Пленница наследника короны - Валентина Гордова

С гудением поднявшийся из земли плотный, густой, тёмный сине-зелёный полог. Поднялся он примечательно – полукругом, отрезая меня и от города, и от озера по обе стороны. Открытым остался лишь путь вперёд – через ворота на каменную дорогу, в место моего заключения.

На воина я посмотрела внимательно.

Он превосходил меня ростом, комплекцией и, очевидно, навыком владения магией. Абы кого Агвид на службу не брал, и это даже в какой-то степени восхищало, но прямо сейчас злило и огорчало.

Шансы на мой необдуманный побег сократились до нуля. Не уверена, что побежала бы, но мне даже выбора не оставили.

– Давайте не будем делать глупостей, – очень вежливо попросили меня, не отрывая настороженного, готового ко всему на свете взгляда.

Я не сомневалась, что этот человек действительно пресечет любую, совершенно любую мою попытку на побег.

Кивнула. Ничего иного мне не оставалось.

Мужчина замешкался, не зная, можно ли мне доверять, и явно в обход нормам приличия сделал приглашающий жест, настойчиво посоветовав идти первой и тем самым находиться в поле его зрения.

И я пошла, чувствуя пронизывающие насквозь пристальные взгляды тех, кому сегодня довелось здесь патрулировать.

– Могу я узнать, что случилось с обитателями ближайших домов? – не оборачиваясь, произнесла ровно.

Секундное молчание, пока я проходила в открытые уже ворота, и сдержанное:

– Их переселили, ваше величество. В ближайшее время первая от озера улица будет перестроена в парк.

Парк. Ну, надо же.

– Распоряжение его величества, – зачем-то добавил военный, привыкший решать проблемы и обеспечивать безопасность, но никак не отвечать на вопросы своей королевы.

– Ясно, – бросила сухо и продолжила путь.

Успела сделать шагов пять всего, когда увидела, как ворота в центре дороги открылись, и через них выехала навстречу мне небольшая бричка. Интересно, сколько их припрятано здесь? А лошади где живут? Остров не казался мне таким большим, чтобы с комфортом разместить здесь этих животных, хотя сейчас, идя и никуда не спеша, я могла без труда разглядеть, что помимо самого замка на земле имеются и хозяйственные постройки, а на территории слева прямо сейчас проводились какие-то строительные работы.

Бричка затормозила прямо передо мной, но я пошла не к ней. К небольшому удивлению сопровождающего меня стража и сидящего кучера, действующая королева приблизилась и протянула раскрытую ладонь к морде белоснежной лошади.

Та, не выказывая ни малейших сомнений, ткнулась влажным носом, весело всхрапнула, переступила с ноги на ногу.

Я улыбнулась. Никогда не замечала за собой страсти к этим животным, но в данный момент очень пожалела, что не умею ездить верхом.

– Ваше величество, – в очередной раз напомнили мне о том, что далеко не всё будет так, как мне хочется.

Даже не смотря на мой более чем интересный статус.

С величайшим сожалением пришлось оставить лошадь в покое и идти к бричке.

Глава 11

Страж со мной не поехал, решив, видимо, что по прямой дороге, с двух сторон окружённой озером, со мной едва ли что-то случится.

В целом, я всегда считала себя довольно тихим и даже покорным человеком. В сомнительные разбирательства не влезала, в спорах не участвовала, вела неспешный, не привлекающий внимания образ жизни. Никогда ничего не делала назло.

Сейчас едва сдерживалась.

У меня сжимались зубы и дрожали стиснутые до боли от вонзающихся в кожу ногтей кулаки. Ноги кололо от желания, практически потребности выпрыгнуть из брички и сигануть в воду. Просто потому, что все здесь были уверены: я этого не сделаю.

Желание совершать глупости исчезло само собой, когда обманчиво ровная водная поверхность вдруг забурлила в том месте, мимо которого мы как раз проезжали.

Сначала слегка и лишь слева, затем пузырей стало в разы больше по обе стороны от дороги. Озеро зашумело, запенилось!

Встревожено заржала вставшая на месте лошадь, явственно испугался закрутивший головой возница!

– Вы не волнуйтесь, ваше величество, – с трудом и дрожью в голосе выговорил он. – Ну, пошла! Пошла же!

Но мне страшно не было. Наоборот, внутри меня лишь возросла злость.

– И не надейся, – бросила тихое и яростное озеру и его хозяину, который явно желал пообедать человечинкой, оттого вода и шумела.

Озёрный монстр если меня и услышал, то надежд не оставил, и провожал нас шумом и плеском до самых вторых ворот.

Стража там тоже нервничала.

Но, как выяснилось, вовсе не из-за хозяина озера.

– Ваше величество, – останавливая лошадь, начал мужчина с рыжими усами и небольшими голубыми глазами, – вы бы успокоились…

– Простите? – замечание было мне абсолютно непонятно. – Я и так не нервничаю.

– Вы злитесь, – вступил в разговор другой мужчина, более суровый на вид, выше и крепче своего рыжего товарища, с чёрными глазами и бледной кожей, – от вас озеро кипит.

Сказать, что я удивилась – не сказать ничего.

– Простите? – повторила, удивлённо округлив глаза.

Подобное случалось со мной впервые. Не злость, а всплеск… магии.

Если во мне и имелась магия Созерцающей, то до этого она проявлялась лишь в ухудшении моего здоровья в местах наибольшей магической концентрации, как было в Институте Магии. И Тень Альмода была мне более чем видима.

На этом всё. Никакого проявления магии, никаких внутренних изменений, благодаря которым я могла хотя бы задуматься о своём даре.

То, что происходило сейчас, пугало.

Сказанное стражами пугало.

Я сама вдруг начала себя пугать…

Неожиданно в голову пришла абсолютно внезапная мысль:

– Агв… Его величество сказал, что на замке магический заслон, – я плохо помнила, как точно это называлось, но очень понадеялась, что мужчины поймут, о чём я говорю. – Как же здесь можно колдовать?

Ответом мне было напряжённое молчание. Обрушившаяся тишина оглушила бы, не продолжай бушевать вода в озере.

Так и не дождавшись хоть каких-то слов, я раздражённо откинулась на спинку сиденья и велела:

– Едем в замок.

После чего задышала глубоко и медленно, силясь успокоиться.

Выходило откровенно плохо. Слишком много факторов вызывали обоснованную злость. Например, беспомощность, которую я ощущала как никогда сильно. Неизвестность. Неизбежность…

О чём можно было утверждать с уверенностью?

Первое. Я ни черта не понимаю. Вообще ничего. А если что понимаю и пытаюсь анализировать, то в конечном итоге оказывается, что и этого я тоже не понимаю.

Потрясающий вывод. Но теперь серьёзно.

Альмод, старший сын королевы и наследник короны, с рождения имел слабый магический дар. Его мать, не желая видеть слабого мага на престоле, обратилась за помощью к учёным, которые Институт основать основали, но вот нормально приказ королевы выполнить не смогли. Причём провальных попыток у них было целых три, каждая из которых ситуацию лишь усугубляла. На данный момент мы имеем сильного мага с неизвестным количеством подселённых к нему сущностей, которые, нужно полагать, и дали магическое усиление, и абсолютным отсутствием самоконтроля. Не зря его так сильно боятся, что даже в столицу не пускают.

После нападения брата Альмод выжил. О чём это говорит? Я достаточно долго знаю Агвида, чтобы с уверенностью сказать: если он решился на столь серьёзный и отчаянный шаг, как убийство брата, то не остановился бы, не убедившись на сто процентов в том, что дело сделано. Это не Агвид ошибся, а Альмод оказался чрезмерно живучим. Что это даёт? Что это даёт лично мне? Ещё одну проблему, если в конечном итоге Альмод Хэлми окажется врагом.

Теперь Агвид.

Я практически уверена: младший сын бывшей королевы находился сразу под двумя видами чар. Первые лишали его воли, заставляя подчиняться приказам Института – я это сегодня собственными глазами видела. Вторые оказывали куда более пугающее воздействие – болезненную, нездоровую страсть даже не к Аллисан Шерман, а к её внешности. Потому что иначе риян Йорген не испытывал бы тех же чувств по отношению ко мне.

Подчиняющую магию я разрушила лично, вернув ему его самого. Но что насчёт страсти? Пропало ли его влечение? Или стало сильнее? Что с этим делать лично мне?

Наконец, я сама.

У меня есть магия – факт. Пользоваться ею я не могу, потому что элементарно не имею нужных знаний. Это проблема, которая, без сомнений, требует решения, причём разобраться следует как можно скорее.