Победителя не судят - Ардана Шатз

Первой появилась боль. Голова раскалывалась, по всему телу будто проехали катком. Я чувствовала нечто подобное, когда вернулась с лечебного массажа. Спина побаливала и Элина посоветовала хорошую массажистку. Хрупкая девушка мяла мне спину, будто месила тесто. Проработала каждую мышцу, и по дороге домой мне казалось, что моя спина сделана из мягкого пластилина. Но к вечеру следующего дня я вздрагивала от боли, когда пыталась даже облокотиться на мягкую пуховую подушку. Каждое движение отзывалось мучительной болью. Я боялась лишний раз пошевелиться, а спина ныла еще два дня.

Сейчас я чувствовала, будто та худенькая массажистка промяла мне все тело, от пальцев ног до корней волос. Я с трудом приоткрыла глаза. Вокруг было мутно, я никак не могла разглядеть, где нахожусь, и почему так больно. Хотела что-то сказать, но язык отказывался шевелиться. Во рту пересохло и по нёбу будто провели наждаком. Ужасно хотелось пить. Я моргнула два раза и очертания предметов стали четче. Светлые стены без обоев, кровать почему-то выше, чем обычно. Я чуть повернула голову и вздрогнула от очередного разряда боли. Возле руки стояла система для капельницы. По тонкой трубочке мне в руку медленно вливалась какая-то прозрачная жидкость. Что произошло? Я в больнице? Не очень-то похоже на обычную больницу. Комната маленькая, всего одна кровать. Вот только лампа светит очень ярко, как в обычных поликлиниках. Я прикрыла веки. Как позвать кого-нибудь? Я даже пискнуть не могла, а кнопки вызова медсестры, как в зарубежных сериалах про врачей, тут явно не было.

Словно в ответ на мои мысли, дверь медленно открылась. Я ожидала увидеть врача или медсестру, любой врачебный персонал, обязательно в белом халате. Но в палату вошел мой любимый мужчина, и я с облегчением выдохнула.

— Боже, Крис, ты очнулась?

Он взял со столика в углу, который я не могла увидеть, стакан воды, поднес к моим губам и медленно наклонил. Прохладная жидкость смочила горло, пролилась внутрь, даря небольшое чувство облегчения. Оказалось, что вместе с физической болью меня терзала жажда. Я осушила стакан до дна и кивком попросила еще.

— Крис, я не уверен, что тебе можно много пить сейчас. Давай я уточню у врача.

Он скрылся за дверью, а я облизала пересохшие губы. Как я здесь оказалась? Судя по состоянию, по мне либо проехал каток, либо я попала в серьезную аварию. Но я не помнила, что случилось. Попробовала пошевелить пальцами ног — все в порядке, пальцы рук — тоже слушаются. Значит, я по крайней мере, не парализована. Надеюсь, у меня нет сотрясения. Мысли вяло перекатывались в голове. Почему я в одноместной палате? Сколько я уже здесь лежу?

При попытке что-то вспомнить, в голове взрывался фейерверк, и я оставила это дело. В конце концов придет врач и все расскажет. Я не знала, как долго мне придется здесь лежать, но надеялась, что у меня ничего не сломано, а если и есть сотрясение, то оно не сильное. Я вновь прислушалась к себе. Вроде бы не тошнит. А тошнота — первый признак сотрясения мозга. Значит можно надеяться, что все обойдется ушибами и синяками. Небольшая рассеянность сознания не давала мне покоя. Я привыкла контролировать ситуацию, а теперь ощущала полную беспомощность.

Наконец дверь снова открылась и мне дали вволю напиться.

— Сейчас врач зайдет. Крис, ты бы знала, как я волновался!

Я слабо улыбнулась.

— Дима, я так рада, что ты со мной.