурился, а я мотнула головой, скидывая его руки, и шагнула ему навстречу.

- Иди сюда, - обняла его, такого большого и такого расстроенного, и прижалась сама, потому что одной было холодно. - Мы друг друга стоим. Мне нравится другой мужчина. Я так хотела забыть о нем, не думать, выбросить из головы....

- Дохлый номер, - ответил Андрей, крепче прижимая меня к себе. - Ничего не вышло.

- Не вышло, - согласилась я.

Мы помолчали, а потом Андрей спросил, тихо и измученно:

- Почему мы такие идиоты?

Я закрыла глаза и, носом уткнувшись ему в плечо, прошептала:

- Не знаю, Андрюш. Просто любви хочется, а как до нее добраться - не понятно.

Он отстранился, оглядел мое лицо, вытер слезинку со щеки большим пальцем.

- Значит, мир?

- Мир, - я улыбнулась. - Пойдем пить чай?

Первый час ночи - а я на кухне с лучшим другом под болтовню телевизора молча пью чай с сушками. Много чего я ожидала от этой ночи, но не удивительного душевного спокойствия рядом с человеком, которого фактически использовала. Обманула. А он все понял и простил, и даже сам извинился, потому что его мотивы были точным отражением моих.

Мы оба сваляли дурака.

- Здесь ночевать останешься? - спросил Андрей.

- Если разрешишь.

- Нет, выгоню на мороз!

Я глотнула горячего чая и поверх чашки, прищурившись, посмотрела на Андрея.

- Ну и кто она?

Он отмахнулся.

- А... Неважно.

- Да ладно! - пристала я. - Давай, угадаю!

- Я же не угадываю!

- А со мной и так все ясно, разве нет?

Андрей недовольно посмотрел на меня.

- Ну да... Ясно... Даже не знаю, кому из нас повезло меньше.

- Серьезно?! - я грохнула чашкой о стол и едва не расхохоталась. - Ты втюрился в Соню?!

- Хватит ржать! - Андрей покраснел до ушей. - Это давняя история.

- Не думала, что тебе нравятся плохие девочки.

- Не думал, что тебе нравятся... Блин, как его назвать-то... Он, вообще-то, нормальный мужик. Не кобель, не алкаш. Кроет его иногда, но это издержки профессии.

- Все, - я вскинула руки. - Хватит. Мы и так уже далеко зашли. Ты же ему не скажешь, что я...

Андрей замотал головой.

- Честное партизанское? - не отставала я.

- Вер, а если по чесноку, в чем проблема? Он же вроде тоже к тебе клинья бьет.

Я отвернулась, затеребила сережку.

- Мы разные очень. И я работаю на его семью - не хочу лишних проблем. Ничего серьезного не выйдет, а от интрижки плохо будет не только мне, - я искоса посмотрела на Андрея. - Понимаешь?

- Да. Ну, то есть... Не совсем.

Я открыла было рот, чтобы пуститься в долгие и занудные объяснение, но тут резко и пронзительно тренькнул дверной звонок. Мы так и застыли, растерянно глядя друг на друга. Андрей поднялся, похлопал меня по плечу. На ходу снял с вешалки футболку и, натянув ее, подошел к двери.

- Кто там?

Тишина. А потом Андрей, видимо, получив ответ от того, кто стоял за дверью, присвистнул:

- Не поминай лихо...

Скрипнула ручка. По ногам потянуло холодом.

- Она у тебя?

Меня как будто ударило током. Я вскочила со стула и бросилась в прихожую. Щуря один глаз, на пороге стоял Михаил. Он глянул на меня хмуро, тяжело, осуждающе. Я остановилась и скрестила руки на груди, словно хотела защититься от этого взгляда.

- Что случилось?

- Бабушке плохо.

- Что?! Что с ней?

- Не знаю. Опять что-то приснилось. Она звонила, говорила, что не может уснуть - кружится голова.

- Почему она не разбудит сиделку? - я полезла за своей дубленкой, достала из кармана мобильный - он отключился. - Блин, телефон вырубился.

- Я не мог до тебя дозвониться, - сухо заметил Михаил. - Я вам, кстати, не помешал?

- Нет, - надевая дубленку, на автомате ответила я.

- Вам такси вызвать? - спохватился Андрей.

- Нет, я не пил, - Михаил открыл дверь, пропуская меня вперед. - Простите, что испортил вечер.

- Да мы чай пили, - Андрей пожал плечами. - С бубликами. Маякните, как доберетесь.

Я поцеловала его в щеку.

- Спасибо, Андрюш.

- Тебе спасибо, солнце.

Я помахала ему рукой и выскочила в подъезд. Следом за мной вышел Михаил. Вызвал лифт и застыл рядом, мрачный и сосредоточенный.

- Извини за поздний визит, - бросил, когда мы зашли в кабину.

- Это я виновата. Даже не посмотрела, что телефон разрядился. Она давно звонила?

- Двадцать минут назад.

- А можно ваш телефон? Я позвоню сменщице.

- Да, конечно, - Михаил поморщился, как будто хотел чихнуть, и достал из кармана пальто мобильный.

Выйдя из лифта я набрала Зоин номер. После третьего гудка сиделка взяла трубку.

- Нет, она меня не будила.

- Поднимись, к ней, пожалуйста. Она жаловалась на головокружение.

- Ох... Конечно, иду. Сейчас.

- Перезвони потом.

- Ладно, Верочка. Все будет хорошо.

Я нажала "отбой" и протянула мобильный.

- Она перезвонит, - и вслух ругнулась, вспомнив, что опять не заехала в офис техника. - Черт, надо было забрать кнопки.

- Какие кнопки?

- Тревожные. Такие брелки с принципом работы, как у радио. Кнопка - у пациента, а сигналка - у сиделки.

- А почему не сделали раньше? Бабушка отказывалась? - Михаил быстро шел к машине. Я едва поспевала за ним - туфли скользили по насту. Боксер вдруг резко остановился и протянул мне руку.

- Спасибо, - я взяла его под локоть. - Да, ей поначалу не понравилась эта идея. Но несколько недель назад мне удалось ее уговорить. Кнопки уже готовы, только нужно забрать их.

- Я могу заехать.

- Отлично. Я сейчас скину вам контакт.

Мы сели в машину. Я ковырялась в телефоне, пытаясь его реанимировать, а Михаил включил фары и оглянулся, сдавая назад. Резина чуть забуксовала, но боксер покрутил руль и, выехав из колеи, прибавил газу.