Фиктивная семья для босса - Николь Келлер

– Нашу дочь, Сабина. Лия – наша дочь.

Его поправка режет слух, и я с силой стискиваю вилку, в душе несогласная с его словами.

– Лия – не игрушка, Роберт. Она – самое дорогое, что есть в моей жизни. И я любому глотку перегрызу, кто посмеет даже дышать не так в ее сторону…

– Притормози, тигрица, – Роберт криво усмехается, откладывая вилку, и задевает бумаги, лежащие на краю стола.

Перевожу взгляд на них и, не закончив мысль, спрашиваю то, что хотела, когда только увидела его на пороге своей квартиры:

– Это бумаги на развод? Давай ручку, я подпишу, – протягиваю ладонь, чтобы Роберт не сомневался в моих намерениях.

Но Роберт не торопится выполнять мою просьбу. Он криво усмехается, откидываясь на спинку стула и глядя на меня…по-новому. И чем пристальнее он смотрит на меня, тем быстрее опадает моя рука, а паника в душе нарастает.

Я тяжело сглатываю. Мне не нравится его выражение лица. И не нравится его молчание. Очень-очень не нравится.

– Не будет никакого развода, Сабина, – Роберт медленно качает головой, не отпуская моего взгляда. Он смотрит прямо в упор, а я, как загипнотизированная, не могу пошевелиться. – Ты – моя жена. Лия – моя дочь. Я намерен принимать активное участие в ее жизни. Нравится тебе это или нет. И я уж точно не собираюсь быть для нее воскресным папой.

Я хочу уточнить, что все это значит, но нас прерывает вбегающая на кухню заспанная и взъерошенная Лия.

Глава 32

Сабина

Ужас сковывает меня, заставляя прирасти к полу. Как много слышала Лия? Знает ли теперь главную тайну?..

Я не собираюсь скрывать, что Роберт – отец Лии, но и вываливать эту информацию на голову девочки не буду. Дочь надо подготовить, чтобы эта информация не стала для нее ударом. И мне самой тоже нужно продумать наш диалог. В конце концов, придумать разумное объяснение, почему папа не появлялся столько лет, при этом не выставив Роберта в черном свете.

– Роберт…– бормочет Лия, хлопая глазками, и смотрит на отца, приоткрыв ротик. – Ты приехал! – уже восклицает радостно и кидается к нему, карабкаясь по ногам, как мартышка.

– Ну, привет, принцесса, – Роберт подхватывает дочь и сажает ее на колени. – Как у тебя дела?

– Хорошо, только у меня горло болит, – куксится, выпячивая нижнюю губу. И тут же обнимает отца за шею: – Я соскучилась!

Роберт осторожно прижимает дочь к себе и гладит ее по спинке.

– Я тоже, – едва слышно, как будто признается в этом только Лие.

– А что ты мне привез? – эта хитрая лиса лукаво смотрит на Роберта, хлопая ресницами и кокетливо улыбаясь.

С трудом скрываю улыбку, закусывая губы. Попал ты, папочка! Наша Лия та еще #чекупила! Роберт бросает на меня растерянный взгляд, моля о помощи. Я коварно развожу руками, мол, извини, ничем не могу помочь.

– Ты знаешь, – осторожно начинает Роберт, продолжая поглаживать малышку по спине, – я не знал, чего бы ты хотела больше всего, и так не смог определиться. Поэтому в этот раз я тебе ничего не привез. Но я исправлюсь и обязательно исполню твое желание!

Я смотрю на Роберта совершенно другими глазами. Удивительно, но куда делся строгий, невыносимый и порой заносчивый мужчина? Сейчас передо мной совершенно другой человек. И этот новый Роберт мне совершенно незнаком. Он определенно хороший отец – смог покорить нашу малышку практически с первого взгляда.

– Правда, исполнишь?! – глаза Лии загораются озорным блеском. Мысленно усмехаюсь: ну, держись, папа Роберт, сейчас наша малышка попросит огнедышащего дракона, пони и единорога в придачу! Ей только дай волю!

– Правда.

– Хочу два шоколадных мороженых! Нет, даже три!

– Стоп, стоп, стоп, красавица, – вмешиваюсь, пока папа не наобещал золотых гор малышке. – У кого горло болит? Что тетя врач сказала? Лечить горло и пить теплые морсики. Какое мороженое? Сначала надо выздороветь. Давай, солнышко, иди чистить зубки, а я сварю тебе кашу.

Поникшая Лия сползает с колен Роберта и смотрит на меня исподлобья с обидой во взгляде. Закусываю губу в ожидании скандала со слезами, но неожиданно Роберт приходит на помощь:

– Лия, мама права. Если ты сейчас поешь мороженое, то твое горло будет болеть сильнее, и ты будешь лежать дома еще дольше. А если ты будешь болеть, то как пойдешь в парк аттракционов?

– Парк аттракционов?! – и снова в глазах дочери блеск и мечтательная улыбка на губах. – И ты купишь мне сладкую вату?

– Обещаю. Даю слово!

– Ураааа! – Лия прыгает на месте от радости и хлопает в ладоши. – Мамочка, я быстренько почищу зубки и съем всю кашу! И даже выпью лекарство, чтобы быстрее выздороветь!

Она уносится с радостными визгами в ванную, и мы с Робертом синхронно смотрим ей вслед.

– Спасибо, что предотвратил истерику, – благодарю, доставая коробку с хлопьями и маленькую кастрюльку. – У тебя неплохо получается быть отцом. Точно больше нет других внебрачных детей?

– У меня есть младшая сестра, – усмехается Роберт, отпивая чай. – Та еще принцесса. Мама всегда говорила, что с двумя мальчишками ей было проще, чем с одной Эммой. Так что кое-какой опыт общения с маленькими детьми у меня есть.

Что ж, этот опыт придется Штефану весьма кстати – Лия порой тот еще чертенок с рожками, особенно, когда болеет или не выспалась.

– Сабина, – тихо окликает меня Роберт, пока я помешиваю кашу у плиты. – Мне нужен биоматериал Лии для анализа ДНК.

Я замираю на месте. Руки начинают подрагивать от волнения, а в горле ком, который мешает дышать. Пожалуй, мне лучше присесть. Смотрю в глаза Роберта и не могу издать ни звука. Бурное воображение уже рисует страшные картины.

– Я не сомневаюсь в том, что она моя дочь, – торопливо поясняет босс, видя мое молчание. – Сейчас я вижу, как Лия похожа на меня. Но результаты этого теста ускорили бы получение некоторых документов…

– Каких документов? – перебиваю, глубоко дыша. – Чтобы лишить меня дочери?

Роберт непонимающе и удивленно смотрит на меня. Но потом, очевидно, сказанное мной доходит до него, он хмурит брови и рявкает, что я даже подпрыгиваю:

– Сдурела?! Зачем мне это нужно?!

– Я…– начинаю мямлить, теряясь и только сейчас понимая, что сморозила глупость. – Прости, просто я почему-то вбила в голову, что ты можешь отнять у меня Лию, и боюсь с тех пор…Это просто навязчивая идея. Она – самое дорогое, что есть в моей жизни, и я боюсь ее потерять…А еще и ты