Обреченные - Элли Райт

Я завел свою руку за спину бестии,безошибочно нащупав крючки на лифчике, и избавил малышку от него,а увидев голый бюст,решил что стоит на этом прекратить.

Я из последних сил своей воли дорисовал портрет, сколько грязных мыслей проскальзывало в моей голове, когда в очередной раз, мой взор опускался на округлую грудь, изгибы которой я спешил перенести на бумагу.

Пока мои руки способны выполнить приказ сосредоточиться на изображении.Мозг же повторял одно и тоже "Брось все, трахни ее, ты и так слишком долго ждал, отказывал себе", закрывал глаза и представлял как это свершится. Я неоднократно видел такую ситуацию, возбуждение, с примесью смущения, только неопытность Киры не раздражала, как обычно, наоборот показывала всю ценность и чистоту мыслей этой девушки.

Вот это стоны твою ж мать, кораллового цвета соски такие сладкие на вкус как губы.Я пытался сохранить барьер между нами,только вот не смог.

Глажу рукой стройный животик, она вздыхает и тяжело дышит, опускаюсь вниз, покрывая тело девушки поцелуями все ниже и ниже, приближаясь к лобку.

Хочу быть у нее первым и последним, трахать до самого утра.

Кира станет молить о пощаде, каждую ночь закрывая глаза будет чувствовать мои поцелуи на своей шее.

Провожу языком пару раз по идеально гладким складкам, Кира снова стонет и притягивает мою голову к себе.

Будет ли ей больно, если я попробую войти в нее пальцем? Касаюсь мокрого отверстия, теплые капли стекают прямо на руку.Мой палец уже внутри Киры, как же там узко.

Мы почти готовы начать путешествие длиною в жизнь, если бы только могли себе это позволить.Она девственница и поэтому я могу доставить ей наслаждение лишь языком.

Я готов лишить жизни любого, кто хотел бы сделать с ней то же самое.

Сейчас Кира в моих руках и я должен сдержать обещание самому себе.

Как бы сильно мой член не напрягся, мне нельзя заниматься с ней сексом.

Шепот моего имени звучит как заклинание.

Набухший бугорок ждет очередных касаний,изнемогает без трения и ласкающих движений.

Черт, ужасно чувственно, хоть я никогда раньше этого не пробовал с кем либо из бывших девушек.

Она хотела было свести ноги вместе, но я разжал их рукой и продолжил водить языком по пульсирующей горошинке.Ее дыхание стало более шумным, все еще боится, не может довериться и расслабиться.

– О боже,боже мой,– выкрикивала бестия,хватаясь ручкой за мои волосы,а другой за белоснежную простынь,сминая блестящий шелк.

Постепенно в красивых ножках больше не чувствовалось напряжения, развожу их шире,позволив ей испытать первый в жизни оргазм.

Кира извивается, отрывая таз от кровати, я же держу ее, прижав к себе покрепче.

Девчонка спрашивает, что будет дальше,ничего не будет,это и так зашло слишком далеко.

Я почти сразу же кончил, лишь немного помог себе рукой, как какой-то малолетний школьник, смотря на прекрасную Киру, спустил горячую струю на упругий животик, который вытер своей футболкой.

В глубине души бушевал пожар,в нем сгорали все мои убеждения и устои.Тот порядок,к которому я привык перестал существовать и иметь смысл,перевернувшись в противоположную сторону,окончательно разрушив любые заповеди отпетого паршивца.Кто я рядом с ней?Я опасался,что получив желаемое не успокоюсь,а захочу еще больше.Снова освободится тот,кого удалось запрятать в клетку.Он ничего не оставит от неё,проглотит целиком и не подавится.

– Почувствовала,как мы почти потеряли над собой контроль?Спрашиваю девчонку,уставившись в потолок.– Запретный плод всегда сладок.

– Все произошло довольно быстро,– Ответила Кира,притянув к себе одеяло.

Я смотрел на неё,такую наивную,и пока еще не испорченную,чистую…

Но при этом на её теле везде были оставленны мои следы,что делало Ростову моей.Это как шрамы,только незаметные.Она сьежилась в комочек,и закрыла лицо ладонями.

Видно было, как Кира вот – вот заплачет зная, что потеряла со мной самое важное – свою гордость.

– Знаешь в чем дело ?Продолжал нагнетать я.

– Просто я не твоя, для тебя это ,видимо, забавно,– вздохнула Кира,и все во мне перевернулось от ужаса.

Она может управлять мной,и пробуждает чувства,ранее не знакомые, и какие я до сегодняшнего дня считал отвратительными,да и сейчас сомневаюсь.Разве бывает такое?

– Ты только что могла стать моей -, говорю ей, абсолютно не уверенный в своих словах.

Сердце в груди колотится все быстрее, оно говорит мне, что с этой девушкой физическая близость не самое главное.

– Я не признаю отношения,– Подвожу к самой сути.

Кира прислоняет ладонь ко рту,от немого отчаянья,ее задели мои слова,идущие в разрез с действиями.Ростова сидит тихо,даже жутковато становится от тишины,лучше бы наорала.

Бестия заворачивается в одеяло,и прикусив сухие губы настороженно всматривается в пустоту вокруг,а потом говорит, – Ты буквально сегодня утром сказал, что я не в твоем вкусе, получается солгал?

– Какая тебе разница?Взбесился я.– Смени пластинку,и не докапывайся до гнилой истины.

Она быстро заморгала глазами,и робко произнесла,– Большая разница ,Никита, я хочу знать правду.– Пожалуйста,скажи,что у тебя происходит внутри,когда мы рядом.

Я зажал в руке лист с пеплом от сигареты, и испытывая ненависть к самому себе спрашивал, – Какую еще правду хочешь от меня услышать?

И это не ложь,я не обманул.Нет абсолютно ни одной причины,чтобы мне хотелось бегать на свидания,и восхищаться чьим-то новым платьем,смотреть ей в рот,и признаваться в вечной любви.Она поджала губы и смогла убедиться в том,что я ублюдок.Упрямая девчонка.Для чего спрашивать очевидные вещи,если ответ тебе не по душе.

Неизвестно чем бы дальше закончился этот спор, если бы не раздался громкий стук в дверь.

Кира в панике собирала по кровати свое белье, пыталась надеть как можно быстрее одежду, это было сложной задачей, многое валялось на полу и за кроватью.

– Прячься в шкаф, быстрее,– бормочет Кира поправляя растрёпанные волосы.

– Не полезу я в шкаф.– Отпирался я,вспомнив,что в шкафу обычно,прячутся любовники.

– Не упрямься ну же, – сказала Кира уже мягче.

Но не перестала пытаться спихнуть меня с кровати и продолжала толкать в сторону шкафа.Варианта всего два либо моя мать вернулась раньше, что маловероятно, либо приехал Стас.

В любом случае не застав никого на месте сразу же отправился к сестре, надеюсь, в моей комнате он не был.

Пришлось все же прятаться, одеваясь уже в темноте, среди вешалок с женскими вещами.

Шкаф хоть и большой, но все же тесноват, в последний момент я успел захватить с собой рисунок, Кира, кажется, успела про него забыть.

– Привет, ты так рано вернулся,– слышал я голос Киры.

– Ксюша пошла