Аукцион избранников - Терин Рем

После угроз Диона, не думать о плохом исходе отработки я не могла, но и портить этот вечер подобными разговорами больше не хотела, поэтому просто обняла ладонями лицо мужа и ответила:

— И я люблю тебя, Дейв.

Потом был поцелуй — долгий, жадный, почти яростный. Мы оба как будто сорвались с цепи, выплёскивая свою страсть и страх потерять друг друга, что поселился в душе после визита кузена. Дейвиан перетянул меня к себе на колени, крепко сжимая в объятиях. Не знаю, как далеко всё могло бы зайти, но в этот момент раньше времени вернулся Элиас.

— Ну вот, а обещали без меня не шалить. И чем у нас так вкусно пахнет? Я голоден, как шесс, — сказал мой блондин, немного отрезвляя нас.

Глава 34. Водные процедуры

После сытного и вкусного ужина мы все втроём переместились в спальню. Настроения «пошалить» уже не было, но после насыщенного яркими эмоциями дня пришло какое-то опустошение. К счастью, мужья тоже не проявляли никаких поползновений, кроме того, что поцеловали меня на сон грядущий.

Утром я проснулась одна. Подушки рядом со мной были смяты, но мужей в кровати не было.

Шайя мне часто говорила, что с любой новостью надо переночевать. И правда, сегодня проблемы уже не казались такими уж нерешаемыми. Не то чтобы я придумала, как послать в туман к шессам Диона без вреда для себя и Элиаса, но последствия отказа противному де-Руму мне уже не казались настолько страшными.

Самым неспокойным сектором, куда нас теоретически могли сослать, — это граница с воинственными аранцами. Да, там несладко, но меня ведь готовили к тому, как выживать в самых непростых ситуациях целых семь лет. Эл тоже не вчера родился. Уверена, мы сможем справиться с испытаниями. К тому же, угрозы кузена могут оказаться обычным блефом. В любом случае, я не могу и не буду принимать в семью младшего де-Рума.

Это решение немного успокоило меня. Настроение было если и не радужным, то вполне боевым. Не в моём характере долго киснуть над трудностями.

Из ванной комнаты послышался шум воды и приглушённый мужской голос. Заинтригованная я тихонько отворила дверь и стала подглядывать за тем, как Элиас принимает душ и что-то тихо напевает. Музыкальными талантами природа моего блондина обделила, поэтому я зажала себе рот ладонью, чтобы не рассмеяться с того, как воодушевлённо фальшивит Эл, но всё равно прыснула от смеха, когда он стал пародировать известную Калвейскую певицу.

— Ах ты, маленькая негодница! — воскликнул Элиас и схватил меня смеющуюся и упирающуюся, а через пару секунд затащил меня под тёплые струи душа прямо в пижаме.

— Эл! Ну и что ты наделал? — улыбаясь спросила я, указывая на прилипшую к телу мокрую ткань.

— Это месть за подглядывание. Ты раскрыла мою самую страшную тайну, — прищурив глаза, «страшным» голосом сказал Эл, но губы мужа дрожали от едва сдерживаемого смеха.

— Тайна в том, что у тебя совершенно нет слуха? — продолжала я подначивать мужа.

— Нахалка! Между прочим, я отлично пою, — пробормотал Эл, стягивая с меня намокший шёлк.

— Да-а… Это было отлично от всего, что я когда-либо слышала, — не сдавалась я.

— Ну всё! Как свидетельницу моего позора тебя ждёт страшная кара, — пригрозил Элиас и стал щекотать мои рёбра.

— Аха-ха-ха! Эл! Прек-рати… ы-ы, — громко хохотала я, изворачиваясь в руках блондина.

— Пощаду нужно заслужить, — нагло заявил муж, и притянул меня к своему обнажённому мокрому телу, намекая на то, какой именно будет эта служба.

Только сейчас я остро осознала, что стою практически голой рядом со своим возбуждённым мужчиной. Напоминания о нашей единственной близости до сих пор отзывались в теле волной сексуального томления. В принципе, я была не против повторить её, и всё же было одно «но».

— Где Дейв? — хрипло спросила я, почти неосознанно потираясь грудью о торс мужа.

— Улетел по делам. Будет ближе к вечеру, — хрипло сказал Элиас, покрывая невесомыми поцелуями моё лицо.

— Пойдём в постель? — спросила я, скользя ладонями по рельефной мужской груди.

Внешне Эл был не таким мощным, как Дейвиан, но не менее сильным. Под светлой кожей были чётко видны контуры стальных мышц. Почему-то я была уверена, что мой муж получил такое тело упорными тренировками и точно не для того, чтобы производить впечатление на дам. Элиас и без того был очень красивым калвейцем, но в нём ощущалась некоторая хищность, опасность для всех, кто посмеет стать на пути этого мужчины… моего мужчины.

— Зачем? — коварно улыбнувшись, отозвался Эл.

Мой вредный блондин налил себе на ладони ароматный мыльный раствор и стал мерно массировать мою потяжелевшую грудь, едва не мурлыча от удовольствия

— А ты разве не хочешь? — удивилась я.

— Я очень даже хочу, но кто сказал, что для этого нам обязательно нужна кровать? — откровенно дразнил меня Элиас.

Его мыльные ладони томительно медленно путешествовали по моему телу: сначала муж всласть наигрался с моей грудью, потом намылил живот, опустился передо мной на колени и стал мыть ноги, намеренно избегая касаний к самому чувствительному местечку между ними.

Струи тёплой воды лишь усиливали ощущения, заставляя меня изнывать в ожидании более откровенных ласк.

— Ты специально издеваешься? — сдавленно спросила я, зарываясь пальцами в мокрые светлые волосы мужа, когда его ладони огладили внутреннюю сторону моих бёдер, а потом опять скользнули мимо, лишь едва дотронувшись до влажных (причём совсем не от воды) складочек.

— Какая нетерпеливая у меня лина. И чего же хочет моя жена? Скажи, Рейна, что я должен сделать? — дразнил меня Эл.

Его пошлые слова возбуждали меня так же сильно, как и ласки.

— Если ты не сделаешь хоть что-нибудь, то… — прошипела я, но задохнулась стоном, когда ловкие пальцы мужа стали массировать возбуждённую горошину клитора.

— То, что ты со мной сделаешь? — промурлыкал Эл. Мысли разбегались, а бёдра дрожали от напряжения. Я только стонала, подаваясь навстречу мужу, но мой блондин не позволил мне увильнуть от ответа. — Так что ты хочешь со мной сделать, Рейна? — повторил вопрос мой наглый искуситель.

— Изнасилую, — пообещала я, хоть и с трудом представляла себе техническую сторону этого вопроса.

Элиасу хватило наглости тихо рассмеяться.

— Обязательно, любимая моя, но не сейчас. Позже я предоставлю тебе