На край света с первым встречным - Елена Сергеева

– Не жди меня, – летит новая реплика.

Первая мысль: съязвить и бросить что-то типа того «с какой стати тебя ждать – ты мне никто», но сейчас я, итак, балансирую на грани фола и не разреветься от обиды и давящих обстоятельств приоритетнее, чем задеть его.

Дверь за Никитой аккуратно захлопывается, и я закусываю губу от досады. Все не так! И хуже всего я не знаю, как теперь распутывать клубок наших претензий и обид.

Тяжело вздыхаю. Что мне делать?! Залечь сурком на кровать, включить душераздирающую мелодраму и прореветь весь фильм, попутно сокрушаясь о том, что парень, который взломал мое сердце, сейчас направо и налево клеит девиц и, возможно, сегодня осуществит свое вчерашнее обещание и не придет ночевать, особенно если встретит ту блондинку с пляжа. А может, он целенаправленно пошел к ней.

Жалко всхлипываю. Нет. Не хочу так. Сегодня я уже обезвожила организм своими слезами. Оставаться дома – значит, дальше реветь, и это опасно для здоровья.  Надо сделать с точностью наоборот. Как он. Вырядиться и пойти в ресторан. Нет я, конечно, не стану ни с кем знакомиться и точно приду ночевать в квартиру одна, но, по крайней мере, не буду обрекать себя на новые мазохистские терзания, проветрю мозги и, возможно, на время притуплю пожирающую меня боль.

Эта мысль бодрит, и я вскакиваю с кровати и иду в душ. Подставляя тело теплым струям, прихожу в тонус и надеюсь, что волшебная сила воды способна также освежить кожу лица после низвержения слез.

Укладываю волосы, крашу ресницы, наношу на губы блеск. Отражение в зеркале мне нравится, лишь глаза портят всю картину: грустные, опустошенные, как у брошенной собаки.

Вздыхаю. Возможно, бокал вина вдохнет в них жизнь.

Надеваю самое провокационное платье, которое взяла с собой на всякий случай, босоножки на шпильках, что делают мои ноги бесконечными, и, сложив в маленькую сумочку все необходимое, покидаю квартиру.

Выхожу и останавливаюсь у парадной. Мое решение пойти поужинать спонтанное, и я даже не знаю куда идти. Вспоминаю: у океана было несколько кафе. Встряхиваю головой, заставляя вылететь все мешающие мысли, что хватают меня за руки-ноги и убеждают вернуться в квартиру.

Взгляды прохожих и улыбки, которые я ловлю на себе, немного нервируют. Не перестаралась ли я с боевым раскрасом в своем гневе?! Не слишком ли откровенно мое платье?! Вспоминаю девушку из зеркала, что провожала меня в прихожей. Нет. Но даже если и да, я не собираюсь возвращаться! Моя сегодняшняя цель – амнезия и приятный ужин в кафе, и я хорошо проведу этот вечер, пусть и без Никиты.

Подходя к пляжу, замедляю ход и пытаюсь понять, какому из заведений суждено осуществить мои планы.

– Senhorita.

Оборачиваюсь. Официант, стоящий в дверях очередного кафе, салютует маленьким бокалом шампанского.

Увидев, что я обратила на него внимание, он начинает говорить по-португальски, но, заметив мой пустой взгляд, плавно переходит на английский. Оценив, что я по-прежнему хлопаю ресницами, парень переключается на язык жестов и указывает на пустые столики летнего кафе и на бокал шампанского в руке. Осмысливаю предложение. Выглядит все довольно мило и даже с претензией на какую-то изюминку: искусственные листья папоротника, имитирующие декор джунглей на потолке, плетеные плафоны, симпатичные столики. Почему нет?!

Улыбка – универсальное положительное действие и понятна любому носителю языка, и я приветливо растягиваю губы, показывая, что принимаю приглашение, и направляюсь в его сторону. Получив бокал с шампанским и ответную улыбку, следую за официантом до нужного столика.

В меню оказываются фотографии блюд и это облегчает мне задачу с выбором. После небольшого раздумья останавливаюсь на морепродуктах «Молисейро» и тыкаю в них пальцем пришедшему взять заказ человеку.

Музыка, уносящая меня в прострацию, фоном постепенно появляющиеся новые посетители – и мои переживания замыливаются и не так давят.

Спустя минут двадцать передо мной оказывается большая тарелка, и я в предвкушении приятного лакомства начинаю рассматривать ее содержимое, но неожиданно фраза на английском вклинивается в мой тет-а-тет с креветками и мидиями.

Как же ужасно слышать человеческую речь и не понимать ее. Поднимаю глаза и растерянно гляжу на мужчину. По доброжелательному выражению лица, по тому, как он заискивающе смотрит на меня, я догадываюсь о его намерениях разделить со мной столик и познакомиться. Хм… Познакомиться… Даже если бы я хотела этого, вряд ли бы у нас что-то получилось. Я не понимаю английский, он – русский; пазлы не сходятся.

Знаю: просто «нет» будет звучать слишком грубо, фразой «я вас не понимаю» я выставлю себя посмешищем, так что остается единственный вариант – кивнуть. Пусть садится, места хватает, буду поддакивать да улыбаться. Может, прокатит.

Киваю. Улыбка на лице человека напротив расплывается еще шире, и он представляется:

– Крис.

– Кира.

Мужчина протягивает руку, и я нехотя на несколько секунд вкладываю в нее свою, попутно задаваясь вопросом: может, все-таки идея согласиться вместе поужинать была не самой лучшей.

Заказав себе ужин, он снова обращается ко мне, и я улавливаю знакомую фразу еще со школьных уроков английского: «where are you from?» – «откуда вы?».

– Russia

– Wow…

Поднимаю глаза. Это может означать диаметрально противоположные понятия. Wow – круто и wow – жесть, но судя по интонации, что я уловила, и по тому, как он смотрит на меня, в данный момент все-таки предполагаю, что это первый вариант.

Повторяю его фразу в надежде, что он начнет рассказывать о себе и перестанет прожигать во мне дыру и задавать вопросы, которые меня нервируют. Нет, точно надо было сказать, что я его не понимаю, и поужинать спокойно.

Из потока английских слов улавливаю немного «London», «business» и еще пару аналогичных, но то и дело киваю головой, словно понимаю все дословно и одновременно пытаюсь поглощать содержимое своей тарелки. У меня точно будет несварение.

Услышав слово «travel», невольно улыбаюсь и неожиданно выдаю на русском:

– Я тоже люблю путешествовать.

Мужчина удивленно смотрит на меня.

– Лублу... пу…

Он произносит это так забавно, с такой смешной физиономией, что я начинаю тихо смеяться.

– Люб-лю пу-те-шест-во-ва-ть, – повторяю по слогам и внезапно ощущаю какое-то необъяснимое беспокойство. Что случилось?! С чего вдруг я так занервничала?! Едва я задаю себе эти вопросы, как упираюсь во взгляд, который все объясняет. Никита.  Судя по его основательно хмурому лицу, он заметил меня не только в это мгновение. Тяжесть на сердце, что немного отпустила, снова наваливается на меня. Сглатываю.  Выражение лица парня не то, что не нравится, оно пугает, а когда вижу, как он начинает приближаться ко мне, я вообще замираю и даже боюсь предположить, что будет дальше.