Помощники - Юлия Оайдер

Сильные руки начальника стянули с меня тушу опешившего Леонида Артуровича. Я не смотрела, что происходило дальше, потому что попросту не увидела бы из-за пелены слез, застилавшей глаза. Но отчетливо слышала пару смачных ударов.

Надела, потерянные в пылу сражения, туфли, одернула юбку и кое-как застегнула блузку на оставшиеся на месте пуговицы.

- Иди в кабинет, живо! - яростно указал мне на свой кабинет Станислав, бросив ключ на диван. Не стала долго думать и выполнила приказ начальства. Мельком заметила как Карелов, уже с разбитым носом, матерясь не переставая, старался остановить кровь своим белым носовым платком.

Не в силах прекратить свои рыдания и заходящееся от стресса сердце, я села на диван, нервно потирая запястья. Успокаивала себя и напуганную душу:

Все обошлось, могло произойти непоправимое, но мне повезло...

Спустя примерно пять минут, в кабинет зашел разъяренный босс, а за ним следом Карелов, все еще промокающий свой нос. Станислав достал что-то из сейфа и, разорвав на две части, бросил к ногам партнера.

- Прощайте, Леонид Артурович и очень надеюсь, что Мирослава подаст на вас заявление в полицию! - сверкая черными глазами и яростно сжимая кулаки, Авдеев указал партнеру на дверь.

- Вы еще пожалеете, Станислав Юрьевич, - гундося, ответил Карелов, отпихнул носом ботинка порванные бумаги и, бросив на меня гневный взгляд неудовлетворенного насильника, удалился прочь.

- Слава, как ты? - тут же подошел ко мне босс, занимая место рядом на диване. - Вызвать врача или... Слава, не плачь, пожалуйста, все хорошо.

Стас придвинулся ближе и осторожно убрал мои растрепанные волосы за ухо. Подняла взгляд и задержала дыхание, глядя в черны омуты зрачков своего начальника.

- Все нормально, могло быть хуже, - почти успокоившись, ответила я. - Спасибо... Спасибо большое, если бы не вы, то... Боже! - испуганно, я закрыла себе рот рукой. - Вы же... Станислав Юрьевич, это же был не Лондонский контракт?!

- Он самый, - улыбнулся Авдеев, осторожно стирая с моей щеки слезинку. - Да и черт с ним, ты мне важнее, чем какая-то бумажка. Кстати, Слава...

Серьезный тон, глубокий мечтательный взгляд, «ты мне важнее» — кажется, я догадываюсь, что сейчас скажет Станислав Юрьевич.

- Слава, я тебя не трогал две недели и, мне кажется, что этого срока было достаточно, чтобы подумать над моим предложением. Ты мне нравишься, я уже говорил, я тебе тоже, так почему бы не попробовать что-то большее?

Я была благодарна Стасу за свое спасение от старого извращенца, но не настолько, что бы согласиться переспать и уж тем более встречаться. Хотя да, по классике жанра я должна была бы растаять, сказать: «Иди ко мне, мой герой!» и все бы произошло прямо здесь, на этом белом диване, но...

Я смотрела в черные глаза, на эти идеальные черты лица, острые скулы, безупречную прическу и не находила того, чего бы мне действительно хотелось. Почему-то все реакции на моего потрясающего начальника притупились, словно по щелчку. Он мне нравится, без сомнений, но мне чего-то не хватает, каких-то мелочей. Быть может, чтобы потрясающие черные глаза с янтарным отблеском на радужке сменились цветом горького шоколада? И чтобы лоб украшала белая полоска от шрама?

- Я... - во рту пересохло, но точки нужно ставить вовремя. - Я готова освободить место помощника для новой кандидатуры.

- О чем ты? - непонимающе поморщился начальник.

- Вы замечательный человек, идеальный, но, Станислав Юрьевич, - как же это сложно высказать. - Вы мне симпатичны, но только как начальник, простите. На большее я не готова.

Авдеев долго смотрел мне в глаза, стараясь определить, лгу я или говорю правду.