Обреченный трон - Каролайн Пекхам

— Полагаю, ты не видишь способа добиться ее увольнения, не так ли? — спросила я, наполовину шутя, наполовину всерьез.

— Боюсь, что пока она останется здесь, — вздохнул он.

— А что насчет Лайонела? Он тоже останется? — спросила я, мое горло сжалось, когда я повернулась к нему.

Его серые глаза потемнели.

— Я весь день советовался со звездами по этому поводу, — признался он. — Надежда еще есть. Но она зависит от Имперской звезды.

Я кивнула, и он резко нырнул в облака. Я пустилась в погоню, сложив крылья и уворачиваясь от стада Гриффонов, когда они пролетали под нами.

Габриэль опережал меня, когда внизу показался студенческий городок, и я летела за ним на расстоянии, а потом он влетел в окно своего кабинета. Я обогнула здание один раз, убедившись, что все чисто, а затем сделала то же самое, легко приземлившись внутри. Он мог в какой-то степени прикрыть нас, но я не хотела, чтобы кто-то слишком внимательно следил за тем, сколько времени мы проводим вместе. Его связь со мной и Тори все еще оставалась тайной, если только Тори не проболталась, но поскольку она, похоже, практически не узнала, кто из нас кто, мы надеялись, что это не так.

Он захлопнул окно и напустил на комнату заглушающий пузырь. Его кабинет был скудным, и я подумала, что он проводит здесь не так уж много времени. Большинство вечеров Габриэль отправлялся домой с помощью звездной пыли, чтобы увидеться со своей семьей, и, несмотря на то, что он говорил, что я могу пойти с ним в любое время, я знала, что не могу оставить Зодиак, пока моя сестра здесь. Она нуждается во мне, даже если не подозревает об этом. И я должна быть рядом, чтобы помочь ей, если что-то случится.

Габриэль подошел к своему столу, достал из верхнего ящика флакон с несколькими шприцами.

— Вот противоядие от Подавителя Ордена, — сказал он с полуулыбкой.

Мое сердце заколотилось, и я поспешила забрать его, но он покачал головой.

— Тебя остановят на обратном пути в Башню Эир, и если они обнаружат его, то отнимут, и тогда Нова посадит тебя под арест на вечер.

Мои губы раскрылись в требовании немедленно взять его и найти способ дать его Тори, но я замерла со вздохом. Я доверяю его дарам. Мне просто пришлось бороться с желанием выхватить противоядие, полететь к Тори и попытаться вколоть ей его прямо сейчас.

— Если ты будешь следовать этой теории, тебя все равно остановят и обыщут, прежде чем ты пронесешь его — ах, и если ты пойдешь этим путем, ты не сможешь дать его ей. Нет, сегодня ничего не выйдет. — Габриэль сочувственно пожал плечами.

Я вздохнула, и мои крылья исчезли позади меня.

— Ненавижу, когда ты так делаешь, — сказала я, но на моих губах заиграла ухмылка.

Он хихикнул.

— На самом деле тебе это нравится.

— Да, нравится, — рассмеялась я, но потом мое веселье улетучилось, так как на меня снова навалилась тяжесть этого дня. Он шагнул вперед и без слов заключил меня в свои объятия, положив подбородок мне на голову. На мгновение мир остановился, и все было хорошо. Всего на секунду. Но какая это была идеальная секунда, черт возьми.

— Итак, Имперская Звезда… — начала я, когда он отпустил меня.

Я села на его стол и скрестила ноги под собой, поправляя прядь волос. Для полета я переоделась в леггинсы и майку, но теперь крылья меня не грели, по рукам побежали мурашки, и я пустила огонь по венам, чтобы не было холодно.

Крылья Габриэля исчезли, и я рассматривала художественные татуировки на его груди, гадая, какие секреты скрыты в них. То, что уже свершилось, и то, что еще предстоит. Его дар был написан на его теле, будущее, прошлое и настоящее. Над его сердцем было кольцо из звездных знаков, которые соединялись в красивый круг, и он почесал то самое место, когда опустился на стул передо мной.

— Я не вижу, где она находится, — сказал он, нахмурившись. — Но я вижу, что Лэнс — ключ к ее поиску.

Я медленно кивнула, прикусив нижнюю губу.

— Ты, наверное, уже знаешь это, но…

— Ты собираешься встретиться с ним сегодня вечером? — закончил он с ухмылкой. — Ему нужно сделать кое-что очень важное. И ты должна ему помочь.

— Я собираюсь освободить его от звездной клятвы, которую мы дали друг другу, — сказала я, моя грудь сжалась, и я вдруг не смогла встретиться с ним взглядом. Габриэль мог видеть так много, мог ли он видеть сквозь меня ту боль, которую я так старалась скрыть в эти дни? Любовь, которая все еще жила во мне к Лэнсу так же яростно, как и раньше?

— Это нечто большее, — сказал он осторожно, как будто не мог сказать слишком много. — Просто сделай все, что в твоих силах, и помоги ему.

Я нахмурилась.

— Что ты видишь? — надавила я, тайны, скрывающиеся в его глазах, заставили мое сердце бешено биться.

— Очень много путей, — сказал он с болезненным выражением лица, которое заставило меня задуматься о том, сколько из них плохие. — Просто сделай все, что в твоих силах, следуй за своим сердцем и все такое.

Я тихонько засмеялась, но смех угас в горле, когда я положила подбородок на руку, подперев локтем колено.

— Что-нибудь из этого — хорошее? Есть ли в будущем что-то, чего стоит ожидать, Габриэль?

Между его бровями образовалась складка, и он пододвинул свой стул ближе.

— Будущее — это просто колесо рулетки, Дарси. Вот только каждый исход — серый.

— Звучит не очень хорошо, — пробормотала я.

— Это и хорошо, и плохо. Такова жизнь. Думаю, это единственное, что Зрение помогает мне видеть яснее, чем что-либо еще. Все дело в выборе, который ты делаешь, в действиях, которые ты предпринимаешь. Причина и следствие. Если ты ничего не делаешь, ничего не произойдет. Если ты делаешь все, то произойдет все.

— Это… странно успокаивает, — задумчиво протянула я. — Но как же звезды, неужели они решают все? Разве это не просто