Сто причин ответить «нет» - Елена Дженкинз

Уитни

— Вставай! Встава-а-ай!!!

Ни за что.

Она потерлась щекой о крепкую мужскую грудь, слушая стук сердца, и блаженно улыбнулась. Перебросила ногу через узкие бедра — и резко открыла глаза, отдергиваясь, потому что задела чужое достоинство. Задевать Паркера не хотелось, да еще в таком беззащитном, ранимом состоянии.

— Доброе утро, — сказала она, прикрывая щеки волосами, чтобы не видел румянца. Крис промямлил нечто нечленораздельное в ответ и медленно разлепил припухшие веки. Первый раз Уитни видела его настолько сонным и милым. Не выспался, бедняжка. Всю ночь обнимал. Наверное, руку ему отдавила — ту, что здоровая.

Закусив губу, Уитни откатилась на свою сторону и проверила сообщения: два новых от мамы.

— Родители собираются готовить для нас классический английский завтрак. Надеюсь, у тебя нет аллергии на лишние калории.

Она спустила ноги с кровати, и раздался тяжелый вздох Паркера. Он поймал Уитни за руку и накрыл свои глаза ее ладонью, как маской для сна.

— Спать хочу, — прохрипел он.

— А я предупреждала, чтобы не выкладывался на 100 %. Еще пару лет в таком режиме — и привет, выгорание.

— Как бы я жил без твоих советов, Майлз, — хмыкнул Крис, но Уитни проигнорировала насмешку и подтвердила:

— Вот так бы и жил. Как Спящая красавица.

Она освободила руку из плена и, пока сонный принц не оклемался, быстро поцеловала его в щеку. Длинные темные ресницы тут же дрогнули, и карие глаза распахнулись, как двери в дивный новый мир.

— Ух ты, сработало. Сняла с тебя проклятие, — подколола его Уитни и, прежде чем Крис успел ответить, подхватилась с места и сбежала в ванную.

Собирались они, как обычно, не мешая друг другу. Так муравьи живут, наверное: интуитивно чувствуя потребности тех, кто рядом.

— Мне, кстати, Джун рассказывала, что у муравьев работают только самки, представляешь? — поделилась Уитни, посыпая кофе тертым шоколадом, когда Крис вошел в комнату. Расправив воротник черной футболки-поло, он открыл бутылку воды и налил себе воды в стеклянный стакан.

— А самцы что делают? — удивился он и принялся жадно пить.

— Ничего. Оплодотворяют королеву и гибнут. Некоторые — прямо во время совокупления, от счастья.

Крис поперхнулся водой и просипел:

— Даже не знаю, сочувствовать или завидовать.

Он отставил стакан и, скрывшись в прихожей, вернулся с небольшим золотистым пакетом.

— Подарок? — обрадовалась Уитни; она обожала сюрпризы.

— Да. За то, что освободила меня от проклятия.

Вытащив на свет небольшой футляр с гербовым тиснением местного ювелира, Уитни с придыханием открыла, и сердце замерло от восторга. Изящный драгоценный браслет на ногу: цепочка с подвеской в виде золотой рыбки — согрел самим фактом своего существования. Подарок от Паркера, надо же. Когда еще такое случится…

— Спасибо. Мне очень нравится.

Ни легкие балетки, ни летнее платье до колен не мешали делу, поэтому Уитни уселась на стол и попросила:

— Застегнешь?

В темных глазах Криса отразилось нечто сладко-горькое, противоречивое. Вроде «да» и «нет» в одном флаконе.

— Конечно, — соизволил он и опустился перед ней на одно колено.

Непередаваемое зрелище.

С невыносимой медлительностью Паркер обхватил браслетом ее щиколотку, и Уитни впилась ладонями в край стола, затрепетав. Осторожно застегнув украшение, Крис провел пальцами вдоль цепочки и поднялся, пряча руки в карманы серых брюк. На его губах блуждала теплая улыбка.

— У мифического народа данну такой ритуал означал бы, что мы теперь женаты, — сказал он.

Уитни игриво вскинула бровь.

— Значит, впереди у нас брачная ночь?

Он не оценил замечание и наградил ее тяжелым, железобетонным взглядом, мол, ну и шуточки у тебя, Майлз. Она и сама пожалела, что брякнула такое. Мысли вслух. Мечты. Нужно было срочно пошутить получше, но ничего путного на ум не пришло. Крис тоже промолчал. И в этот момент между ними родилась странная неловкость. Непонятное смущение. Желание отвести взгляд, рассмеяться на нервах.

Уитни спрыгнула со стола и большими глотками выпила кофе, глядя куда угодно, только не на Криса.

— Готова?

Она кивнула и сделала шаг в сторону выхода. Крис тоже сделал, и они умудрились столкнуться, сначала по пути в прихожую, потом — у порога. Столько дней жили, как две параллельные линии, и вдруг не могли разойтись нормально.

Бессмыслица какая-то.

В итоге, на ранчо к родителям Уитни добралась в плавающем состоянии нестабильности. Она не понимала, что с ней происходит. Может, заболела? Или это не простуда, а аллергия на Паркера? Симптомы накопились за июнь и дали о себе знать: головокружение, слабость в теле, повышенное сердцебиение, а теперь дезориентация в пространстве прибавилась — вот и накрыло. Если так, то уют родного дома обязательно исцелит. Аромат свежескошенной травы и медовые нотки полевой ромашки всегда умиротворяли в минуты тревоги.

Не загоняйся, Уитни, — бодрил теплый летний ветер, но браслет обжигал щиколотку, и было не по себе от этой новой тяжести.

Папа готовил завтрак. Будучи чемпионом мира по многозначительному молчанию, он не стал комментировать фиктивную помолвку, но, вынимая из духовки запеченные в омлете сосиски и бекон, спросил:

— Помнишь, пару лет назад мы разговаривали о контрацепции?

— Папа!!! — взвизгнула Уитни, радуясь, что Крис ушел с мамой в конюшню.

— Помнишь или нет?

— Ты издеваешься?! Помню, конечно. Ты мне брошюру о ранней беременности подарил.

— А ты прочла?

— Нет, самолетик из нее сделала, — закатила глаза Уитни. Она забрала поднос с чаем и кофе и отправилась на террасу в сопровождении двух далматинцев.

Со стороны садовой дорожки раздались голоса Криса и мамы. Обсуждая конный спорт, они остановились рядом, и снова непривычное ощущение неловкости захватило. Уитни широко улыбнулась и сцепила руки за спиной, гадая, что бы полезного сделать. Гениальных идей было ноль. Крис попытался ее обойти, но не получилось: магнитило сегодня с жуткой силой.

— Ой, я… подожди… нет, — они топтались на месте, покачиваясь, как два маятника, неспособные разминуться. Тогда Паркер приказал:

— Замри.

Уитни послушно оцепенела, а он обхватил ее двумя руками и переставил, как куклу, чтобы не мешала воспитанным людям за стол сесть. От этого, казалось бы, незначительного соприкосновения, давление подскочило. Она даже пискнула, как мышонок.

Да что с тобой, Уитни?! Выпей ромашки и успокойся!