Каркас воздушного замка - Лаура Дэниелз

На всех фотографиях был изображен Брендон. В гостиничном коридоре, возле номера с цифрой восемь на двери; вдвоем с Ритой — таких снимков было несколько, правда качеством похуже, будто снимали снаружи, через окно. Вот Брендон и Рита беседуют, вот она гладит его по лицу, вот тянется к нему, чтобы обвить шею руками и слиться в объятиях…

Потом была одна Рита, валяющаяся на постели в чем мать родила. Простыни смяты, словно после бурной любви. Брендона не видно, но, вероятно, он где-то рядом.

А вот и его отдельное фото. Он изображен лежащим на животе, наполовину прикрытым простыней. Темный затылок, развитый бицепс крепкая нога…

И еще одна фотография: на ней Рита держится за ручку двери с номером восемь.

— Ну как? — вкрадчиво спросила та. — Впечатляет? — Не дождавшись ответа, продолжила: — Здесь подают шампанское? Думаю, это стоит отпраздновать.

— Что? — сухо спросила Кора.

Рита кивнула на снимки.

— Хотя бы то, что мы способны наслаждаться жизнью. По-моему, замечательный повод, а?

Кора поморщилась.

— Мне праздновать нечего. Я не могу радоваться жизни, потому что ты мне ее постоянно портишь.

Рита заговорщицки подмигнула ей.

— Это только начало. Тебе предстоит понять, что я всегда добиваюсь поставленной цели.

— Используя любые средства?

Пожав плечами, Рита спросила:

— А как тебе снимки?

Кора вновь опустила взгляд на фотографии. Она, наверное, сошла бы с ума, увидев их, если бы накануне Брендон не поведал ей в деталях историю посещения номера Риты в гостинице «Бельведер».

— Некоторые ничего, а в других как-то… недостает логики, что ли. Вот здесь ты лежишь в постели и надо понимать, что Брендон на минутку отлучился, так?

— Он был в ванной, — усмехнулась Рита.

— Тогда кто тебя фотографировал? А здесь… не пойму… кто это?

— Брендон, — процедила Рита.

— В самом деле? Но почему у него на мизинце перстень Руппи? И почему нет родимого пятнышка на плече? Нет, это не Брендон. — Кора с усмешкой посмотрела на Риту. — А в остальном снимки неплохие.

— Что ты несешь?

— Всего лишь хочу сказать, что Брендон не спал с тобой.

— А может, просто боишься взглянуть правде в глаза?

Кора сложила фотографии стопкой и придвинула к Рите.

— То же самое относится и к тебе. Перестань витать в облаках, ты проиграла.

— Наоборот, игра только начинается! — сверкнула глазами Рита.

С сожалением покачав головой, Кора обронила:

— У тебя буйная фантазия. Это хорошо для людей искусства, к которым ты не относишься, а в реальной жизни лишь помеха. Чуть перегнешь палку, можно и за решетку угодить! Кстати, учти, я не намерена терпеть твои попытки вмешаться в мою жизнь.

С губ Риты слетел язвительный смешок.

— Ох, напугала… К твоему сведению, Брендон от меня без ума!

— В самом деле? Почему же тогда мне он сказал, что ты не более чем дурно воспитанная и назойливая потаскушка?

— Что-о?! — в ярости протянула Рита, поднимаясь со стула.

Кора презрительно прищурилась.

— Лучше возвращайся в Лондон. А нас с Брендоном больше не тревожь!

— Вас с Брендоном? Ах ты тварь! Да я тебя!..

Вне себя от бешенства, Рита бросилась к Коре, вцепилась ей в волосы и попыталась повалить на пол. Та взвизгнула, инстинктивно зажмурившись, но через минуту вдруг услышала хриплое восклицание Риты и почувствовала, что свободна.

Открыв глаза, Кора с удивлением увидела скульптора Стива Маккея. Он с беспокойством смотрел на нее, заломив Рите руку за спину и удерживая в согнутом положении, так что золотистая коса той мела пол.

— Как вы, в порядке?

— Н-нормально, — пролепетала Кора, держась за голову. — Откуда вы взялись?

— Пришел пораньше, собирался перекусить здесь перед нашей встречей — и вот пожалуйста!

Рита дернулась, попытавшись высвободиться, но уже подоспели два официанта, которые приняли ее у Стива Маккея и повели куда-то в глубь кафе.

— Ну и история… — протянул тот. — Что нашло на эту девицу?

Кора вздохнула.

— Похоже, она из тех, кто всегда завидует чужому счастью… Знаете что, так как ни вам, ни мне не удалось перекусить, я предлагаю взять еду на вынос и отправиться ко мне в галерею. Расположимся там и заодно побеседуем, идет?

— Согласен! — улыбнулся Стив Маккей.

Следующий рабочий день начался для Коры неожиданно. Не успела она открыть галерею, как появились первые посетители. Ими оказались… Брендон и Энни!

— Здравствуй, сестричка, — весело произнесла Энни, целуя Кору в обе щеки.

— Здравствуй… — растерянно протянула та. — Что ты здесь делаешь?

Энни почему-то оглянулась на Брендона и рассмеялась.

— Работаю!

— То есть как? В каком смысле…

— В прямом. Заменю тебя на весь тот срок, пока ты будешь отсутствовать.

Кора недоуменно заморгала.

— Но я никуда не собираюсь… Тем более не брошу галерею… и вообще…

Тут вперед выступил Брендон. Бросив взгляд на Энни, он обронил:

— Коре пока ничего не известно. Ты простишь нас? Мы на минутку удалимся.

Энни вновь рассмеялась.

— Хоть на все пять!

Не теряя времени, Брендон взял Кору под руку и увел в ее собственный кабинет.

— Что происходит? — хмуро спросила та. — Это твоя затея? Зачем ты притащил сюда Энни?

Он улыбнулся.

— Солнышко, не сердись. Я хотел сделать тебе сюрприз. После всех волнений, которые тебе пришлось пережить… и в которых отчасти виноват я… — Брендон вдруг умолк посмотрел на наручные часы. — Кстати, в этот момент полиция провожает Риту от участка к рейсовому автобусу, на котором той предписано вернуться в Лондон. Так что причин для тревоги больше не существует.

— Правда? — Кора боялась в это поверить.

Брендон кивнул.

— Да, солнышко.

— А… что с ее дочерью?

— Откуда мне знать? Если даже дочь Риты существует на самом деле, я не имею к ней ни малейшего отношения. Но сюда пришел не ради того, чтобы сообщить тебе это…

— А для чего? Еще и Энни зачем-то привез…

Брендон провел по ее щеке тыльной стороной пальцев и с некоторой торжественностью произнес: