Сын для инопланетного воина - Хани Филлипс

Он не хотел оставлять ее, но, возможно, это к лучшему. Ведь она устала. Несмотря на бурную страсть их любви, он проснулся ночью от ее рыданий. Кестов обнял любимую, но его сердце болело от ее боли.

— Малдост, ты останешься. Будь начеку.

— Да, босс, — ответил Малдост, глядя на Деводжи, которая слишком сосредоточенно чистила кастрюлю.

— Дежурь возле дома, — твердо приказал Кестов, не обращая внимания на приглушенный протест Малдоста. — Другие мужчины скоро придут на работу, но я хочу, чтобы ты не упускал из виду ни одного дхалека.

Малдост оскалился, и его уши прижались к голове.

— Непременно. Я не позволю ничему случиться.

— Я знаю. — Чарли дергал капитана за колено, и он посадил его себе на плечо под восторженный визг. — Мы не надолго.

Затем наклонился, чтобы поцеловать Мэрайю, его сердце уже протестовало против их разлуки.

— Не волнуйся, моя мири.

— Со мной все будет хорошо, — смело ответила она, хотя капитан подозревал, что это неправда. — Возвращайся скорее.

На борту «Странника» Чарли был очарован слонгами не меньше, чем они им. Братья Лилат присоединились к нему, гоняясь по грузовому отсеку, а Тайка наблюдала за ними с материнским терпением. Лилат больше беспокоилась о Кестове, исследуя его лицо и шею хоботком и тревожно повизгивая.

Кестов попросил остальных членов экипажа присоединиться к нему на помосте над трюмом, чтобы он мог поговорить с ними и в то же время присматривать за сыном.

— Какова ситуация, капитан? — тихо спросил Пловак.

— Похоже, мы останемся здесь на некоторое время. — Он не смог решиться сказать «навсегда». — Мне нужно разобраться, что случилось с моим братом.

— Долг чести. — Сэрвиза одобрительно кивнул.

— Да, именно. — Он взглянул на двух других. Хувиан наблюдал за игрой Чарли и слонга с выражением такой боли на лице, что Кестову стало больно за него, но сейчас не время спрашивать. — Я не знаю, сколько времени это займет.

Капитан поделился с ними имеющейся на данный момент информацией.

— Я могу остаться в городе, — предложил Сэрвиза. — Буду держать ухо в остро.

— Это было бы полезно. Спасибо.

— Если вам нужна помощь на ранчо, пожалуй, я хотел бы провести некоторое время на планете, — промолвил Пловак.

— Я буду рад помощи. — Кестов повернулся к медику. — А ты?

Хувиан вскочил и наконец отвел глаза от Чарли.

— Я считаю, что мне следует остаться на «Страннике». Не стоит оставлять его без охраны.

— Пожалуй, что так. Очень хорошо.

Пловак помог Кестову погрузить слонга в повозку. Чарли почти потерял дар речи от волнения при мысли, что животные поедут на ранчо, и Кестову пришлось его удерживать, чтобы тот не присоединился к слонга в кузове повозки.

— Ты увидишь их снова, когда мы вернемся домой, — пообещал он. Домой. Это слово все еще странно ощущалось на языке.

На ранчо Малдост заверил Кестова, что все было тихо, и помог оборудовать место в большом сарае для Тайки и ее телят. Высокая арочная крыша и мягкий ветерок, дующий через открытые двери с обеих сторон, обеспечивали прохладу и комфорт на фоне усиливающегося дневного тепла. Тайка устроилась в своем новом доме с радостным вздохом, но Лилат обхватила ногу капитана хоботом и отказалась заходить.

— Очень хорошо, малышка, — усмехнулся он. — Не сомневаюсь, что Мэрайя все равно бы хотела тебя увидеть.

Он вывел Чарли из загона, несмотря на его протесты, и они все направились в дом.

— Видел Девората по пути сюда? — спросил Малдост. — То, как он справляется с ксутами, просто невероятно. Ему хватит одного помощника, чтобы управлять целым стадом робедос.

Кестов слышал тоску в голосе афбера.

— Хочешь попробовать?

— А можно?

— Не вижу причин для отказа. Пловак, ты не против остаться здесь, в доме, чтобы присмотреть за всем после обеда?

— Конечно, нет. Но разве вы уезжаете? — спросил Пловак.

— Мне нужно в город, — ответил Кестов.

— Я тоже хочу пойти, — потребовал Чарли.

— Не сегодня, малыш. — Губы мальчика задрожали, и Кестов почти сдался, пока не вспомнил, что это может быть не безопасно. — Кроме того, разве ты не хочешь остаться и поиграть со слонгом?

— Наверное.

— Я вернусь, не успеешь оглянуться, — пообещал капитан.

Быстро пообедав, Кестов поехал в город. Ему не хотелось снова оставлять Мэрайю, особенно когда видел беспокойство в ее глазах, но его честь и любовь к брату требовали дальнейшего расследования.

На первый взгляд, в Село ничего не изменилось по сравнению с предыдущим днем, но теперь, когда капитан знал, что могут быть неприятности, уловил признаки, которых не заметил раньше. При виде его несколько прохожих остановились на месте, затем поспешно отошли в сторону, отводя глаза. Он увидел еще четырех дхалеков, хотя, опять же, они не делали ничего плохого, несмотря на угрожающий вид.

У офиса маршала висела табличка, гласившая, что он вернется через час, поэтому капитан побродил по главной улице. Место казалось достаточно процветающим для маленького городка. Несколько небольших ресторанов, пара питейных заведений и небольшая клиника соседствовали с магазинами и зданиями официального вида. Самый большой магазин находился в центре города, и Кестов решил в него заглянуть.

Стоило войти в магазин, как его обдало разнообразными ароматами, и он вдруг вспомнил, как в детстве они с Братаном посещали магазин их отца на Киресии. Конечно, тот магазин был намного больше и роскошнее, но что-то в этом месте показалось ему знакомым. В большом центральном помещении хранился широкий ассортимент товаров, а в небольших залах по бокам были представлены специфические товары.

— Чем я могу вам помочь, сэр?

Из подсобки торопливо вышел маленький крепкий гранианец с редеющими бледно-голубыми волосами. При виде Кестова он остановился на месте.

— Братан? — прошептал он, и его лицо побледнело.

— Нет. Он был моим братом. Ты знал его?

— Нет. Нет, — более твердо добавил лавочник. — Просто видел его здесь, вот и все.

Кестов не поверил ему, но приветливо кивнул.

— Хорошее у вас тут место.

Лавочник засиял.

— Наверняка вы не считаете его особенным, но оно одно из лучших в этой части Граники.

— Почему я должен так считать?

— О, потому что из всех мест, где ты был… — лавочник резко замолчал.

— Откуда ты знаешь, где я был?

Лавочник обвел помещение опасливым взглядом, словно ожидая, что появится кто-то другой и ответит на вопрос, затем, наконец, подошел ближе.

— Пожалуйста, Кестов…

— Я никогда не говорил тебе своего имени.

— Нет. Братан рассказал мне, — признался мужчина. — Но он пытался помочь нам, и посмотри, что произошло. — Он понизил голос, еще раз оглядевшись вокруг. —